Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Саган Франсуаза. - Ангел-хранитель

Скачать Саган Франсуаза. - Ангел-хранитель

Глава десятая

     Ночью  я  проснулась и  похолодела  от  внезапной догадки.  Около  часа
просидела  я  в  темноте, как  сова, сопоставляя  факты. Потом,  вся  дрожа,
спустилась  в кухню,  плеснула в кофе коньяку  и выпила его. Уже  светало. Я
вышла на веранду, увидела бледную полоску неба на востоке и  перевела взгляд
на "роллс". Он снова зарос ежевикой-ведь уже пятница. Потом заметила любимое
кресло Льюиса. Я  опиралась на балконную решетку, но руки все равно дрожали.
Не  знаю, сколько  я так простояла. Пару раз пыталась сесть в кресло, но тут
же подскакивала, как марионетка, от все той же мысли. Я даже не закурила.
     В  восемь часов над  моей головой  в  комнате  Льюиса  открылось  окно.
Вздрогнув, я услышала,  как  он,  насвистывая,  спускается в  кухню и ставит
кофейник. Похоже, после  сна его  дурман окончательно выветрился.  Я глубоко
вздохнула и вошла в кухню. Он немного удивился. Я взглянула на него,  такого
юного, растрепанного и заспанного.
     -- Извините меня за вчерашнее, --сразу же сказал он. --Я больше никогда
не буду глотать эту гадость.
     -- Да,  конечно, --ответила  я мрачно и села наконец на  кухонный стол.
Странно, но  с его  появлением мне полегчало.  Льюис с сосредоточенным видом
следил за кофейником, но что-то в моем голосе заставило его обернуться.
     -- Что-нибудь случилось?
     В халате,  с  растрепанными волосами и удивленно поднятыми бровями,  он
казался  таким невинным, что  я засомневалась. Цепь доказательств, которую я
сплела ночью, вдруг распалась. Все же я выдавила:
     -- Льюис... ведь это не вы их убили, правда?
     -- Кого именно?
     Уже сам ответ меня напугал. Я боялась даже взглянуть на него.
     -- Всех: Франка, Болтона, Луэллу.
     -- Я.
     Я  тихо  застонала и откинулась  на спинку стула. Он  продолжал  тем же
тоном:
     --  Не стоит  об этом думать.  Доказательств  нет. Эти  трое больше  не
причинят вам боли.
     Я остолбенела.
     --  Льюис...   вы  ненормальный?  Нельзя  убивать  людей!   Это...  это
нехорошо...
     Высказалась  я  не  слишком  удачно,  но  в  подобном  состоянии  слова
подбирать не приходится. Впрочем, в самых трагических ситуациях я  почему-то
всегда лепечу какие-то глупые, высоконравственные фразы.
     -- Нехорошо? А воровать, подкупать, унижать, бросать-по-вашему, хорошо?
Но ведь делают.
     -- За это не  убивают, -- сказала я твердо.  Он пожал плечами.  Я  была
готова к сцене разоблачения, и поэтому его спокойный тон меня поражал.
     Льюис обернулся:
     -- Откуда вы узнали?
     -- Я думала. Думала всю ночь.
     -- Так вы, наверное, умираете от усталости. Хотите кофе?
     -- Нет. Я-то как раз  жива,  --простонала  я. --Льюис...  что вы теперь
собираетесь делать?
     -- Да  ничего. Произошло самоубийство,  убийство  с  целью ограбления и
автомобильная катастрофа. Вот и все.
     --  А  я?!  --взорвалась я. --Я  что, должна жить  под  одной  крышей с
убийцей? Должна позволять вам убивать  людей просто так, за здорово  живешь,
от нечего делать?
     -- За  здорово живешь? Нет, Дороти, я  убил лишь  тех,  кто  сделал вам
больно. Это не прихоть.
     -- Но кто вас просил? Вы что, мой телохранитель?
     Он  наконец  поставил  свой  чертов  кофейник  и  со  спокойным   видом
повернулся ко мне:
     -- Нет, --сказал он, --но я вас люблю.
     В этот момент  я соскользнула со  стула и впервые в жизни хлопнулась  в
обморок.
     Очнувшись  на  диване,  я  увидела  искаженное  лицо Льюиса.  Он  молча
протянул  мне бутылку виски. Не сводя с него глаз, Я сделала  глоток,  потом
еще один. Сердце мое забилось спокойней. И я тут же пришла в бешенство:
     -- Ах вот оно  что! Вы, оказывается, меня любите? Неужели? И поэтому вы
убили беднягу Фрэнка? И
     несчастную Луэллу! Почему же вы  в таком случае  не прикончили Пола? Он
же мой любовник!
     -- Потому что он вас любит. Но если он захочет вас бросить или предать,
я убью и его.
     -- Боже мой, да вы просто псих. А раньше вы многих убивали?
     --  До  встречи  с вами-нет, --сказал  он. --Никогда.  Незачем было.  Я
никого не любил.
     Он вдруг разволновался  и заходил по комнате,  потирая  подбородок. Это
напоминало какой-то дурацкий сон.
     --  Видите ли,  до шестнадцати  лет никто не обращал  на меня  никакого
внимания. А  когда я  вырос,  все  вдруг  от  меня чего-то захотели-мужчины,
женщины, но с условием, что... ну...
     Застенчивость этого убийцы переходила все границы. Я оборвала его:
     -- Понимаю.
     -- Ничего и никогда просто так!  Ничего  и никогда даром! Ни одна живая
душа  до вас. И  когда  я  лежал там, наверху,  я  все  время мечтал, что вы
когда-нибудь...
     Он  покраснел.  По-моему, я тоже.  Прямо как  в  романах Делли  и Д. X.
Чейза. Я была совершенно разбита.
     -- Когда я понял, что  вы взяли меня просто  так,  что вы добрая, я вас
полюбил. Конечно,  я знаю, вы считаете меня ребенком, вы  предпочитаете Пола
Бретта, и я вам совсем  не нравлюсь.  Но я могу хотя бы оберегать вас. Вот и
все.
     Вот и все. Как это он говорит? Вот и  все. Я  попала в жуткий переплет.
Сделать  ничего  нельзя,  я  погибла.   В  придорожной  канаве  я  подобрала
сумасшедшего, маньяка. Пол был прав, прав как всегда.
     -- Вы на меня не сердитесь? --спросил Льюис.
     Я даже не ответила. Не сержусь ли я на человека, убившего троих,  чтобы
доставить мне удовольствие? Даже само  слово-"сердиться" Льюис произнес  как
провинившийся  ученик. Я думала, вернее, только  делала  вид, что  думаю:  в
голове моей было совершенно пусто.
     -- Льюис, теперь я вынуждена сдать вас полиции. Это мой долг.
     -- Как хотите, --ответил он спокойно.
     -- Следовало бы позвонить туда немедленно, -- тихо сказала я.
     Он  поставил передо  мной телефон, и  мы тупо уставились на  него,  как
будто впервые видели. Потом я потребовала:
     -- Расскажите, как все это произошло?
     -- Франка я позвал от вашего имени в мотель, а сам забрался в окно. Что
касается  Болтона, я быстро его раскусил и для виду  согласился.  Он тут  же
назначил мне свидание в  своем любимом  заведении. От радости он был  сам не
свой. Дал мне ключ от  номера.  Никто не  заметил,  как  я прошел туда.  А с
Луэллой  было еще легче: ночью  я просто развинтил болты  в ее машине. Вот и
все.
     -- Спасибо, достаточно, --сказала я. --И что же мне теперь делать?
     Я, конечно, могла  выгнать Льюиса из дома и постараться забыть  всю эту
историю. Но это все равно что выпустить  хищника из клетки. Он будет следить
за мной издалека  и  с методичностью автомата убивать окружающих меня людей.
Можно  потребовать,  чтобы он уехал, но контракт подписан, и его  непременно
отыщут.  Сдать его в полицию я не могла. Я  туда  вообще никого не смогла бы
сдать. Тупик, полный тупик.
     -- Знаете,  --сказал Льюис, --никто  из  них не мучился. Все  произошло
очень быстро.
     -- И  на том  спасибо,  --съязвила  я.  --С вас бы  сталось изрезать их
перочинным ножиком.
     -- Вы прекрасно знаете, что нет, --сказал он с нежностью и взял меня за
руку.  От растерянности я ее не вырвала, только подумала, что тонкая, нежная
рука,  держащая  мою ладонь, убила трех  человек.  Эта  мысль меня почему-то
больше не ужасала. Наконец я решительно высвободилась.
     -- И мальчишку вчера в баре вы тоже хотели убить, не так ли?
     -- Да. Но это было глупо. Я наглотался ЛСД и не соображал что делаю.
     -- Льюис, вы понимаете, что  вы  натворили? Я рассматривала его  тонкое
лицо, зеленые глаза, властный изгиб губ, черные волосы и пыталась найти хотя
бы намек на раскаяние. Ничего подобного. И от садиста ничего не было. Только
одна безграничная  нежность.  Льюис  смотрел  на  меня,  как  на  капризного
ребенка,  хныкающего по  пустякам. Могу  поклясться, в его глазах  даже была
жалость. Это меня добило:
     я зарыдала. Он обнял меня, стал гладить по голове; я не вырывалась.
     -- Чего уж теперь плакать, --прошептал он.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.0514 сек.