Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Дэвид Нордли. - Последняя инстанция

Скачать Дэвид Нордли. - Последняя инстанция


   Шепот стих. Сидящие на насестах и стульях, лежащие на подстилках -  все
вдруг  осознали  значение  происходящего.  Дрин  подумал,  что  Штендт   и
остальные будут до конца своих дней сожалеть о  сказанном  -  ведь  именно
сдохнуть на месте Зо Ким и собирался.
   Клетианин одним махом запрыгнул на  возвышение.  Его  уже  била  дрожь,
заметная  невооруженным  глазом.  Как  правило,  потребность  клетиан   не
разлучаться на смертном одре оставалась делом сугубо интимным, из  нее  не
устраивали спектакля на потеху публике. Но Зо Ким всегда  и  во  всем  шел
наперекор правилам.
   - Нет, мошенник  ты  эдакий!  Я  знаю,  знаю,  что  Би  Тан  мертва!  -
воскликнул Зо Ким, трясясь, как припадочный. - Ричард Мун не способен даже
на более или менее достоверную выдумку!
   Несмотря на серьезность момента, кто-то из собравшихся в зале  фыркнул,
вновь  послышался  шепоток.  Похоже,  Зо  Ким  уйдет,  как  Дон  Жуан,   -
нераскаявшимся.
   Но Зо Ким даже тут не обошелся без сюрпризов.
   - Я подозревал уже несколько дней,  но  сохранял  душевное  равновесие,
пока мое тело готовилось - теперь оно быстро  доведет  дело  до  конца.  В
общем, сейчас не важно, в чем состояли достоинства Би Тан. Она  была  моей
и, прошу всех заметить, мой удел - идти за ней. -  Крылья  Зо  Кима  вдруг
словно переломились посредине. - Хотя перу Би Тан принадлежит дваосмь один
роман, из-под моего пера не вышло ни одного. Так что в историческом  плане
она будет парить выше, хотя я превосходил ее умственными  способностями  и
литературным вкусом. Какая ирония!
   Зо Ким потряс головой, вновь захлопал крыльями.
   - Какая ирония! Мое тело готово выкормить выводок, которого  у  нас  ни
разу не было, и все из-за литературных занятий  Би  Тан.  Мне  уже  поздно
обсуждать целесообразность генетической  реконструкции  наших  организмов,
посему предлагаю вам просто понаблюдать. Дайте волю своему любопытству!  -
Он издал жуткий смешок,  писклявый  и  басовитый  одновременно.  -  Вам  -
просвещаться, мне - разлагаться! Считайте это представлением! Я тоже сумею
добиться славы!
   "Неужели самоусвоение пробуждает самоотвращение?  Быть  может,  это  не
лишено эволюционного смысла, - размышлял  Дрин.  -  Этакий  категорический
отказ  от  инстинкта  самосохранения".  Намеренно  прибегая   к   излишней
рассудочности, он пытался воздвигнуть эмоциональный барьер между  собой  и
разыгрывающейся на его глазах ужасной сценой.
   - Да, друзья мои, этот процесс кажется болезненным и  является  таковым
по сути, - продолжал Зо Ким прежним тоном, словно перерождение тела никоим
образом не  коснулось  сухого  интеллекта.  -  Но  такая  боль  необычайно
приятна.  Дриннил'иб,  стерильный,  холодный,  как   скальпель,   манерный
детектив-убийца - смотри, постигай и помести малую толику ощущений в  свою
следующую работу.
   Не в  силах  проронить  ни  звука,  Дрин  подался  вперед,  впившись  в
подстилку когтистыми перепончатыми лапами.
   Крылья Зо Кима трепетали, голова судорожно подергивалась.
   - Какой замечательный спектакль! Но мне он уже наскучил. Никто не хочет
помочь бедному Зо Киму? Желательно из тех, кто не лишен вкуса. Ду Тор и Го
Тон, ваш достойный анафемы вклад в  бездумный  ужас  Дриннил'иба  обладает
хотя бы тем ничтожным достоинством, что он интересен. Не  согласитесь  ли?
Ну пожалуйста! - Критик вдруг перешел на клетианский диалект.
   Дрин повернулся в сторону контролеров-клетиан Ду Тора и Го Тон. В жизни
они сотрудничали столь же часто, как и в популярной поэме. В  ней  Го  Тон
кружила в вихре классического клетианского воздушного  боя,  уложенного  в
строфы многоярусного верлибра, и добилась кое-какого успеха  -  во  всяком
случае, судя по загрузке коммуникативной сети Тримуса. Похоже,  успех  был
достаточно шумным, чтобы привлечь внимание Зо Кима.
   Сейчас Го Тон демонстративно игнорировала срывающиеся с языка  Зо  Кима
комментарии в ее адрес, но как-то раз  в  прошлом  она,  кипя  от  злости,
поведала Дрину,  что  клетианин  должен  обладать  прямо-таки  невероятным
дефектом психики, чтобы его отвергла даже собственная супруга. Для клетиан
рискованно оставаться в одиночестве хотя бы на пару  часов,  а  раздельная
жизнь супругов - вызывающий, почти нигилистический акт. Теперь Дрин  узрел
это собственными глазами.
   Ду Тор,  сидевший  рядом  со  своей  ярко-желтой  супругой,  выслушивал
оскорбления Зо Кима молча, но сейчас взлетел и  сел  примерно  в  половине
конвенционной единицы от умирающего критика.
   - Успокойся, Зо Ким. Вопли и метания лишь усугубят и ускорят дело. Тебе
еще надо напоследок навести порядок в своем гнезде. Не скажешь  ли  сперва
что-нибудь хорошее о "Последнем полете"?
   - Нет! - взвизгнул Зо Ким, резко распрямляя гребень.
   Ду Тор продолжал спокойно глядеть на него.  Клетиане  совершенно  иначе
относятся к страданию и смерти.
   "Если следовать Конвенции, - думал Дрин, - то Ду Тор совершенно резонно
позволяет Зо Киму страдать. Но, с другой стороны, так  не  подобает  -  он
тащит  критика  за  хвост  ради  мимолетной  мести".  Долго  ли  еще   это
протянется? Легенды повествуют о клетианине,  сумевшем  одной  лишь  силой
воли продержаться целую тримусскую  неделю.  Дрин  сунул  язык  в  брюшную
сумку, нащупал пистолет и сменил заряд  на  самонаводящиеся  мини-дротики.
Для клетиан сгодятся и короткие.
   Зо Ким на сцене один; пожалуй, прицелиться можно и отсюда.  Но  все  же
лучше не делать этого в переполненной аудитории.
   - Мэри, - негромко проговорил Дрин. - Доставай свой. Если это сделаю я,
будет не очень хорошо.
   Мэри кивнула, извлекла пистолет из висевшей на поясе кобуры, вложила  в
патронник нервно-паралитический заряд и бросилась к сцене.
   Но Зо Ким сам нашел достойный выход.
   - Я не могу сказать о нем ничего хорошего, Ду Тор, потому что не  читал
его! Смилуйся, я  ведь  не  могу  взлететь.  Погляди,  сцена  перепачкана.
Глядите все, разве это не комично? Я разжижаюсь! Становлюсь легкоусвояемым
прямо у вас на глазах!
   Кто-то засмеялся: для вящего эффекта Зо  Ким  частенько  использовал  в
критических отзывах слово "трудноусвояемый". Критика явно терзала боль, но
мозг  сдастся  последним  и,  вероятно,  Зо   Ким   будет   комментировать
происходящее почти до конца  -  язвительно,  с  иронией,  будто  повинуясь
какому-то условному рефлексу. Дрин содрогнулся.
   Гнилостный запах уже докатился и до него.
   "И долго мы будем так сидеть, взирая на происходящее? - недоумевал  он.
-  Мы,  сомнительная  интеллектуальная  элита  трех  биологических  видов,
странствующих бок о  бок  среди  звезд  достаточно  долго,  чтобы  одолеть
полпути к ядру Галактики?"
   Наконец  Ду  Тор  перешел  к   действиям;   должно   быть,   отсутствия
отрицательной рецензии оказалось достаточно. Его клюв молниеносно метнулся
к подставленному горлу Зо Кима. Тот вздрогнул, еще раз инстинктивно дернул
побуревшими, крапчатыми крыльями и затих.
   Мэри уже добралась до  сцены,  когда  кто-то  запоздало  велел  закрыть
занавес. Дрин услышал через интерком Мэри, как Ду Тор  негромко  проронил:
"Очень сладко".
   - Ричард Мун! - крикнула Мэри.
   "Ну да, конечно,  -  сообразил  Дрин,  когда  рассеялся  ужас,  туманом
окутавший сознание. - Стандартная процедура требует допросить всякого, кто
сообщил клетианину о смерти супруга,  хотя  и  невооруженным  глазом  было
видно, как Муну не хотелось говорить".
   Тут  шокированные  зрители,  немного  опомнившись,  начали  в  гробовом
молчании покидать стулья, подстилки и насесты, чтобы выбраться  на  свежий
воздух. Смерть на Тримусе - редкость, чаще всего  она  являлась  в  образе
фатальной случайности  где-нибудь  вдалеке  от  цивилизации;  бывало,  что
кто-нибудь, сочтя, что прошел свою стезю  до  конца,  тихо-мирно  совершал
самоубийство. А нынешний случай  беспрецедентен  -  интимнейший  момент  в
жизни обратился в жуткое публичное зрелище.  Несчастный  случай?  Зо  Кима
недолюбливали, но  ведь  не  настолько  же!  Кто  может  пожелать  другому
подобной участи?
   - Ричард Мун! - повторила Мэри громче.
   Дрин насторожился. Церемониймейстера нигде не было. Премия Дрина  (если
он и в самом деле должен был ее получить)  валяется  на  сцене  -  сколько
потребуется времени, чтобы сложить воедино  клочки  бумаги?  Почему?  Ради
Статута, ну почему?!


   В  качестве  примера  теории  случайного  эволюционного  дрейфа   может
послужить то, что в конструировании техники на всех трех планетах дошли до
тонкостей, выходивших далеко за рамки необходимого,  причем  некоторые  из
них казались представителям иных рас крайне нелепыми. Дабы сделать  Тримус
пригодным для жизни, создать основу для полного  взаимопонимания  и  общей
культуры, нам пришлось вернуться к истокам. Да и что  толку  в  совместном
проживании трех биологических видов на  одной  планете,  если  каждый  вид
подчиняется собственным техническим достижениям? Поэтому Тримус-сити и  по
замыслу, и по воплощению должен был стать простым, чуть ли не  аскетичным.
На роботехнику наложили строжайшие ограничения, передвигаться  в  пределах
города разрешалось только пешком или на крыльях, а постройки  стоят  сами,
без активных несущих элементов.
   Из заметок Го Зома по поводу Конвенции и Статута Тримуса.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0762 сек.