Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Леонид КУДРЯВЦЕВ - МИР КРЫЛЬЕВ

Скачать Леонид КУДРЯВЦЕВ - МИР КРЫЛЬЕВ

    Что это было? Сон, галлюцинации, временное помрачнение рассудка? Вряд
ли этот мир был реальностью. Скорее всего - очередные козни дороги миров.
     Птиц посмотрел по сторонам.  Он  сидел  на  том  же  самом  месте,  с
которого они начали путешествие в многослойный мир.  Вот  и  его  окошечко
виднеется совсем рядом. Его ли?
     Сзади слышались странные звуки. Оглянувшись,  Птиц  увидел  сидевшего
рядом медвежонка. Тот размеренно мотал круглой башкой и монотонно  бубнил,
покачиваясь из стороны в сторону:
     - О, эвкалипт! О, сладкие, сладкие эвкалиптовые листья! О,  чудесные,
восхитительные побеги! Неужели, неужели никогда я вас больше не увижу,  не
почувствую ваш запах, не узнаю вкус?! О! Это невыносимо!..
     Птиц уныло вздохнул и, почистив клюв о перья, стал думать о дороге  и
о многослойном мире,  а  также  о  том,  что  его  в  действительности  не
существует. А еще Птиц никак не  мог  понять,  зачем  дороге  понадобилось
подсовывать им эту галлюцинацию. Может быть, зря он у них слопал  половину
священного памятника? Правда, памятник был сложен из какого-то  необычайно
вкусного кирпича. Кто тут удержится? А еще  он  вспоминал  миры  пятнистых
сирен, гигантских пауков, разумных этажерок и этажерочных разумов.
     Нет, все это чепуха. Главное то, что теперь он все равно будет искать
мир крыльев и найдет, несмотря на все штучки дороги. А медвежонок, конечно
же, не откажется от своего мира эвкалиптов.
     Ему вдруг вспомнилось детство. Хотя воспоминания были  недостоверные,
словно кто-то назойливо нашептывал их на ухо. Бороться с ними у Птица  уже
не было сил, и, подчинившись, он вспомнил мир серых скал и опасного  леса.
Мир, где каждую секунду можно погибнуть, где постоянно надо быть начеку. А
еще  все  его  родственники  и  соплеменники  имели  крылья,  пользоваться
которыми боялись. Он вспомнил, как ночью его отец стоял на  краю  ветки  и
мучительно боролся со  страхом,  пытаясь  заставить  себя  полететь.  Как,
наконец, хлебнув пьянящего сока гигантской акации, он оторвался от ветки и
взлетел, стараясь хлопать крыльями как можно тише. И минуту спустя, сделав
маленький круг, он  снова  сидел  на  спасительной  ветке,  где  собрались
родственники и друзья. Они хотели поздравить героя с совершенным подвигом.
А отец дрожал, но не от радости полета, а от пережитого страха. Но все  же
оправился и в ответ на похвалы и славословия стал говорить,  что  в  любой
момент готов полететь опять. Вот только не сейчас, когда-нибудь...
     Самое странное, что ему, бескрылому уроду, по идее должно было быть в
этом мире легче. Ведь он изначально не умел лягать. Как бы не так! Слишком
он не походил на других. Его травили за отсутствие  крыльев!  У  других-то
они были. И неважно, что они боялись ими пользоваться...
     Травля длилась до тех пор,  пока  он  не  излупил  очередного  своего
преследователя, как сидорову козу. Вот этими самыми  руками,  которые  все
считали  уродством.  Тогда  они  испугались.  Его  объявили  преступником,
хулиганом, и ему пришлось бежать на дорогу миров..
     Он отвлекся от  воспоминаний.  Нет,  что-то  было  в  них  фальшивое,
неестественное, словно они были упаковкой, в которой скрывались  настоящие
воспоминания, как-то связанные  с  двумя  словами:  комплекс  и  дорожник.
Правда, значения этих слов Птиц не знал.
     Он так резко повернулся к медвежонку, что  даже  напугал  проходившее
мимо сухое дерево, которое уронило с верхушки старое воронье  гнездо  и  в
ужасе убежало. Гнездо упало  на  медвежонка.  Некоторое  время  ничего  не
происходило. Потом куча старых веточек, листьев и земли зашевелилась.
     - Так, - сказал медвежонок, высовывая  из  нее  мордочку.  -  Теперь,
значит, мою голову приспособили под это?
     Он с шумом встал и отряхнулся. Рассеянно  поглядел  вслед  убегавшему
дереву.
     - Пойдем? - спросил Птиц.
     - Хорошо, - согласился медвежонок.
     Они пошли. Вдруг им стало весело. Медвежонок даже  затянул  старинную
походную песню:

                              Бей, барабан,
                              громче шах.
                              Врагов ураган
                              втопчем в прах!

     Проходя мимо окна, в котором должен был быть многослойный  мир,  Птиц
заглянул. Ну, конечно же - другой мир. Так он и знал.
     На этом участке дороги окна встречались редко. Следующее было далеко,
километрах  в   двух.   Но   что   такое   два   километра   для   бывалых
путешественников?
     Они шагали и шагали,  иногда  от  избытка  чувств  дате  подпрыгивая.
Немного погодя их остановила полутораметровая мышь, спросившая, не  видели
ли они мир, в котором все из колбасы и сыра. Птиц с сожалением сказал, что
такой мир им не встречался, но пусть она не расстраивается, так как дорога
длинная, а на ней чего только не бывает. Мышь заметно огорчилась и  сейчас
же побегла прочь. Кстати, "чь" загордилось, сообразив, что про него бегают
гигантские мыши. Оно, конечно  же,  надулось  и  загородило  двум  друзьям
дорогу. С другой стороны  к  нему  подползали  два  гузяблика.  "Чь"  этим
воспользовалось и попыталось их подбить на сотрудничество. Однако,  увидев
как оно вытаскивает молоток и гвозди для  подбивания,  гузяблики  кинулись
наутек. Сотрудничество разочарованно вздохнуло и растворилось.
     Тогда "чь" кинулось на Птица с медвежонком. Вообще-то зря. Медвежонок
сейчас же скрутил его приемом "двойной нельсон". После этого друзья  стали
соображать, что с таким "сокровищем" делать. И придумали.
     Птиц поймал пробегавшего мимо бамбучника и приготовился  использовать
его как  самочинный  аппарат.  Медвежонок  тем  временем  добавил  в  "чь"
звездного эфира. С помощью бамбучника они перегнали получившееся в  чефир,
который сейчас же тайком вылакал  сам  бамбучник.  От  этого  он  радостно
позеленел, встрепенулся и, дружелюбно ткнув Птица в живот прямой, твердой,
как слоновая кость,  веткой,  стал  танцевать  старинный  танец  "Крокодил
пытается рассмотреть  свой  хвост",  сменившийся  танцем  "Крокодил  чешет
затылок". Но самым лучшим был третий танец, называвшийся "Крокодил  играет
в ленту Мебиуса".
     Бамбучник  настолько  разошелся,  что  вскочил  на   спину   медленно
ползущего мимо бронтозавра, который сейчас  же  небрежным  щелчком  хвоста
свалил его на дорогу.
     Вскочив, бамбучник страшно разозлился, закричал, что переломает  этой
твари  все  конечности  и,  не  переставая  вопить,  кинулся   в   погоню.
Обернувшись и увидев своего преследователя, бронтозавр, очевидно, струхнул
и побежал. Под тяжестью его туши по дороге миров заходили волны.  Птица  и
медвежонка несколько раз ощутимо подкинуло.
     Довольные шуткой, которую откололи, они весело посмеялись и тронулись
дальше. До ближайшего окна оставалось меньше километра, но  это  не  имело
никакого значения.
     Птиц тиснул медвежонка локтем в бок и закричал:
     - Йо-хо-хо!
     Медвежонок заулюлюкал. Они подпрыгнули на дороге, как  на  гигантском
батуте. Дорога спружинила и швырнула их вперед. Вперед!
     Они брали все дальше и дальше, подпрыгивая, издавая нечленораздельные
звуки,   с   удовольствием   распугивая   стайки   ненужных    циркуляров,
циркулировавших по дорою туда и обратно в поисках отбросов, которыми  они,
собственно, питались.
     Потом им встретилась группа военных, стоявших возле ржавого  танка  и
озабоченно  оглядывавшихся  по  сторонам.  Один   из   солдат   неуверенно
потребовал сказать пароль.
     Птиц засмеялся и, ловко  проскочив  между  двумя  офицерами,  побежал
дальше, а медвежонок свернулся в тугой, мохнатый шарик  и  прокатился  под
днищем танка. Военные что-то кричали им вслед, но друзьям было уже  не  до
этого. Близко, рукой подать, светилось окно, и в нет надо было обязательно
заглянуть.
     Лапы у медвежонка были короткие, не то что у Птица.  Поэтому  к  окну
Птиц прибежал первым. Оглянувшись на медвежонка, он насмешливо помахал ему
рукой и бросился в окно, но, наткнувшись на невидимый барьер, тотчас же  и
вылетел обратно...


     Скалевский  нервно  провел  рукой  по  лицу,  словно  стирая  с  него
невидимую паутину. Секунду  помедлив,  он  вытащил  из  кармана  сигару  и
закурил. Его всегда  спокойное,  несколько  полноватое  лицо  сейчас  было
бледнее обычного.
     - Что случилось? - спросил дорожник по имени Коррек.
     Верховный друид выдохнул идеальное колечко дыма и стал смотреть,  как
оно медленно расплывается в воздухе. Вот от  него  осталось  только  сизое
облачко. Тогда Скалевский сказал:
     - Час назад,  направлявшийся  в  Тарзанию  с  дружественным  визитом,
президент Тирен Бар погиб в авиакатастрофе. Причины выясняются.
     Кто-то удивленно присвистнул.
     Скалевский выпустил очередное облачко дыма и продолжал:
     - Совершенно понятно, что следующим нашим президентом  будет  Сильвер
Щерб, человек прогрессивных взглядов. Учитывая международную обстановку  и
ситуацию в стране, к исполнению президентских обязанностей он приступит  с
завтрашнего дня.
     - А что же тут плохого?
     - То, что комплекс пистолетчикам он  не  отдаст.  И  они  это  хорошо
понимают. Таким образом, у них осталось чуть меньше  суток  на  то,  чтобы
завладеть комплексом и поставить нового президента перед уже  свершившимся
фактом.
     - Но как это можно сделать? - удивился высокий, чернобородый дорожник
Эллиот.
     - Как угодно, - пожал плечами верховный друид. - Они могут, например,
инсценировать вторжение с дороги миров. Причем, сделают  это  убедительно.
Собственно говоря, ничего трудного тут нет. Захватить комплекс. Пострелять
внутри. Разложить по  коридорам  несколько  убитых  на  дороге  внеземлян,
расправиться с нами и дело  в  шляпе.  В  общем,  операция  несложная,  но
эффективная.
     Насколько я знаю пистолетчиков, они  это  сделают.  Вообще,  ситуация
интересная. Завтра комплексу ничего угрожать не будет. Вот только  как  до
этого дожить? Кроме тот, совершенно ясно, что происшествие  с  хрустальной
гадюкой - тщательно подготовленная акция. Новый президент будет настаивать
на расследовании, скорее всего, с привлечением  иностранных  специалистов,
которые вполне могут разобраться что к чему.  Пистолетчики  теперь,  когда
ситуация изменилась, кровно заинтересованы в забвении этого дела.  Но  как
это сделать? Конечно же, получить в собственность комплекс. Это еще  более
повышает шанс того, что на нас в ближайшие часы нападут.
     Некоторое  время  в  комнате  была  тишина.  Все  молча  переваривали
сказанное Скалевским. Сам  же  он,  закинув  руки  за  голову,  неожиданно
продекламировал:

                      Молодой джентльмен из Бомбея
                      влез на пальму, летать не умея.
                      С криком бросившись вниз,
                      задавил десять крыс.
                      Молодой хулиган из Бомбея.

     Это у него было такое хобби. Время от времени он сочинял лимерики и к
месту и не к месту их читал.
     Тут  Нломаль  вздохнул  и  стал  докладывать  верховному   друиду   о
случившемся с Сизоносеном и Дангнуром. А тем временем с  Велимиром  что-то
происходило.  Окружающий  мир  словно  отстранился,   стал   полуреальным.
Диспетчеру почему-то было на это совершенно наплевать. Он думал о своем. О
том, как они, люди комплекса, боролись за знания и верили, что кому-то это
нужно. А потом оказалось, что всем на это начхать. Им  казалось  -  знания
помогут окружающему миру, простым людям, даже и не слышавшем, быть  может,
про дорогу. Не нужны им знания. Хлеб им нужен, бензин, мясо,  а  знания  -
нет. На хлеб их не намажешь, на стенку не  повесишь.  А  принесут  ли  они
благие плоды, еще бабушка надвое сказала. Хотя, если у ученых  есть  такое
желание, пусть они занимаются своими делами, исследуют дорогу или еще чего
там, лишь бы не мешали, не приставали... До тех пор, пока  эта  дорога  не
понадобится...
     И вот когда этим людям из большого мира понадобилась дорога -  на  их
пути не становись. Сметут. Кто-то в расшитом золотом мундире ткнет пальцем
в один из разработанных специалистами план, и дело сделано.
     Господи, да ведь это же так просто! Наметить двух нужных людей, взять
их за горло и все. Главное - действовать спокойно, неторопливо,  в  полной
уверенности, что осечки быть не может. И, действительно, осечки  не  было!
Все прошло без  сучка,  без  задоринки,  а  исполнителей  уничтожили,  как
ненужный мусор. Браво!
     Самое жуткое в этой системе то, что в ней каждый человек лишь  фигура
на доске. Поиграли, а когда нужно, сняли с доски и выбросили. Свинство!
     Диспетчер  коротко  вздохнул  и  закурил.  Он  видел,   как   творили
дорожники, как им  отвечал  Скалевский.  Они  обсуждали,  планировали,  но
диспетчер знал, что это ни к чему. Против лома нет приема. Если  раньше  с
ними поигрывали, то сейчас взялись по-настоящему. И остается только искать
пути отступления получше.
     Его вдруг охватила бессильная ярость.
     А как же дорога? Тысячи расположенных  на  ней  миров?  Кстати,  если
такое происходит у нас, то почему этого  не  может  быть  в  других  мирах
дороги? Почему она до сих пор не захвачена  военными?  В  каждом  мире  их
достаточно. Ан - нет. Значит, в дороге есть что-то, мешающее  ее  захвату.
Что это такое? И не самое ли время ему сработать?
     У  нею  внутри  появилось  странное,  ранее  не  испытанное  ощущение
натянутой нити, каким-то образом связанной с дорогой.  Она  натянулась,  и
словно бы по ней пробежал сигнал, почти тотчас же исчезнувший. Можно  было
подумать, что все это Велимиру показалось, если бы через минуту не  пришел
ответ. Что-то наподобие сгустка энергии проскользнуло в его подсознании  и
там притаилось.
     И тогда диспетчер успокоился. Он даже  откинулся  в  кресле  и  снова
вернулся в реальный мир, стал понимать происходящее  вокруг,  почувствовал
запах сигарного дыма и услышал торопливый волнующийся голос Нломаля.
     - Разоружить мухобоев и к чертовой матери из комплекса. Нечего им тут
делать. Двух человек в радиоцентр, чтобы они его держали зубами и ногтями.
Как только на нас нападут, они открытым текстом  передадут  об  этом  хоть
всему миру. Лишь бы не успели заглушить передачу. Ну  как?  По-моему,  это
единственный выход.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1052 сек.