Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Михаил Чулаки - Борисоглеб

Скачать Михаил Чулаки - Борисоглеб

И это был тоже новый горизонт - самим написать сценарий! Не стать
марионетками в руках режиссеров и продюсеров - всех, кто вертит судьбами в
мире экранов и иллюзий.

Самим написать сценарий. О чем?

О себе, разумеется.

То есть, не о себе, а о сиамских близнецах - других, мечтаемых. О себе им
писать нечего: в их жизни ничего не происходит, они сидят неподвижно в
своей комнате, дошли уже до тоски зеленой. Единственное событие - ночью с
Мышкой, но об этом они в сценарии не напишут. О Мышке не напишут. Но
напишут о любви. О чем же еще.

Они стали лучше относиться друг к другу. Почти не ссорились. И даже не
спорили - обсуждали сюжет.

Появилась цель, к которой они могли идти только вместе. Брат для брата был
теперь не только обузой, не только громадной одушевленной опухолью - они
теперь были нужны друг другу, должны были беречь друг друга, как певец
бережет свой голос, а скрипач даже не драгоценную скрипку - пальцы. В конце
концов, и певец, и скрипач, и танцовщик жертвуют многими удовольствиями,
чтобы сохранять форму, лелеять талант. Вот и они, как теперь оказалось, всю
жизнь приносили жертвы своему необычному таланту. Не то что необычному -
единственному в своем роде!

Борис и Глеб все время пребывали теперь в легкой эйфории. Даже прошлая их
жизнь осветилась новым светом, наполнилась глубоким смыслом. А уж будущее
сулило сплошные триумфы - путешествия, доллары, славу.

А пока они не спорили - обсуждали сюжет.

- Я влюбляюсь в одних близнечих, блондинок, а ты в других, черненьких, -
проталкивал свою идею Глеб. Ну и никто не уступает.

- Но они же не сиамочки, они могут и по отдельности. Ты женишься на
блондинке, я - на брюнетке.

- Нет, они согласны каждые только вдвоем. А что одна останется?

- Ну влюбляемся в разных. А какие приключения? В кино нужны приключения.

- Мои блондиночки решают нас похитить и увезти. А твои черненькие гонятся.

Дело двигалось.

- Но надо же не просто снимать любовь и погоню, надо нашу специфику, -
спохватывался Борис.

- Специфики сколько хочешь! Ты дергаешь в одну сторону, я - в другую. Или
не можем вдвоем пройти в вертящуюся дверь.

- А под конец - целуемся! Не только с близнечихами, но и друг с другом, -
осенило Бориса.

- Целоваться, пожалуй, не получится, - возразил Глеб.

Повернул голову, попытался дотянуться и подтвердил:

- Не получится.

А ведь действительно: они никогда в жизни не целовались. До сих пор они об
этом не задумывались: нужды не было целоваться.

Они близки друг с другом как никто на свете, но им не поцеловаться. Не
дотянуться. Головы их сидят на крепких шеях как на торчащих рядом бетонных
тумбах, и не сойтись им, не придвинуться. Но ведь и двум куполам двуглавого
собора - не сойтись... Когда ночью голые они спешат дупелиться, то
складываются резко, и с тех пор как растолстели, сталкиваются своими
круглыми мягкими животами - и как бы целуются пупками. Но этого они в кино
снимать не будут. А губами - нет, не поцеловаться.

Они - единственные исполнители в своем будущем фильме, конкурентов у них не
существует во всем свете, поэтому они точно знают, что смогут их герои, а
чего - нет.

Они писали для себя - в гораздо более широком значении. Сценарий - это еще
и способ воплотить мечту, пережить то, что не случится, скорей всего, в
реальной их жизни. Даже в самой счастливой жизни. В кино им организуют и
бешеные погони, и поцелуи самых красивых близнечих, и все, что они
соизволят вообразить...

- Имена надо придумать, - сказал Борис. - Потому что хотя и мы, но не мы.

- Какие-нибудь парные, похожие, не как у нас: Алексей и Александр, Юлий и
Юрий.

- Алексей и Александр, - мечтательно выговорил Борис. - Лешка и Сашка.

С именами они придумали хорошо. Отделились. Теперь уж точно: они - и не
они. Мало ли что сделают Алексей и Александр, что придумают. Борис и Глеб
за них не отвечают.

Теперь осталось переписать набело.

Нет, не только переписать - перевести. Нельзя же посылать в Голливуд
сценарий на русском. Попадет в руки к какому-нибудь эмигранту, двойнику
мистера Лива... Переводить они взялись сами - не платить же переводчику. А
если язык получится немного корявый, в Голливуде поправят. Там на этот
случай полно штатных редакторов, сценаристов.

- Нам ведь и диалоги свои придется разыгрывать по-английски, - озабоченно
сказал Борис. - А у нас, наверное, произношение ни к черту.

- Ничего, поставят нам произношение, - отмахнулся Глеб. - Или озвучат
актерами.

Снова и снова они сознавали свою исключительность. Вместо Бельмондо может
сняться Жан Маре, а их заменить некем. Так что придется с ними носиться,
приставить к ним всяких редакторов, менеджеров, секретарей, шоферов...

Мышке они сообщили великую новость только после того, как закончили
перевод.

- Мальчики! А я-то думала, вы так усердно уроки учите! Какие же вы умницы.
Так изумительно все сочинили! Я всегда думала, что вы ужасно талантливые. И
сами будете играть. Потрясающе!

Мышка восхитилась, еще не прочитав. И только такое восхищение чего-то
стоит. Прочитать и восхититься может всякий, но только подлинные поклонники
восхищаются заранее. А тем более - поклонницы. Но кому же стать первой их
поклонницей, как не Мышке?

Впервые Мышка превратилась в заказчицу и отнесла сценарий английской
машинистке. Вернулась возмущенная:

- Подумайте, она берет в два раза больше, чем я. А какая разница? Как будто
у нее на руке пальцев в два раза больше. Ну, ничего, это все в десять раз
окупится. В сто! Но мне противно в принципе. Латинский шрифт у этой цацы!

- Да, подгадили в свое время Кирилл и Мефодий, - сказал Борис.

- Какой Кирилл? - не поняла Мышка. - Лавров? Они с театром в Америку
ездили. Нет, цены подскочили не от этого.

Надо было посылать сценарий в Америку. Но по какому адресу? Не напишешь же:
"Голливуд, продюсеру".

Взялся все устроить тот же Иван Павлович. Не такой уж, может быть, и
противный. Похвастался, что у него есть знакомый, который летит в Штаты и
сможет там все узнать и отправить по точному адресу.

Сценарий отправился в путешествие через океан, и теперь оставалось одно -
ждать. Ждать, когда в такое же путешествие смогут отправиться они сами.

Решившись сниматься в кино, Борис и Глеб перестали стыдиться себя. Или -
почти перестали. После долгих лет безвыходного сидения в квартире им
захотелось выйти на улицу. Не просто выйти - поехать куда-нибудь погулять.
Принято гулять в парках, как они слышали, значит - в какой-нибудь парк. И
пусть глазеют. Не глазеют - смотрят. Ну не с восхищением, не с завистью -
но с пониманием того, что сиамские близнецы - явление исключительное. Не
уродство, а именно, исключительное явление. Посмотрят-посмотрят - и
привыкнут. Как привыкла Мышка, другие близкие. Даже Иван Павлович.

Его машиной и решили воспользоваться, благо она оказалась не в ремонте.

В солнечный день сразу после завтрака Борис и Глеб одевались, чтобы
отправиться в ЦПКО. Впервые приобрели значение и погода, и время года.
Специально послушали прогноз по радио. День был обещан без осадков,
температура четырнадцать-шестнадцать. Пальто у них не было, но зато можно
было обновить подаренный на день рождения свитер.

- Только бы не простудиться с непривычки! - волновалась Мышка. - Там же
ветер с залива. Может быть, лучше в Парк Победы?

- Нет, мы хотим в ЦПКО! - твердо сказали близнецы. - Мы никогда не видели
моря.

Решали они. Как мужчины. Как авторы сценария и киноартисты. Отныне приятная
роль Мышки - обслуживать знаменитостей.

И все-таки в последний момент их охватила робость. Сейчас они покажутся на
улице. Кто угодно сможет на них глазеть. Стены перестанут укрывать их.
Наверное, так же тревожно чувствует себя рак-отшельник, выбираясь из
привычной скорлупы.

- Ну чего? Двинулись!





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1008 сек.