Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Детективы

Анатолий СТЕПАНОВ - В ПОСЛЕДНЮЮ ОЧЕРЕДЬ

Скачать Анатолий СТЕПАНОВ - В ПОСЛЕДНЮЮ ОЧЕРЕДЬ

        Праздник испортить постарались другие: издалека донесся длинный  звук
винтовочного выстрела. И - через  паузу  -  второй.  Все  как  по  команде
поставили рюмки на стол. Саша, на ходу сорвав китель со стула,  от  дверей
приказал:
     - За мной!
     Понимающие в выстрелах, они знали, куда бежать. Бежали  впятером.  Но
Петро на протезе  скоро  отстал.  Бежали  вчетвером.  Но  пьяненький  Миша
споткнулся и упал. Бежали втроем. И тут Саша вспомнил:
     - Серега, не торопись!
     - Я сегодня не помру, Сашок, - пообещал Сергей, не отставая.
     Они  были  у  цели:  невдалеке  моталось   во   тьме   узкое   лезвие
электрического луча. Кто-то  орудовал  сильным  батарейным  фонарем.  Саша
остановился. Он узнал место. Сегодня утром его здесь окликнул часовой.
     - Кто здесь? - настороженно спросили из темноты, и луч высветил Сашу,
Сергея, Алика, поочередно ударяя их по глазам.
     - Солдаты, - ответил Сергей и добавил: - Помощь не нужна?
     К ним подошел немолодой старшина железнодорожной охраны.
     - Мне пока не нужно... - сказал он и перевел луч фонаря вниз  вправо.
- А ему... тоже вроде не надо бы.
     Перевернутый на спину лежал на черной железнодорожной земле  прыщавый
Вица с темно-красным бугром вместо левого глаза.
     - Четко исполнено, - задумчиво констатировал Саша.
     - Я хотел по ногам и целился по ногам, а вон как вышло... -  из  тьмы
появился часовой. Не тот, что был утром, но  такой  же  молоденький.  Чуть
старше Алика. Он всхлипывал.
     - Дело твое такое, стражник, стрелять, если  непорядок,  -  ободряюще
заметил Сергей.
     - Я три раза крикнул "стой!", а  они...  их  двое  было...  наоборот,
побежали. Я в воздух выстрелил, а потом хотел по  ногам,  -  захлебываясь,
все объяснял, объяснял солдатик.
     - Что  ты  оправдываешься?  -  опередил  старшина.  -  Ты  по  уставу
действовал.
     Взревели моторы в Амбулаторном и, светя  прорезями  затемненных  фар,
примчались и замерли два "харлея" милицейской раскраски и  черная  "эмка".
Из "эмки" кто-то грузно выпрыгнул, и командирский голос распорядился:
     - Докладывайте.
     - Товарищ подполковник! -  старшина  непонятно  как  узнавший  звание
начальника, докладывал  громко  и  без  лишних  слов:  -  Воспользовавшись
темнотой, двое неизвестных пытались проникнуть в охраняемый вагон. Часовой
Хрисанов заметил их и трижды криком "стой" предложил остановиться. Но  эти
двое пытались скрыться. Тогда  Хрисанов,  один  раз  выстрелив  в  воздух,
вторым - прицельным - выстрелом застрелил одного из них.
     Старшина вновь осветил Вицу.
     - Четко исполнено, - повторил Сашины слова  подполковник,  а  часовой
попытался повторить свое:
     - Я хотел по ногам...
     - Да помолчи ты! - перебил его старшина.
     - Что в вагоне, который они пытались грабить? - спросил подполковник.
     - Особо важный груз! - бойко ответил старшина.
     - Диспетчер! - требовательно крикнул подполковник.
     - Здесь я, - отозвался недовольный голос.
     - Что в вагоне, диспетчер?
     - Ручные гранаты. С утренним составом должны уйти.
     Полковник весело присвистнул и потребовал:
     - Освети-ка его еще раз, старшина.
     Опять был распростертый Вица.
     - Кто его знает? - спросил подполковник.
     - На нашем рынке ошивался. Кусочник. Кличка Вица, - спокойно  ответил
Сергей. Он уже отдышался и был ровен, невозмутим и полон достоинства.
     - Хотел бы я знать, зачем кусочнику гранаты, -  подполковник  сел  на
корточки и стал рассматривать Вицу.
     - А может, что им нужно было, вовсе и не в этом вагоне... - задумчиво
произнес Саша.
     - Отвлекающий маневр? - подполковник тут же встал. -  Диспетчер,  что
может представлять интерес для грабителей?
     - На шестом пути десять ящиков со швейцарскими часами.
     -  Пошли,  -  приказал  подполковник,  и  все   торопливо   зашагали,
спотыкаясь о  рельсы.  Вагон  на  шестом  пути  встретил  их  распахнутыми
дверями.
     - Ну, Сашок, ты  похлестче  любого  милиционера!  -  весело  удивился
Сергей.
     - Я офицер-десантник, Сергей, - серьезно ответил Саша.
     - Позавчера двадцать мешков  риса,  а  сегодня  часы...  -  рассеянно
констатировал старшина.
     - Вам было приказано усилить охрану, - холодно напомнил подполковник.
Старшина удрученно развел руками:
     - Да усилили, усилили! Два дополнительных поста. А на  большее  людей
нет.
     - Может, ты к ним на временную работенку определишься?  -  насмешливо
предложил Саше Сергей.
     - Старшина! - вдруг взревел  подполковник.  -  Почему  посторонние  в
запретной зоне? Убрать немедленно!
     Взревел и старшина:
     - Хрисанов! Проводить посторонних граждан!
     Солдатик махнул рукой Сергею, Саше и Алику и пригласил:
     - Пошли, что ли?
     В Амбулаторном их ждали Петро и Миша.
     - Ну, что там? - поинтересовался Петро.
     - Человека убили, - ответил Алик с горечью и болью.


     Все субботнее утро Саша бесцельно бродил по пустырям -  прогуливался.
Посматривал,  поплевывал,  посвистывал  до  часу  дня,  а  потом  неспешно
направился к школе, в которой учился Алик.
     Он сидел на лавочке в школьном палисаднике  и  ждал,  когда  в  145-й
школе прозвенит последний звонок.  Он  зазвенел  наконец,  и  его  тут  же
сопроводил глухой могучий рев сотен здоровых детских и  юношеских  глоток.
Звонок скоро затих, а рев - нет. Он стал пронзительнее  и  громче,  потому
что двери школы распахнулись,  и  орда  пацанов,  не  прекращающих  орать,
вырвалась  на  долгожданную  волю.  Старшеклассники  выходили   степенней,
беседуя и прощаясь. Вот уже и нет никого.  Наконец  появился  еще  один  -
последний, видимо, большой школьный начальник, так как вышел он  вместе  с
учительницей и степенно беседовал с ней на равных.
     - Паренек! - обратился к  нему  Саша.  -  Не  скажешь,  куда  десятый
провалился?
     -  Извините,  -  вежливо  попросил  прощения  у  учительницы  большой
начальник и только после этого подробно объяснил Саше:
     - У десятиклассников  сегодня  вместо  физкультуры  и  военного  дела
футбольный матч с госпиталем на поле МТЭИ. Здесь недалеко,  через  пустырь
и...
     - Спасибо, знаю, - невоспитанно  прервал  его  Саша.  И,  поднявшись,
зашагал к пустырю.
     Школьный рев после отвального звонка  по  сравнению  с  тем,  что  он
услышал, проходя к футбольному полю, был просто детским писком.
     Вот это был футбол! Раненые с мелкими телесными  дефектами  сражались
на поле, как львы. Раненые с существенными телесными дефектами, окружившие
футбольное расталище, оглушительно болели. То был  несдерживаемый  восторг
молодости, уверенной теперь в своей нескончаемости.
     Раздвигая полосатые пижамные спины, Саша  прорвался  к  кромке  поля,
уселся у полустертой  меловой  черты  и  глянул  на  футболистов.  Нет,  и
десятиклассники были не подарок  в  своем  стремлении  доказать,  что  они
настоящие мужчины. Нашла коса на камень.
     Саша отыскал на поле Алика.  Сделать  это  было  нетрудно:  Алик  был
лучшим. Легкий, координированный,  быстрый,  он  непринужденно  работал  с
мячом и, прекрасно видя игру,  умело  и  точно  распасовывал.  От  желания
играть рядом с ним Саша страстно засопел и спросил у соседа с костылем:
     - Какой счет?
     - Два-два! - ответил тот, не отрывая взгляда от поля.
     - Осталось сколько?
     - Десять минут! - злобно проорал сосед, потому что видел,  как  Алик,
набрав скорость, приближался к линии штрафной. - Да прикройте же его!
     Но то был бесполезный крик. Обыграв в штрафной троих, Алик, падая, со
штыка пустил мяч мимо выбегавшего вратаря. Тогда, забивая гол, не  впадали
в замысловато экстатическое ликование. Хмуро глядя в землю, Алик  солидной
трусцой направился к центру. Но до конца матча  еще  оставалось  время,  и
легкораненые бойцы ринулись в последний бой. Мяч  уже  уходил  с  половины
поля десятиклассников. И когда до конца осталась одна минута,  свершилось:
пас, второй, навес во вратарскую, и громадный мужик с  перевязанной  рукой
послал головой мяч в  сетку.  Через  несколько  секунд  судья  в  гипсовом
корсете длинным свистком определил конец игры.
     Волна  пижам  захлестнула  футбольное  поле,   подхватила   богатыря,
спасшего солдатскую честь, и с яростным "ура!" понесла его, как знамя.
     Мимо Саши шла понурая цепочка потных и недовольных десятиклассников.
     - Алик! - позвал Саша. Алик обернулся, узнал, заулыбался приветливо:
     - Саша, ты меня ждешь?
     - Кончилась трудовая неделя? Пошли домой.
     Они пошли. Саша грустно сказал:
     - Все-таки жалко, что теперь девчонки отдельно учатся.
     - А зачем тебе девчонки?
     - Влюбиться хочу, Алька!
     - В школьницу?
     - Почему в школьницу? В кого-нибудь. Чтобы  сердце  обмирало  при  ее
виде, чтобы я на свидания с букетами ходил! -  И  закончил  неожиданно:  -
Неспокойно мне, муторно, Алик.
     - Это от безделья, - безоговорочно решил Алик.
     - Еще что скажешь? - поинтересовался Саша.
     - А что мне говорить? Тебе Сергей Васильевич все сказал.  И  если  ты
немедленно, с завтрашнего дня не займешься каким-нибудь делом,  все  будет
так, как он предсказал.
     Саша послушал, подмигнул хитрым левым глазом и снисходительно поведал
Алику:
     - Мое дело сейчас - в тихом поле лежать и слушать, как птицы поют.
     - Так сделай хоть это!
     - Далеко до поля-то! На электричке ехать надо.
     - Лень?
     - Ага.
     - Так нельзя. Саша...
     - Алик, все! -  предостерегающе  перебил  его  Саша  и  направился  к
школьному двору. Алик шел за ним. Они пересекли пустырь.
     - Чей это сарай? - спросил Саша, кивнув  в  сторону  полуразрушенного
каменного строения.
     - Ничей. Раньше здесь трансформаторная будка была.
     - А что здесь грузовики делают? - Саша рассматривал  отчетливый  след
автомобильных колес.
     - Развернулся какой-нибудь случайный.
     - Ну и черт с ним. Что делать будем?
     - Саша... - опять строго начал Алик, но Саша опять перебил его:
     - Ничего не говори, ладно? Лучше стихи почитай.
     - Хорошо, - согласился Алик. Подумал немного, и:

                     Мы разучились нищим подавать.
                     Дышать над морем высотой соленой,
                     Встречать весну и в лавках покупать
                     За медный мусор золото лимонов.
                     Случайно к нам заходят корабли.
                     И рельсы груз проносят по привычке.
                     Пересчитай людей моей земли,
                     И сколько мертвых станет в перекличке!
                     Но всем торжественно пренебрежем!
                     Нож сломанный в работе не годится,
                     Но этим черным сломанным ножом
                     Разрезаны бессмертные страницы.

     Помолчали. Потом Саша остановился, положил Алику руки на плечи.
     - Я не сломан, Алик.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0424 сек.