Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Дан Маркович. - Последний дом

Скачать Дан Маркович. - Последний дом

     "*** "  Был у  меня еще знакомый. Знаменитый, но скучный очень. Был  да
сплыл...
     Он известный человек, жил на самом верху, на девятом этаже.
     Он проходит к лифту, на спине вещевой мешок, лицо опущено, серые волосы
загораживают глаза. Он всегда так ходит, смотрит под ноги.
     Генка говорил, надо вверх смотреть, а вниз пусть ноги смотрят...
     Но Мамонтов  все видит. Если встретит, здоровается, обязательно спросит
- "как ваши дела?.." А у меня какие дела  - делишки... Не знаю, что сказать.
Вроде бы тоже художник, но не настоящий, вывески да объявления... А он лепит
зверей. Фигурки у него красивые, тонкие...
     Только зверей теперь не покупают, никому не  интересны, ни живые, ни из
камня и глины. Гена говорил, такое время...
     - Люди барахтаются в текущей мерзости, а Красоту и Глубину без внимания
оставили.  Но  эти двое нежной породы  птицы,  если улетят, в нашу стужу  не
вернутся.
     У Мамонтова  была жена,  забавная  женщина, толстая смешливая брюнетка.
Мне нравилась,  упитанные женщины не  такие злющие.  Моя жена худая  была  и
злющая... не передать!.. Но я ее понимаю, от меня толку меньше, чем от козла
молока... А Мамонтова жена долго  жила с ним, и девочку взрослую  вырастила.
Потом все-таки уехала, нашла  себе китайца, и он увез ее куда-то в Манчжурию
или в Монголию, не помню. С тех пор Мамонтов один жил.
     Как-то я ему говорю:
     -Может, возьмете, вот, щенок бегает...
     Действительно, появился  у нас щенок, ищет хозяев. Я его  подкармливаю,
но  к себе взять не могу. Все коты ополчились на него, того и гляди разорвут
на мелкие кусочки...  Щенка  я назвал Максим. Хозяева привезли, высадили  из
машины, а сами обратно в столицу укатили. Сосед Толян видел. Я  про него еще
не  говорил, но в сущности  нечего сказать, пустая фигура.  Хотя, не  скажи,
умер странно.  Некоторые до самой смерти свою  загадку  прячут, в  последний
момент задают.
     Так вот, выбросили хозяева Максима и обратно к себе, в теплый дом.
     Теперь  так  многие делают.  Думают, наверное, на  природе  звери  сами
кормятся. А эти  кошки  и собаки бегают, просят  еды. Толпа  зверей... Тогда
ливерная   дорожать  начала,  явилась  демократия  с  грабежом.  У  нас  все
особенное, вот и демократия своя. Так что все наперекосяк пошло.
     Я и говорю Мамонтову - возьмите щенка, он вам жить поможет.
     А он отвечает:
     - Я не могу взять на себя такой ответственности...
     Вот такой человек. За океаном теперь живет.

     "***" А щенка, которого бросили, Максима, я устроил  в подвале. Кормил,
и он прожил зиму безбедно. А весной решил сам хозяев поискать. Не верил, что
специально бросили.
     У нас  по  городу  автобус ходит  круговой, маршрут называется  "Уют  -
Больница".  От магазина "Уюта"  до больницы  на окраине, потом другим путем,
мимо нас, обратно, получается круг, два часа езды. Максимка решил  объездить
все  остановки, чтобы найти  хозяев. Утром пробирался  в  автобус, а выходил
каждый  раз  на следующей остановке. Как он узнавал, мне трудно  сказать, но
каждый вечер обратно возвращался. Остановок больше тридцати, у него ушло все
лето.  За  это  время  он вырос, огромный  получился  пес, и  его в  автобус
перестали  пускать. Пассажиры боятся, протестуют... Он упал духом,  перестал
есть, уходит непонятно  куда...  План его нарушился, а другого  не было. Мне
это понятно, сам без плана живу.
     Однажды ушел Максим и  пропал. Две недели странствовал. Потом появился,
я вижу,  не отощал,  значит,  кормили...  А через  неделю исчез  насовсем. Я
пытался  его  искать,  походил кругом, по своей земле, в  окрестностях...  и
махнул рукой. Жаль, конечно, но что поделаешь.
     Прошла зима, я за делами забыл о Максиме. А весной встретил его, далеко
от дома, в деревне. Иду, а навстречу мне по узкой тропинке огромная  собака.
Я  испугался,  остановился... Не сразу узнал Максимку,  а  он меня тут же за
своего... Привел к деревянному дому.  Оказывается,  он здесь  живет.  Хозяин
говорит,  сам пришел,  а  они  не  против,  свой пес недавно  умер.  Хорошие
попались люди.
     Редко такое счастье случается, вот и вспомнил.
     Если б меня спросили, какое самое большое счастье ты знал... Я не долго
думал  бы. Первое -  позовешь, и все  бегут,  карабкаются, прыгают, спешат к
тебе  -  все живы!..  Второе  -  накормить голодного, тоже радость  большая,
видишь,  как  чавкает,  глотает... постепенно округляются бока... А третье -
проснусь, чувствую, жив еще, и вижу за окном свою землю, двести  тридцать на
пятьсот.
     Еще? Не знаю... Что-то, да, было... но не то... Остальное не счастье, а
удовольствие, с поправками да оговорками.

     "*** " На нашем этаже восемь квартир, рядом со мной три, это наш отсек,
или  предбанник, мы  его так называем. Справа от  меня двухкомнатная, в  ней
Ольга и Толик,  он  немой. Ольга  блондинка, толстушка моего возраста, Толик
тоже наших лет. Ему не повезло - лет в сорок стукнуло, говорят, инсульт. Был
нормальный малый,  а привезли... лет  десять тому назад...  внесли на руках,
положили,  он только  мычит и  руками дергает,  а  ноги висят  как  плети...
Понемногу пришел в себя. Ходит, правда,  странно,  будто все время падает  -
кое-как ногу подставит и снова упасть стремится. Но каждый раз успевает ногу
подставлять,  и так передвигается.  Иногда на самом деле  падает,  но редко,
если  скользко  у  подъезда  или  выпьет.  Но  чаще  не  ходит,  а ездит  на
велосипеде. Забирается кое-как у  стеночки,  взгромоздится и  катит лихо, не
скажешь, что калека. Пока работал кинотеатр, он там механиком  был, а теперь
на своем огороде, от весны до  глубокой  осени, а зимой известно что - Санта
Барбара...
     Он так себе  был,  попивал,  компания дурацкая...  в  общем  пустоватый
малый. А после этого удара другим стал. Раньше и своей-то  жены  не жалел, а
теперь  всех людей жалеет.  Санту-Барбару смотрит, плачет и смеется.  Рычит,
стонет... У них в саду яблонь много,  они постоянно меня  яблоками снабжают.
Я-то даже огорода не имею, несколько раз пытался, брал шесть соток.  Дело не
пошло,  зарастали стежки-дорожки...  Я бесполезные  растения люблю.  А  то -
заботились, выращивали, ублажали... а потом съели?.. Мне не нравится.
     Генка издевался:
     - Ты почище любого вегетарьянца...
     - Нравится -  не  нравится...  Выбирать не  привык, ем  что попадается.
Геркулес люблю...
     - Значит, питаешься трупами семян.
     Не отстанет!.. Ему палец в рот не клади...
     К Ольге с Толиком заходить было приятно, всегда рады мне.
     У них маленький  песик жил, Кузька. Бегал как Вася, сам по себе, только
недалеко отходил, вокруг дома крутился.
     Как-то прибегает Ольга, плачет - Кузьку на  новой  дороге задавило. Она
сама не видела, ей женщина сказала, из девятого дома. На старой дороге он бы
не погиб, не  мчатся  там как  ненормальные. Я недаром  всем  своим  говорю,
говорю... Днем не переходите!..
     Кузька бежал за велосипедом, облаивал, он их не любил, двухколесных,  и
не  заметил грузовик... Мы пошли вдоль дороги  по обочине, сказали,  он  там
лежит. Он белый, лохматый, Ольга его вчера вымыла, сегодня хотела расчесать,
он  убежал погулять и не  вернулся... Из  окна  кто-то показывает нам - "вон
лежит..".  Мы  не заметили его, прошли мимо.  Он лежал в густой  траве,  и я
подумал, что  бумага, такой  он маленький и плоский.  Ошейник  на нем, крови
нигде не  было, будто прилег отдохнуть. Но видно, что  мертвое тело - голова
откинута, и  уже  собрались, вьются  синие мухи,  они первые  узнают.  Ольга
наклонилась над ним - "хорошенький  мой..." - говорит...  Я взял одной рукой
за ошейник, другой за шерсть на  спине, поднял и  положил  подальше в кусты.
Пошел за лопатой...
     Похоронили Кузьку у оврага. Толик появился только  вечером,  приехал  с
огорода. Узнал, заплакал. Никогда не видел, чтобы так плакали - беззвучно, а
слезы ручейками текут...
     После Кузьки они собак не брали.
     - Нельзя ему, - Ольга говорит про мужа,  - второй раз  не вынесет, если
что случится...
     Васю  она любила, добрая душа.  Свитер мне связала  из его шерсти. Вася
линял,  а  я собирал по углам, шерсти много накопилось. Ольга  говорит, надо
спрясть, только простую нитку купи,  вплету для прочности...  Купил,  и  она
спряла, а потом  связала мне  теплую вещь,  уже  после Васиной смерти  было.
Много лет прошло, а я до сих пор ношу  Васин свитер, в самые большие холода.
Так что мы с ним не расстались.

     ***
     Еще  в нашем отсеке жили  Галя и Толян. Галя тоже добрая женщина, копия
Ольги, только волосы темные.  Толян бывший сантехник в институте, пенсионер.
Он  спокойный,  но  ядовитый, есть  такие,  под старость все  плохое в  себе
выкормили. Лежит на  диване с  утра  до ночи, глазеет в телевизор. Никого не
трогает, только словами пачкает всех. И даже ест отдельно, по ночам. Идет на
кухню,  залезает  головой  в холодильник  и все  съедобное жует  напропалую.
Празднует жизнь до  утра,  а потом спит  или  смотрит телек. "Я  от унитазов
устал, - говорит, -  теперь жизнь полной грудью  вдыхаю..." Пьет, но об этом
скучно  говорить,  он  все время пьян.  Не  покупает, у  них  постоянно свое
капает.  В квартире темный чуланчик,  Толян проснется среди  ночи,  и  туда.
Техника!  Сипит,  булькает,  день и  ночь капает понемногу... Отвернет Толян
краник, нальет сколько ему надо, выпьет, добавит, и еще... Галя вздыхает, но
привыкла.   Главное,  чтобы   в  холодильнике  было.  Она  разделочница   на
мясокомбинате,  так  что  у них с едой в  порядке. Ездит,  разделывает туши,
раньше посменно  было,  потом с восьми  до пяти. Приедет, наготовит то,  что
принесла, и спать до следующего утра.
     Толян не хочет со мной дружить -  скучно, я редко пью. А с Галей  любим
потолковать о том, о сем... Она все больше о детях. Есть такие люди, обязаны
другим служить, а их будто и нет на свете. Я сам немного такой, только семьи
нет. Зато друзей полна земля.
     Галя мясца, бывало, принесет, стучится:
     - Знаю, знаю, не ешь... Обрезочки это, бери, найдешь пристроить кому...
     Как не найти...





 
 
Страница сгенерировалась за 0.093 сек.