Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Детективы

Анатолий СТЕПАНОВ - В ПОСЛЕДНЮЮ ОЧЕРЕДЬ

Скачать Анатолий СТЕПАНОВ - В ПОСЛЕДНЮЮ ОЧЕРЕДЬ

         И тут же раздался страшный шум в окно. Саша открыл  глаза.  За  окном
было яркое утро и Алик. Шлепая  босыми  ногами  по  холодному  полу,  Саша
подошел к окну и распахнул створки.
     - Слышь, герой! - ликующе заорал Алик. - А наши Берлин взяли!
     - Такие пироги! - мрачно сказал Саша и вернулся к кровати  натягивать
штаны.
     - Ты почему не радуешься? - удивился Алик.
     - Да так. Парни Берлин взяли, а я - мешок с  рисом.  -  Он  в  ярости
швырнул бриджи на пол. - Они там костьми ложатся, а я здесь, как павлин, в
погонах и медалях красуюсь! Все! Я - штатский. Алик, сейчас мы - на рынок,
гражданское мне покупать.
     Перешагнув подоконник, Алик был уже в  комнате.  Критически  осмотрев
бушевавшего Сашу, он посоветовал:
     - Все-таки штаны натяни. А если в трусах собираешься, то я с тобой не
пойду. - И вдруг увидел на стуле пистолет. - Это твой?
     - Мамин, - раздраженно ответил Саша. - Она им сахар колет.
     - Можно посмотреть?
     Саша  вынул  обойму,  оттянув  затвор,  выбросил  патрон  и  протянул
парабеллум Алику, который с восторгом ощутил тяжесть оружия.
     - Можно. Только в  окно  целься.  И  незаряженное  ружье  раз  в  год
стреляет.
     Алик вытянул правую руку и зажмурил левый глаз.
     - Тах! Тах! Тах! - в такт холостым щелчкам выкрикивал он.
     - Пацаненок, - ласково сказал уже одевшийся Саша. - Ну-ка  давай  его
мне.
     Он снова загнал обойму, передернул затвор, поставил на предохранитель
и заткнул пистолет за ремень бриджей. Под кителек.
     - Зачем он тебе на рынке?
     - С ним, дорогой Алик, веселей торговаться.
     Торжественно и неразборчиво вещали с  высоких  деревянных  столбов  о
Берлине черные колокольчикообразные репродукторы. Но люди  уже  знали  эту
новость и знали еще и то, что  война  не  закончена,  война  продолжается,
каждую минуту там, далеко на западе, унося в никуда русских  парней  -  их
братьев, сыновей, мужей. И потому особой радости не было, была нормальная,
на привычном пределе военная жизнь.


     - Про Берлин слыхал? - спросил Петро.
     - Слыхал, - пожав руку, Саша озабоченно сообщил ему. - Приодеться мне
надо, Петя.
     Ничего не изменилось на рынке, будто и не было той ночи. Стояли ряды,
бродили продавцы и покупатели.
     - Дерьмо тут в основном, Саша, дерьмо и рвань.
     - На днях я у кукольников симпатичный пиджачок видал.
     - У них товар есть, - подтвердил Петя. - Но продадут ли, вот вопрос.
     - А почему им не продать? Я цену дам.
     Петро пронзительно свистнул над ухом Алика. Алик болезнено сморщился,
хотел сказать  что-то  ядовитое,  но  Петро  уже  обращался  к  сиюминутно
явившемуся на свист шестерке-алкоголику:
     - Феня, не в службу, а в дружбу.  Здесь  где-то  Коммерция  с  Пушком
пасутся. Позови их сюда. Скажешь, я прошу.
     -  Сей  момент,  -  с  лихорадочной  похмельной  бойкостью   пообещал
алкоголик и исчез. Петя стал объяснять, почему могут не продать:
     Им, чтобы фрайеру куклу всучить, хорошая вещь нужна. Чтобы  фрайер  о
ней жалел, а не куклу рассматривал.
     Перед ними стояли плотный, солидно одетый мужчина в соку  и  быстрый,
изломанный, в постоянном мелком движении юнец лет восемнадцати.
     - Счастлив приветствовать ветеранов в радостный день взятия  Берлина!
- патетически возгласил мужчина, кличка которому была - Коммерция. - Мы  в
логове зверя!
     - Ну, допустим, это я в  логове  зверя.  -  Саша  насмешливо  оглядел
живописную парочку. - А ты у себя дома.
     - Обижаете, товарищ капитан, - укорил Сашу Коммерция. - А у вас,  как
я понимаю, до нас дело.
     - Приодеться ему надо, Коммерция,  -  взял  быка  за  рога  Петро.  -
Пиджак, брюки, коробочки. В общем, с ног до головы.
     - Он нас обижает, а мы его одевай, - заметил юнец и хихикнул.
     - Будь выше мелких обид, Пушок. - Коммерция  положил  руку  на  плечо
Пушка, успокаивая. - Пойми и прости молодого человека. Истрепанные военным
лихолетьем нервы, отсутствие женского общества, смягчающего грубые мужские
нравы, просто бравада...
     - Значит, одеваем? - уточнил деловито Пушок.
     - Ну, конечно же, друг  мой,  Пушок!  -  упиваясь  красотой  слова  и
глубокими модуляциями своего голоса, объявил Коммерция.
     - Тогда прошу вас встать, товарищ капитан, - предложил Пушок.
     Саша соскочил с прилавка, а пушок, отойдя на  несколько  шагов,  стал
внимательно изучать его. Рассмотрев, резюмировал:
     - Пиджачок скорее всего пятидесятого размера, брюки - сорок восьмого,
четвертого роста.
     - Что имеем для молодого человека?  Из  самого  лучшего,  конечно,  -
многозначительно поинтересовался Коммерция.
     - Все зависит от того, какими суммами располагает клиент. - Пушок был
реалист и прагматик в отличие от Коммерции - романтика и идеалиста.
     - Плачу с запроса, - просто сказал Саша. Пушок поднял бровь.
     - Имеется ленд-лизовский пиджак тонкого габардина. Брюки  коричневые,
тоже американские. Колеса черные.  Довоенный  "Скороход".  Общий  стиль  -
элегантный молодой человек спортивного типа.
     Коммерция прикрыл глаза  -  мысленно  воспроизвел  облик  элегантного
молодого человека спортивного типа - и добавил мечтательно:
     - И хорошую рубашку, Пушок. Тоже  коричневую.  Только  более  светлых
тонов.
     - Ну, - спросил у него Пушок.
     - Что - ну? За товаром иди.
     - Так не выдадут без вас.
     Коммерция, ища сочувствия, обернулся к Петру и Саше, развел руками  -
ну как с такими неумехами быть! - и зашагал вслед удалявшемуся Пушку.
     - Златоусты! - заметил Алик.
     - Профессия у них такая, - объяснил Петро.
     - Где ребята? - спросил Саша.
     - Как где? Сергей прихворнул малость, Клава сказала, - ответил Петро.
Потом зачерпнул из мешка семечек и, высыпав их обратно, добавил: - А Борис
с Мишкой уже на работу вышли.
     - Понятно, - Саша помолчал, потом заметил между прочим, - И  Семеныча
не видать.
     - Напугал старичка, а теперь горюешь? - подковырнул Петро.
     - Его запугаешь, - ответил Саша и увидел возвращающуюся пару.
     Они шли меж рядов  и  сквозь  толпу,  брезгливо  и  отстраненно.  Они
открыто презирали тех, кого легко обманывали, и легко  обманывали  потому,
что  высокомерно  презирали.  Глядя  на  них,  Саша   почувствовал   накат
солдатского гнева и, на миг прикрыв глаза, привычно подавил его.
     Пушок положил изящный чемоданчик на  прилавок,  а  Коммерция,  открыв
его, извлек шикарный бежевый пиджак.
     - Да,  -  вспомнил  Коммерция.  -  Ботинки  сорок  третьего  размера.
Подойдут?
     - В самый раз, - ответил Саша, не в силах оторвать глаз от пиджака.
     - Прошу примерить, - предложил Коммерция.
     - Прямо здесь?
     - Пиджачок можно, - подбодрил Пушок. Саша  потянулся  за  пиджаком  и
вдруг  заметил  на  правой  руке  Коммерции  отсутствие  двух  пальцев   -
указательного и среднего.
     Картину  подобного  рода  он  однажды  видел  там,  на  фронте.   Там
гражданин, добровольно  и  самостоятельно  освободившийся  от  двух  своих
главных на войне пальцев, без колебаний и  психологических  экскурсов  был
направлен комбатом в трибунал.
     - Самострел? - со знанием дела осведомился Саша.
     - Язычок у вас, товарищ капитан! Несчастный случай в сороковом  году.
Лопнул трос на лесоповале.
     - В исправительно-трудовой колонии где-нибудь на далеком Севере нашей
необъятной Родины? - Саше нравилось уточнять.
     - Именно, - подтвердил Коммерция. - В Кировской области.
     Не  торопясь,  Саша  расстегнул  кителек,  снял  его,  взял  из   рук
застывшего вдруг Коммерции пиджак. А Коммерция и Пушок смотрели на рукоять
парабеллума, торчавшую из-под бриджей, смотрели  пристально  и  обреченно.
Саша влез в пиджак. Пиджак сидел как влитой.
     - Как? - спросил Саша у Алика.
     - Хороший пиджак, - серьезно ответил Алик. Саша снял пиджак, поправил
парабеллум, надел китель, четко застегнулся.
     - Ну что, купцы? Называйте цену. За все. С чемоданом.
     - Для героя войны цена будет весьма  и  весьма  умеренной,  -  заявил
Коммерция.
     - И правильно, молодцы, - поощрил купцов в  этом  намереньи  Саша  и,
угрожающе похлопав  через  китель  по  невидимому  пистолету,  добавил:  -
Учитесь торговать.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0422 сек.