Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Юмор

Александр Бородыня - Похождения рофессора Эпикура

Скачать Александр Бородыня - Похождения рофессора Эпикура

Глава 11. ЛАБОРАТОРИЯ (окончание)

   Сквозь огромные прямые стекла, накрывающие лабораторию, лилось на ма-
кет солнце. Солнце затмевало сильную лампу, и на  мышином  тренажере  от
него появлялись лишние тени. Оба лаборанта спали на своих стульях.  Один
спал с откинутой головой и открытым ртом, другой, напротив, положив руки
на колени и опустив стриженую голову на грудь. Сенека подошел к тому ла-
боранту, что спал с открытым ртом и, стараясь не разбудить молодого  че-
ловека преданного науке, осторожно пинцетом снял с его челюсти, с мокро-
го белого зуба прилепившийся мини-макет бронекомарика. Бронекомарики со-
держались в специальных емкостях. Накануне в одной такой емкости обнару-
жилась трещина, и теперь механические кровососы, налитые бензином,  были
повсюду. Еще одного бронекомарика Сенека за пять минут до того выковырял
скальпелем из-под собственного ногтя.
   - Да, лаборатория! - рявкнул он в телефонную трубку, не дав массивно-
му аппарату даже звякнуть. - Да, сам профессор Сенека. -  На  том  конце
девушка журналист только облизала губы, а он уже закончил грубо.  -  Все
данные по эксперименту через неделю в отчете!
   Телефонный шнур, вырванный из гнезда,  как  мышиный  хвост  судорожно
свернулся на пыльном полу. Сенека с размаху ударил себя по щеке  и,  на-
верное, уже в сотый раз, растер между пальцами бензиновое пятно.
   - Спрашива-ают... Спрашива-ают... Результаты им подавай!..  Свободная
военная журналистика, называется! - Не просыпаясь первый лаборант с  си-
лой сомкнул челюсти, вероятно, ему что-то приснилось.
   Профессор Сенека, упираясь ладонями в стеклянный край  макета,  прис-
тально рассматривал сложившуюся позицию.
   - Вот! - сказал он. - Вот так, правильно, мальчики!
   Тонизированные ядами, током и маленькими порциями возбуждающих газов,
вырывающимися разноцветными фонтанчиками из тоненьких распылителей, мыши
шли в атаку. Глаза грызунов были полузакрыты, с резцов капала  слюна,  а
розовые хвостики задорно торчали вверх. Смешно топорщились их  маленькие
неудобные костюмы, но по этим костюмам, как легко  можно  было  отличить
пряного от гливера. Мумми-смертник в своей  железной  коробочке  наконец
перестал скрестись, быть может, издох сам по себе без специального газа.
Сенека достал лупу и  разглядывал  позицию.  Работал,  урча  моторчиком,
бульдозер, выкапывающий в белом, специально насыпанном  грунте  братские
могилки; над подземными укреплениями пряных взлетали разноцветные  раке-
ты. Одна ракета достигла верхнего стекла лаборатории и, звонко  стукнув-
шись о него, рассыпалась искрами. Эксперимент  проходил  хорошо.  Второй
лаборант даже похрапывал от удовольствия. Сенека потирал руки. С гудени-
ем возле самого уха профессора прошла бронестрекоза. Бронестрекозами уп-
равлял специальный компьютер и, в отличие  от  свободно  функционирующих
бронекомариков они, как и "пи-пи-эр", выполняли строго боевую задачу.
   Вся картина боя в миниатюре была совершенно лишена логики и  здравого
смысла, что и следовало доказать. Картина не несла в себе ничего нового,
и это обстоятельство Сенека предполагал обсосать в своем  отчете,  обыг-
рать и выставить перед почтенной аудиторией, как одно  из  доказательств
своей основной доктрины. Он давно утверждал, что вообще-то сверху виднее
и следовало бы все это свернуть. А если кому и нужна война для  развития
технического прогресса, то вполне достаточно макетов и хорошо простроен-
ных математических моделей. Мышку, ее если и жалко убивать, то ради нау-
ки не очень жалко, а голую цифру, ту и вообще не жалко.
   - А где же наш оппонент? - довольным голосом спрашивал  себя  Сенека,
приближая увеличительное стекло и внимательно разглядывая детали. - Куда
же наш сластолюбец забрался?..
   Ушло немало времени, пока удалось обнаружить ту самую противную  мышь
в попорченном резиновом чехле. Но теперь от чехла остались лишь коричне-
вые пятнышки на ее тельце. Мало того, рядом с маленьким ротным была  еще
одна мышь, жирная, лысая и совершенно голая. Тихонечко  и  сладострастно
попискивая, мыши спаривались. И их тени медленно раскачивались на  мело-
вом рельефе. Ротный и санитарка устроились в ложбинке, оставленной неос-
торожной пятерней лаборанта, их прикрывали край разорванной  палатки,  и
фиолетовый дым, текущий над всею позицией.
   - А-а! - сказал Сенека. - Хорошо, - он порылся в своем халате, извлек
длинные хирургические ножницы и,  прицелившись,  попробовал  сверкающими
остриями ухватить за горло проклятую мышку, нарушающую всю стройную кон-
цепцию. - Иди... Иди сюда!
   Подняв высоко над столом жертву, одновременно перерезая  ей  горло  и
поворачивая к свету, профессор вдруг увидел, что взял не  ту  особь.  На
концах ножниц дрожала усиками, закатывала глаза жирная голая санитарка.
   "Это все от солнца... Нечистота экспериментального  поля,  -  подумал
Сенека, - нужно будет закрыть все стекла черными щитами, тогда не  будет
подобных ошибок... - он бросил жирное дрожащее тельце в мусорную корзину
рядом со столом,  и  острия  ножниц  опять  направились  в  зону  боевых
действий. - Ну, где же ты? Куда ты убежал?"
   Мыши-гливеры с громким писком, похожим на бравую песню,  шли  в  бой,
ротного нигде видно не было.  Методичный  Сенека  поймал  металлическими
концами также за горло хооший экземпляр секретчика, задушил и  бросил  в
корзину. Солнце зашло за тучу, и в лаборатории стало темновато.  Привыч-
ного света мощной лампы, после того как глаза привыкли уже к иному, явно
не хватало.
   - Фиксируем результат, профессор?
   Сенека резко повернулся и увидел, что первый лаборант уже проснулся и
стоит с авторучкой во рту возле стола, готовый внести в распахнутый жур-
нал очередные результаты, а второй возится далеко в углу, пытаясь  поче-
му-то при помощи отвертки воздействовать на большую рыжую  мышь,  привя-
занную за хвост к клавиатуре компьютера, почему-то ему  не  понравилось,
как эта опытная особь, хорошо зарекомендовавшая себя на протяжении  пос-
ледних часов, управляет бронестрекозами.  Мотор  маленького  экскаватора
заглох, и его маленький ковш поднялся вверх.
   - Где он? - щурясь сквозь дым и выискивая ротного, спросил Сенека.  -
Ты его видишь?
   - Кого?- спросил лаборант.
   С ревом над головой профессора прошла бронестрекоза, и ему на  голову
посыпались  маленькие  жгучие  бомбы.  Мышь,  приплясывая  на   клавишах
компьютера, пыталась увернуться от плоского  жала  большой  лаборантской
отвертки.
   "Все равно бессмысленно, все равно никакой пользы... Все равно я буду
прав... - пытаясь успокоиться, подумал Сенека и тут увидел нужного  гры-
зуна. - Ага! - сказал себе Сенека. - Сейчас!"
   Каким-то невероятным образом грызун-сладострастник был уже внутри ук-
реплений пряных. Шевеля усиками,  Эпикур  несся  по  лабиринту,  с  удо-
вольствием сшибая все на своем пути. Не в  состоянии  проникнуть  сквозь
стекло инструментом, Сенека подскочил к пульту компьютера, оторвал  мышь
и, швырнув ее в первого лаборанта, пробежал тонкими пальцами  по  клави-
шам. Мышь в лабиринте легко уворачивалась от взрывов и  продолжала  свой
путь. В каждом ее повороте, в ударах ее хвоста, в ее писке было  столько
здорового удовольствия и прыти, что, вычесывая из волос  неразорвавшиеся
бомбы, Сенека даже не чувствовал боли, такая в профессоре поднялась  ре-
шимость.
   - Ну, так мы фиксируем? - спросил лаборант, наконец вынимая  изо  рта
авторучку. - Профессор?
   - Дайте мне что-нибудь в руку! - вдруг страшным голосом заорал  Сене-
ка, и тут же в его протянутую руку лег тяжелый тупой топорик,  услужливо
снятый вторым лаборантом с пожарного щита.
   Разглядеть сквозь многослойное стекло было ничего нельзя,  во-первых,
проклятое солнце, так помешавшее профессору, теперь окончательно спрята-
лось в тучах, и лампа светила еле-еле, как сонный белый глаз, а  во-вто-
рых, лабиринты в результате многих взрывов были, как разноцветной водой,
наполнены густым дымом. Взмахнув топориком, Сенека, не помня себя,  уда-
рил в стеклянный макет. Во все стороны посыпались визжащие мыши и оскол-
ки. Внутри макета что-то вспыхнуло, и тут же оглушительно грохнуло,  об-
дав лицо экспериментатора клубом черного зловония.
   - Вот он, профессор! - сказал первый лаборант и показал концом  авто-
ручки, дочиста вылизанным металлическим перышком куда-то на пол  лабора-
тории.
   Шевеля усиками, ротный несся во всю прыть, он задирал хвост и все так
же повизгивал. Сенека кинулся на него. Удар. Еще один удар топора, мимо!
Хвостик ротного мелькнул и скрылся во мраке распахнутого сейфа.  Лабора-
торию медленно затягивало чадом разрушенного макета. По полу под  ногами
крутились взбесившиеся мыши. Оба лаборанта, плюнув  на  науку,  пытались
открыть массивную железную дверь, ведущую на волю,  вниз,  на  лестницу,
спускающуюся в нижние этажи Института войны. Они кашляли и ругались,  но
Сенека ничего не слышал и не видел.
   Решительно войдя в огромный сейф, он наносил удары направо и  налево,
топор со звоном отскакивал от ржавого  металла.  Потом  звякнула  первая
разбитая бутыль с "мышиной сладостью", на лицо и руки  атакующего  поли-
лась густая пахучая смесь. От следующего удара лопнула еще одна  бутыль.
Жирная струйка скатилась под халатом и достигла напряженной  стопы  про-
фессора, и тотчас он ощутил острую боль. В стопу вцепились маленькие зу-
бы. Через минуту по телу ученого карабкались уже несколько грызунов.
   Перемазанный с ног до головы пахучим густым препаратом, Сенека  вылез
из сейфа и пытался сбросить с себя атакующих. Здесь были все: и грили, и
пряные, и мумми-смертники - все рода войск, привлеченные  идеальным  ла-
комством, кинулись на пацифиста. Они рвали резцами его халат, его  тело,
откусывали белые пальцы. Перед тем, как потерять сознание, Сенека в пос-
ледний раз увидел прямо перед собою весело задранные усики ротного. Мыш-
ка вскарабкалась к нему на подбородок и прицелилась в затекший  "мышиной
сладостью" глаз.
   Спустя сорок минут, когда из  двух  огнетушителей  лаборанты  наконец
сбили пламя и из шланга промыли заваленную мышиными трупами битым  стек-
лом и поврежденной электроникой лабораторию, от профессора Сенеки остал-
ся лишь скелет. Белый, начисто обгрызенный, ни кусочка халата  не  оста-
лось на нем, скелет лежал с протянутой рукой. А между фалангами  разомк-
нутых пальцев пацифиста шевелила усиками  мышка  в  остатках  резинового
чехла.






 
 
Страница сгенерировалась за 0.1269 сек.