Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Алексей КОРЕПАНОВ - НА СИЯЮЩИХ ВЕРШИНАХ

Скачать Алексей КОРЕПАНОВ - НА СИЯЮЩИХ ВЕРШИНАХ

                                    9

     Утром обнаружилось, что "блинчики"  изменились.  Они  оплыли,  словно
растаявшее на горячем блюдце мороженое, осели, лишившись толстых морковных
ножек, и  превратились  в  невысокие  желеобразные  холмики,  сохранив  от
прежнего вида только свою пятнистость.
     - Процесс опять пошел, -  прокомментировал  заядлый  доминошник  Коля
Таран и плюнул с платформы на  претерпевшие  очередную  метаморфозу  плоды
трудов "ограниченного контингента". - Скоро жабы оттуда  полезут  с  во-от
такенными жлебальниками и начнут нами закусывать.
     - Не мели, Мыкола! - зычно одернул его Петрович. - Никаких жаб тут  и
в помине нет и не будет. Работай себе да лупи по столу костяшками, дуплись
на оба конца - и все дела. И не разводи тут нездоровые настроения.
     Петрович, судя  по  его  высказываниям,  давно  сдал  в  архив  планы
проведения рекогносцировки и разработки вариантов избавления  от  плена  с
определением  направления  главных  ударов.  Петрович  оказался   отменным
картежником, знатоком огромного количества анекдотов и  историй  из  жизни
военнослужащих. Он пел под гитару (в его доме оказалась гитара), занимался
(и, кажется, небезуспешно) "амурными" делами и сожалел лишь о том, что нет
рядом бывших армейских приятелей-сослуживцев.
     А  вообще  пленники  постепенно  разбились  на   отдельные   группки,
согласно, так сказать, своим склонностям и интересам, и потихоньку  начали
возникать даже новые семейные пары... Это дало повод к незлобивым шуточкам
типа: "Ох, Людмила, забросят тебя домой, твой-то тебе ноги повыдергивает!"
- или:  "Смотри,  Анатольевич,  жинка  тебе  достоинство  укоротит,  когда
вернешься, а Любаше глаза повынимает", - и прочим в том же духе.
     Выгрузились, разошлись по бороздам, не обращая уже никакого  внимания
на  Кубоголового,  воспринимая  его  просто   как   деталь   однообразного
незатейливого пейзажа. Белецкий работал, производя заученные движения,  он
свыкся с ролью автомата и  не  думал  о  том,  что  делает:  руки  и  ноги
справлялись с  работой  без  участия  сознания.  Рядом,  справа  и  слева,
выполняли производственные задачи десятки таких  же  автоматов,  одетых  и
обутых кто во что возжелал, накормленных, поправивших здоровье, сексуально
удовлетворенных, беззаботных и предвкушающих близкий приятный традиционный
отдых.
     Белецкий изредка обменивался улыбками с работающей рядом  Анной  и  с
трудом подавлял  приливы  желания,  с  замиранием  сердца  вспоминая  ночь
прошедшую и, распаляя воображение, рисуя ночь будущую. Много, много ночей!
     Это ведь вовсе не измена, говорил он  себе,  это  просто  действия  с
учетом сложившейся ситуации. Действия, наиболее соответствующие  ситуации.
Кто знает, сколько еще предстоит здесь пробыть? Может быть, всю оставшуюся
жизнь... А потребности-то требуют удовлетворения...
     Потребности... Когда-то, довольно давно, в незабывшемся еще  прошлом,
людей вели тернистым,  но  верным  путем  в  светлое  будущее,  к  сияющим
вершинам  коммунизма.  Да-да,  Белецкий  хорошо  помнил  прочитанные   или
услышанные в детстве восхитительные торжественные слова: "сияющие  вершины
коммунизма". Прекрасные вершины были именно тем местом, где каждый  отдаст
"по способностям" и воздастся ему "по потребностям".
     И вот, выходит - дошли? Пусть не сами дошли, пусть их  насильно  сюда
затащили - но они достигли сияющих вершин. И способности  используются,  и
потребности удовлетворяются.
     Вообще идея коммунизма,  как  общества,  которое  воплотило  бы  этот
принцип использования и удовлетворения, была Белецкому весьма  симпатична.
Пусть даже это общество зовется не коммунистическим, поскольку само  слово
"коммунизм"  считается  нынче   чуть   ли   не   матерным;   пусть   будет
постиндустриализм, пусть будет неокапитализм или  что-либо  другое.  Не  в
названии дело. Дело - в воплощении принципа. От каждого -  то.  Каждому  -
это. Основа. Фундамент. Краеугольный камень.
     Так вот они - сияющие вершины? Вот он - блаженный край  мечты?  Здесь
ведь лучше, чем там, у звезды по имени Солнце,  в  озабоченном  проблемами
городе  озабоченной  проблемами  страны?   Вот   они,   счастливые   люди,
попавшие-таки на седьмое небо и обретшие,  наконец,  прекрасную  жизнь  на
надежной тверди сияющих  вершин.  Довольные.  Сытые.  Не  беспокоящиеся  о
завтрашнем дне. Каждому - по потребностям..
     "А ты доволен?" - спросил он себя. И ответил себе:  "Нет,  мне  этого
мало. Мне нужно что-то еще. Потому что я не такой, как  они.  "И  все-таки
выше тех, кто на земле!" Я не такой..."
     Анна наклонилась над лункой в двух метрах от него, он посмотрел на ее
обтянутые черными  брючками  ягодицы,  мысленно  сжал  их  руками  и  едва
удержался от желания броситься к ней, обхватить  сзади  и...  Она,  словно
почувствовав его неистовое желание, обернулась и, прищурившись, ласково  и
призывно посмотрела на него.
     ...Работу, как всегда,  закончили  в  срок,  придя  к  финишу  ровной
линией,  ноздря  в  ноздрю.  Сложили  инвентарь  и,   переговариваясь,   с
шуточками-прибауточками   направились   к   летающей   платформе,    минуя
Кубоголового как пустое место.  И  лишь  Толик-погребокопатель,  поотстав,
вдруг свернул к надзирателю.
     - Слышь, товарищ заведующий,  -  сказал  Толик,  остановившись  перед
белой фигурой и подобострастно глядя на нее снизу вверх. - Я с просьбой от
имени коллектива. - В голосе его звучали умоляющие нотки.
     Услышав проникновенный голос Толика, Белецкий, шедший вместе с  Анной
в числе последних, остановился, с любопытством ожидая  продолжения.  Лично
он никаких просьб к Кубоголовому не имел и никаких  полномочий  Толику  не
давал. Может быть, состоялось какое-нибудь закрытое собрание членов  клуба
"На Валюхе"?
     - Вот вы нас  тут  обслуживаете,  обеспечиваете  всем  необходимым  -
спасибо вам от меня и от коллектива, опять  же,  -  сладкоголосо  зажурчал
Толик,  демонстрируя  обнаружившиеся  вдруг  запасы  красноречия.  -   Все
нормально, жаловаться  не  на  что.  О  здоровье  заботитесь,  о  печенках
наших-селезенках. Курева нам  не  даете,  мы  уж  сами  выкручиваемся.  Ни
винишка нам не предоставляете, ни другого  алкоголя,  потому  что  вредно,
понимаем. И не просим. - Челобитчик  сделал  вполне  театральную  паузу  и
трагическим голосом воззвал к Кубоголовому, добравшись, наконец,  до  того
главного, ради чего и произносилась речь: - Но хоть пива-то вы можете  нам
дать?  Не  самогоняры  -  пива!  Оно  же  полезное,  его  же  даже   врачи
рекомендуют. Хотя бы по кружечке после работы, а? От имени коллектива,  не
от себя же лично. Правильно, мужики? - обернулся он к платформе.
     "Правильно,  правильно!"  -  раздались  голоса  из   гущи   трудового
контингента, с интересом слушающего новоявленного полпреда.
     "Что же это за сияющие вершины такие, если хочешь пива - а его  нет?"
- подумал Белецкий и, подмигнув Анне, тоже крикнул:
     - Одобряем!
     - В общем, просим пивка, хотя бы к обеду,  хотя  бы  по  кружечке,  -
завершил свое обращение Толик, вытер пот со лба и выжидающе  посмотрел  на
Кубоголового, словно тот прямо сейчас  должен  был  извлечь  из-под  своих
одежд желтую цистерну с вожделенным напитком.
     Кубоголовый как всегда остался бесстрастным,  и  Толик,  потоптавшись
немного, пошел к платформе.
     - Как ты думаешь, дадут? - спросила Анна. - Я бы тоже не  отказалась.
Мы с девчонками в общежитии  пили  иногда,  мальчики  нам  красивые  такие
баночки приносили. "Стэффл", что ли.
     - Кто его знает? - ответил Белецкий. - Пейте  пиво  пенное...  Хорошо
бы, если бы прислушались к мнению коллектива. С их  стороны  будет  просто
некрасиво и, я бы сказал, неправильно не прислушаться к мнению трудящихся.
     - Ох и язвочка же ты, Витюша, - нежно сказала Анна и ущипнула его  за
локоть.
     Спустя некоторое время, подходя к привычно сервированному  столу,  на
котором  никакого  пива  не  наблюдалось,  Белецкий  получил   возможность
ответить девушке.
     - Язвочка - не язвочка, а  все-таки  очень  далеки  они  от  запросов
народа. Пива им для народа жалко.
     - Может, они просто его делать не умеют? - предположила девушка.
     - Гады, - удрученно сказал Толик, обводя взглядом стол. - Кровь  нашу
пьют за спасибо. Ну ни хрена понять не могут, дятлы раздолбанные!
     - Глас народа - глас божий. - Белецкий назидательно поднял  палец.  -
Не внемлющего гласу Божьему ждет  возмездие.  По-моему,  касториане  очень
рискуют.
     А вернувшись в  свое  жилище  переодеться  и  немного  поработать  за
письменным столом перед визитом  к  Анне,  он  обнаружил,  что  касториане
вняли-таки гласу.  На  прикроватной  тумбочке  в  спальне  стояла  обычная
поллитровая  темно-зеленая  бутылка  со  знакомой  этикеткой.  Можно  было
подумать, что "Жигулевское" подвезли из ближайшего гастронома, если бы  не
одна деталь: горлышко было закупорено не стандартной жестяной  пробкой,  а
полупрозрачной белой пленкой.
     "Ну,  черти,  уважили,  -  думал  Белецкий,  сидя  на  кровати  и   с
удовольствием потягивая прохладный приятный напиток. - Сегодня пиво  дали,
а завтра что давать будут по просьбам трудящихся?.."
     ...Появление пива стало главным предметом разговоров за ужином. Толик
чувствовал себя героем, бурно радовался, шутил и тут же вместе  с  другими
мужиками устроил экспресс-опрос на предмет выявления чудиков, что  терпеть
не могут "Жигулевское" и готовы отдать его истинным любителям.
     - Живем, мужики! - радостно восклицал  Толик.  -  Сегодня  играем  на
пивко!
     - Надо еще телевизор у них попросить, - заявила Маша, супруга Валерия
Александровича. - Чтобы у всех желающих был телевизор, а то прозябаем, как
в Африке.
     "О, господи! -  подумал  Белецкий,  глядя  на  радостно  возбужденных
людей, уминающих "холодец". - Неужели и телевизоры обеспечат?"
     Сидящая рядом Анна прижалась к  нему  бедром  и  по  спине  Белецкого
забегали приятные мурашки. Письменный стол и машинка могли подождать - еще
будет время.
     - Надо поставить  вопрос  о  выходных,  -  басовито  гудел  сантехник
Аркадий. - Нужно требовать хотя бы один  выходной,  мы  же  не  нанимались
ежедневно вкалывать.
     - И чтобы картошечки с луком! - подхватил  кто-то  на  дальнем  конце
стола. - И еще вареников!
     - Огурцов маринованных...
     - "Сникерса"...
     - По две бутылки пива...
     - А мне мой "москвичок", по поляне погасать!
     "А ведь дадут, ей-Богу, дадут"...  Белецкий  не  знал,  откуда  вдруг
появилась у него такая уверенность, но что-то говорило ему: дадут. Каждому
- по потребностям.
     Возбужденный люд разбредался от стола, договариваясь  о  занятиях  на
вечер, группируясь  по  интересам,  насытившийся  и  беспечный.  Белецкого
легонько хлопнули по руке и он обернулся. Киня-Халявщик осклабился,  глядя
мимо него, на Анну. Рядом стояли еще трое парней.
     - Все солнышке зубы заговариваешь, журналист? Че ты девочку терзаешь?
     Белецкий взглянул на Анну, задавая немой вопрос.  И  Анна  поняла,  и
едва заметно кивнула, словно говоря: "можно".
     - Почему ты решил, что я ее терзаю? - спросил Белецкий, весело  глядя
на туповатое лицо Халявщика. - Мы вместе  терзаемся.  Вот  и  сейчас  идем
терзаться.
     Халявщик, судя по физиономии, слегка опешил, а потом растянул губы  в
улыбке и, кривляясь, поклонился.
     - Ну, поздравляю, наконец-то! - Он  развел  руками,  поворачиваясь  к
парням. - Пошли, ребята, нам здесь делать нечего.  Тут  уже  забито.  -  И
добавил, вновь адресуясь к Белецкому: - Так бы сразу и сказал.
     - Извините, мальчики, - кокетливо сказала Анна и взяла Белецкого  под
руку. - Нам пора.
     Ситуация разрядилась,  парни  отошли  и  все,  казалось,  разрешилось
наилучшим образом. Однако у Белецкого остался в  душе  неприятный  осадок,
словно он поступил как-то не так.
     ...Впрочем, осадок незаметно растворился, когда вновь, теперь уже  на
берегу тихой морской бухты, Белецкий начал ласкать  податливое  и  горячее
молодое женское тело...

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1913 сек.