Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Мюррей Лейнстер. - Оружие - мутант.

Скачать Мюррей Лейнстер. - Оружие - мутант.

Глава 8

"Следует признать, что человек - существо общественное, в том смысле, как
общественными существами являются муравьи, пчелы, хотя характер
общественности у человека иной. Чтобы муравьиный город процветал, должны
быть естественные законы, охраняющие этот город от неблагоприятных действий
некоторой части жителей. Чтобы предотвратить асоциальные поступки, мало
говорить об инстинктах. Инстинкты мутируют, как и форма. И недостаточно
упомянуть социальное давление общества - у муравьев это будет уничтожение
неправильно ведущих себя членов муравейника. Естественные законы природы
охраняют муравейник от инстинктивного управления, могущего его разрушить, а
так же от отказа от инстинктивного управления, необходимого для
существования города в целом. В общем, есть естественные законы и силы,
защищающие общество от собственных отдельных членов. В человеческом же
обществе..."

Фитцджеральд. "Вероятность и поведение человека".

Автострада была превосходная. Кар мчался вперед. Коммуникатор на передней
панели взрывался взволнованными голосами. Был описан захват кара, сам кар,
его цвет, направление, в котором он удалился. Голоса требовали догнать и
уничтожить кар, уничтожить диверсанта!

Заговорил другой человек. Холодно и спокойно он начал отщелкивать приказы.

А кар Кэлхауна преодолевал подъем. Когда он оказался на полпути между двумя
башнями, навстречу выскочила другая машина. Кэлхаун взял в левую руку
бластер, и в то мгновение, пока мчавшиеся навстречу друг другу машины
находились друг против друга, сделал точный выстрел. Вспышка огня и хвост
густого дыма. Пораженный разрядом кар, у которого короткое замыкание
аккумулятора испарило половину корпуса, пробил ограждение и косматым
метеором сорвался в пропасть между небоскребами.

В коммуникаторе затарахтели голоса. Кто-то увидел вспышку взрыва.
Хладнокровный голос командира заставил всех молчать.

- Ты, - приказал командир. - если ты его засек, доложи.

- Чи-чи-чи! - взволнованно сказал Мургатройд.

Но Кэлхаун ничего не стал докладывать.

- Значит, он снял кого-то из наших, - сделал вывод хладнокровный голос. -
Догоните его, обойдите спереди и сожгите его машину.

Кар Кэлхауна стрелой промчался по наклонному съезду с моста и, балансируя в
крене на двух колесах, обогнул здание... промелькнул между двумя
небоскребами... выскочил на боковую ветвь... промчался до развилки, потом
направо... Но бормотание голосов в коммуникаторе не прекращалось. Одному из
бандитов приказали занять пост на самой высокой башне, откуда
просматривались все дороги нижнего уровня. Группа в четыре кара была
послана в погоню. Всем было приказано стрелять в желтый одиночный кар.
Погоня идет только группой. Стрелять в любую одиночную машину! И немедленно
докладывать, немедленно!

- Я подозреваю, - сказал Кэлхаун возбужденному Мургатройду, сидевшему
рядом, - это вот и называется тактикой боя. Если они нас возьмут в
кольцо... Хотя их не так уж много. Но мы должны успеть выбраться из города,
вот в чем фокус. Значит...

Возбужденный голос пропыхтел донесение - машину Кэлхауна засекли с ажурного
моста, ведущего к самой высокой башне города. Он направлялся...

Кэлхаун тут же изменил направление. Пока что он встретил только одну
машину. Сейчас он ехал по пустой автостраде, между башнями домов с мертвыми
глазницами окон, пристально следившими за убегающим каром.

Все это напоминало сцену из ночного кошмара. Кар Кэлхауна ввинчивался в
пустоту между красиво выгнувшимися мостами, акведуками, переездами,
клеверными цветками развилок, вдоль главных и второстепенных транспортных
артерий города, и повсюду Кэлхаун видел полную неподвижность пустого
города. Свистел обтекающий кабину ветер, покрышки с шелестом пожирали
пространство, светило веселое солнце и безмятежно плыли облака. Ни одного
признака опасности. Только бормочущие в коммуникаторе голоса. Его видели на
повороте... потом там-то и там-то... и только по счастливой случайности он
свернул прочь от подготовленной засады... Потом его...

Слева он заметил зелень трав и деревьев. По спуску рампы Кэлхаун направил
кар в нырок к одной из малых парковых зон.

Едва машина оказалась над каменным парапетом ограждения, как крыша кабины
вспыхнула и испарилась, чудом не задев Кэлхауна. Кто-то попал в его кар из
бластера. Свернув налево и въехав в густые кусты, Кэлхаун выкатился из
кабины, потащив за собой Мургатройда. Оба нырнули в укрытие зеленого
подлеска. Кэлхаун инстинктивно сжимал распылитель.

Он побежал, свободной рукой стряхивая капельки металла с одежды и кожи.
Ожоги адски болели. Но тот, кто стрелял, решит, что поразил Кэлхауна, тем
более, что за попаданием последовало столкновение машины с кустарником.
Человек доложит об удаче прежде, чем отправится посмотреть на
предполагаемый труп жертвы. Потом появятся первые машины. Сейчас Кэлхауну
было бы лучше как можно дальше убраться от этого места.

Он услышал шум подъезжающих каров. Стрелять в любую одиночную машину! Визг
тормозов, голоса. Кэлхаун, не теряя времени, продирался сквозь подлесок
парка. Он был уже у дальнего края. За парком шла дорога, за дорогой -
низкая каменная стена. Он сразу узнал эту стену. Служебные магистрали были
частично закрыты такими стенами, чтобы не мозолить глаза. По одной из таких
магистралей он проник в город. Теперь перед ним была другая такая же
магистраль. Он перелез через низкую стену, Мургатройд, не мешкая, поспешил
за хозяином.

Покрытие магистрали оказалось довольно далеко внизу, и Кэлхаун,
приземлившись, едва не упал. Он услышал шуршание над головой - там, где он
только что стоял, пронеслась машина, потом еще одна.

Прихрамывая, Кэлхаун побежал к ближайшему служебному входу. Через железную
дверку он проник на лестницу в здание. Горели ожоги, ныла ушибленная при
прыжке нога. Сзади по ступенькам прыгал Мургатройд. Вскоре, оказавшись
довольно высоко, Кэлхаун выглянул наружу. Кар стоял на границе дороги и
небольшой парковой зоны, окруженный карами преследователей. Очевидно, они
предполагали, что Кэлхаун спрятался в кустарнике. Между карами кордона
расположилось человек двадцать с бластерами. Приказы отдавал энергичный
человек, бегающий между машинами.

Растянувшись цепью, бандиты начали прочесывать парк. Подкатило несколько
каров с подкреплением.

Те, кто шел через парк, начали методично, не жалея зарядов, выжигать
растения перед собой.

Кэлхаун наблюдал. Потом его пронзила ужасная мысль. Ведь в лагере беженцев
он упомянул про мощный столб дыма: если беженцы увидят дым, они могут
отправиться на помощь.

- Проклятье! - мрачно сказал он Мургатройду. - В конце концов, любая
цепочка благоприятных случайностей имеет предел. Нужно начинать новую
цепочку событий. Итак, все с начала! Новая политика!

Он быстро осмотрел помещения и сделал необходимые приготовления. Потом
вернулся к окну, из которого смотрел, и открыл его.

Он начал огонь из бластера. Дистанция была дальняя, но при минимальном
расхождении луча он успел поразить несколько человек, прежде чем они скопом
устремились к зданию, посылая впереди себя плотный заслон бластерного огня.
Задымился камень фасада, посыпались осколки стекла.

- Теперь, - сказал Кэлхаун, - мы должны превратить их преимущество в людях
и огневой мощи в неблагоприятное обстоятельство. Они робеть не будут, ведь
их много. За дело!


Увидев четыре кара с вооруженными беженцами, Кэлхаун шагнул навстречу,
высоко подняв пустые руки. Он не хотел, чтобы его по ошибке подстрелили
свои. Когда его окружили изможденные, но выздоравливающие беженцы, он
поспешно сказал Киму:

- Все в порядке. У нас целая куча пленных, но пока что их внутривенно
кормить не нужно. Откуда у вас машины?

- Охотники, - сплюнул Ким. - Мы их убили и взяли машины. Мы нашли других
беглецов, и я их вылечил, скоро они будут на ногах. Половина из нас имеем
оружие.

- Оружия теперь у нас хватит на всех и еще лишнее останется. Все бандиты
мирно спят, почти все. Кое-кого я уложил из бластера, и они уже не
проснутся. Большая же часть двинулась на штурм здания. Я их некоторое время
не подпускал, а потом ввел декстретил в систему вентиляции. Выждав нужное
время, мы с Мургатройдом удлинили с помощью полисульфата их период спячки.
Новых неприятностей у нас с этими убийцами не будет. Но нужно поскорее
вернуться к их кораблю. Я позаботился о том, чтобы стартовать он не мог, но
на орбите крутится транспорт с колонистами, требует разрешения на посадку.
Единственный космофон в кабине корабля. Если на орбите не получат ответа...
Я хочу, чтобы с ними говорили вы.

- Мы посадим их корабль, - сказал широкоплечий бородач, - а потом
расстреляем, когда они выйдут наружу.

Кэлхаун покачал головой.

- Наоборот, - улыбнулся он. - Вы наденете форму пленных, пусть радостные
гости увидят вас на экране космофона. Вы себя выдадите за тех, кто сейчас
мирно спит. Вы скажете, что чума сначала действовала, как нужно, уничтожала
население планеты, но потом мутировала и превратилась в несколько новых
разновидностей бактерий. И уничтожила почти всю вашу команду. Вы будете
умолять их совершить посадку и спасти вас, пятерых выживших. Вы нарисуете
картину Мариса-3 - мира, где больше никогда не будет животной жизни.
Мутировавшие бактерии начали убивать даже животных, птицы падали мертвыми
на лету. И вы будете молить их забрать вас обратно домой.

Бородач смотрел на Кэлхауна. Потом сказал:

- Но они не сядут.

- Да, - согласился Кэлхаун. - Это верно, не сядут. Они поспешат домой. И
сообщат там, что произошло. Они будут полумертвы от страха - вдруг прививки
начнут мутировать тоже? И что произойдет на их планете, когда они вернутся?

- Они прикончат своих правителей, - с яростью скачал Ким. - Постараются
сделать это прежде, чем умрут сами - от воображаемой чумы. Они поднимут
восстание. Если у кого-то из них заболит живот, он от страха будет готов
рвать зубами все правительство по очереди и вместе. Чтобы отомстить за свою
собственную смерть. Потому что он будет считать, что его убило пославшее их
правительство!

Ким глубоко вздохнул, холодно улыбнулся.

- Это мне нравится, - с ледяным спокойствием сказал он. - Очень нравится.

- В конце концов, - сказал Кэлхаун, - если бы возникла империя, держащаяся
на страхе эпидемии, как долго просуществовала бы свобода главной планеты?
Ее население тоже покорили бы этим же способом. В общем, напугайте их как
следует. Вид у вас впечатляюще жалкий. Медслужба еще займется их родной
планетой, но, думаю, здоровью Галактики эта планета больше не угрожает.

- Да, - сказал Ким, шагнул в сторону, но потом спросил: - А что делать с
пленными?

Кэлхаун пожал плечами.

- Пусть спят, пока мы не починим решетку. В этом я, думаю, смогу вам помочь.

- Они убийцы, все до одного, - прорычал широкоплечий бородач.

- Верно, - согласился Кэлхаун. - Но линчевать - дело недостойное, возникает
вероятность неблагоприятных реакций-случайностей. Давайте сначала займемся
теми, на орбите.

Так они и сделали. Странно, но казалось, создавая видимость катастрофы еще
более серьезной, чем та, что они пережили, эти люди испытывали детское
удовольствие. Глаза их счастливо сверкали.

Транспорт с пассажирами вернулся домой. Обратный путь был не очень
приятным. После приземления неудачливые колонисты поспешили покинуть порт и
рассказать всем свою историю. Началась неконтролируемая паника. Колонисты
были убеждены, что чума обратилась против них.

Уровень смертности, резко возросший особенно среди правящих слоев, примерно
соответствовал числу тех, кто погиб в случае настоящей эпидемии.

А на Марисе-3 все шло, как по маслу. Было найдено около восьмидесяти
уцелевших граждан, вылечено и приняло участие в подготовке наказания
бандитов, которые продолжали мирно спать. Операция принесла всем выжившим
огромное удовлетворение. Посадочная решетка была отремонтирована, приведена
в рабочее состояние. Потом они занялись кораблем бандитов - разобрали
двигатель, вывели из строя приборы, ячейки Духанна. Выкачали топливо из
планетарных двигателей, - оно теперь пригодится кораблику Кэлхауна. И, само
собой, были извлечены из гнезд все спасательные шлюпки.

Потом преступников разбудили и одного за другим погрузили в скорлупу, в
которую превратился их корабль. Теперь корабль не мог входить в овердрайв,
не мог двигаться на ракетах, не мог посылать сигналы. Экраны были мертвы -
часть из них пошла на ремонт медкорабля.

А потом с помощью решетки - Кэлхаун сам проверял расчеты - корабль бандитов
забросили на орбиту: ждать прибытия властей. Любая попытка бежать стала бы
для них самоубийством.

- А теперь, - сказал Кэлхаун, когда планета была очищена от преступников, -
я должен переправить к решетке мой корабль. Мы перезарядим ячейки Духанна,
закончим ремонт экранов. К городу я могу перелететь и на ракетах, но до
штаб-квартиры Службы путь куда длиннее. Там я подам рапорт, сюда направят
спецкоманду, она займется планетой и бандитами на орбите. Это уже не мое
дело. Возможно, их будут судить на Деттре-2. А тем временем, пусть подумают
над тем, осталась ли еще у них совесть.

Ким нахмурился.

- Ты что-то пытаешься скрыть от нас. Мы ведь забыли, что в корабле их
главарь, микробиолог. Ему следовало бы придумать особое наказание!

Кэлхаун сказал очень спокойно:

- Месть всегда влечет неблагоприятные случайные последствия. Наказывать
имеет смысл, если есть надежда скорректировать поведение человека. А этого
типа уже не исправишь, после всего, что он натворил, после маниакальных
планов вселенского господства, во главе империи рабов.

- Он убийца! - хрипло сказал Ким. - Это все его рук дело! Он заслужил...

- Смертной казни? - быстро закончил за него фразу Кэлхаун. - У нас нет
права на такой приговор. Кроме того, вспомните, где он сейчас.

- На орбите. - Лицо Кима повеселело. - И с ним вся его компания мясников.
Им ничего не остается, как...

- Не вы создали эту ситуацию, - холодно сказал Кэлхаун. - Он сам. Вы просто
поместили преступников в безопасную тюрьму. Лучше забудем о нем.

Вид у Кима был ошеломленный. Он тряхнул головой, чтобы прояснить мысли. Он
постарался выкинуть из головы мысль о человеке, швырнувшим их планету в
кошмар эпидемии. Потом медленно сказал:

- Мы бы хотели сделать что-нибудь для вас.

- Если вы поставите мне памятник, - сказал Кэлхаун, - через двадцать лет
никто не будет помнить, кому он поставлен и за что. Вы с Хэлен собираетесь
пожениться, это правда? - Когда Ким кивнул, Кэлхаун продолжил: - Тогда,
если сочтете дело стоящим, назовите ребенка моим именем. Ребенок будет
спрашивать, почему у него такое имя, и память обо мне не увянет целое
поколение.

- Гораздо дольше, - пообещал Ким. - Здесь вас никогда не забудут!

Кэлхаун усмехнулся.

Три дня спустя, то есть шесть лишних дней сверх предполагаемого срока
санитарной инспекции, посадочная решетка выбросила кораблик Кэлхауна в
пространство. Прекрасный город-столица быстро исчез из виду. Посадочное
поле решетки забросило кораблик за пять планетарных диаметров от
поверхности и выпустило на волю. Кэлхаун развернул медкорабль,
ориентируясь, тщательно нацелил его на точку в созвездии Кита, где
находилась штаб-квартира Сектора. Потом нажал на клавишу режима овердрайва.

Вселенная завертелась волчком. Желудок Кэлхауна дважды вывернуло наизнанку
и обратно, он испытал тошнотворное чувство скольжения по конусу, сглотнул
слюну. Мургатройд икал. Теперь вокруг корабля не было физической Вселенной.
Мертвая тишина. Несколько секунд спустя кабину наполнили шорохи, случайные
звуки - необходимая вещь для поддержания психики человека в нормальном
состоянии при долгом одиночном перелете, когда корабль движется в тридцать
раз быстрее света.

Теперь можно было и побездельничать. В овердрайве ничего другого не
остается, как убивать время.

Мургатройд начал чистить свои длинные усы правой лапкой. Одновременно он
осматривал кабину в поисках места помягче, чтобы там удобно расположиться и
заснуть.

- Мургатройд, - строго сказал Кэлхаун, - хочу тебя упрекнуть. Ты слишком
старательно имитируешь нас! Ким Уолпол заметил, как ты пытался сделать
пленным добавочный укол полисульфата. Надо же! И где ты только стащил
инъектор? Ведь этот укол мог их убить. Я лично считаю, что это было бы
неплохо, но с точки зрения Медслужбы поступок неэтичный. Профессионалы
должны подавлять импульсы!

- Чи! - сказал Мургатройд. Он свернулся в клубок и накрыл нос хвостом,
приготовившись подремать.

Кэлхаун удобно устроился на койке, взял в руки книгу, которую так и не
дочитал. Это была "Вероятность и поведение человека" Фитцджеральда.

Он начал читать, а корабль продолжал мчаться сквозь пустоту.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0468 сек.