Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Юрий БРАЙДЕР, Николай ЧАДОВИЧ - СТРЕЛЫ ПЕРУНА С РАЗДЕЛЯЮЩИМИСЯ БОЕГОЛОВКАМИ

Скачать Юрий БРАЙДЕР, Николай ЧАДОВИЧ - СТРЕЛЫ ПЕРУНА С РАЗДЕЛЯЮЩИМИСЯ БОЕГОЛОВКАМИ

    Люди, населявшие подземелье ракетной базы, никогда не  видели  солнце
и, возможно, даже не подозревали о его существовании. Конечно, они  знали,
что где-то существует некий другой мир, но  ничего  хорошего  от  него  не
ждали. Там царили  кровожадные  чудовища,  озверевшие  враги  и  стихийные
бедствия, именно оттуда могли прилететь чужие ракеты  и  самолеты.  Иногда
зимой в разгар пурги или летом в самую буйную  грозу  кого-нибудь  из  них
доставляли на поверхность, чтобы позволить  самолично  убедиться  во  всех
ужасах жизни вне бункера.
     Когда  ракетчики  обоего  пола,  дисциплинированные  до  абсурда,   в
мгновение ока собрались в центральном посту управления, Пряжкин сдержанно,
без особых эмоций сообщил,  что  сейчас  состоится  встреча  с  человеком,
который родился и вырос за рубежом, в полной  мере  испытал  все  тамошние
невзгоды и лишения, однако несмотря на многочисленные препоны сумел бежать
в пределы самого справедливого, самого человеколюбивого и самого  сильного
государства. Сразу послышались сочувственные  ахи  и  охи.  Обреченные  на
малоподвижный образ жизни и обильно снабжаемые мукой, сахаром и солониной,
ракетчики  привыкли   считать   образцом   красоты   своих   расплывшихся,
широкозадых  жен,  любивших  наряжаться  в  пыжиковые  жакеты,  ватники  и
песцовые горжетки, поэтому стройная и тонконогая Наташа, одетая  в  мягкий
свитерок и  коротенькую  юбочку,  одним  своим  видом  лучше  всяких  слов
доказывала все неоспоримые преимущества здешнего существования.
     Девушка выглядела больной и потерянной. На вопросы она отвечала  тихо
и  односложно,  иногда  надолго  умолкала.  Ракетчики,   расстроенные   ее
горестным прошлым, вели себя максимально конкретно.
     - Скажите, а оленины вам хватало? - спрашивали они.  -  Вы  ее  часто
ели?
     - Нет, - отвечала Наташа. - Оленины я вообще не ела.
     - Ай-я-яй! - переживали ракетчики. -  А  сколько  сахара  в  день  вы
употребляли?
     - Мало. Ложечки две.
     - Это надо же! До чего людей довели! Сегодня  за  завтраком  я  целый
фунт умяла. А какой чай вы больше любите, брусничный или луковый?
     - Я просто чай люблю.
     - Вот жизнь! Даже чая приличного не хватает. А что вы  вообще  любили
там есть?
     - Бананы и апельсины.
     - А что это такое?  -  протиснулся  вперед  чумазый  малыш  с  явными
признаками рахита.
     - Если ты когда-нибудь пробовал мыло, значит, и вкус бананов  знаешь.
- Наташа прижала к себе малыша. - А ананасы и того хуже.
     - Говорят, вам даже змей приходится есть?
     - Приходится. Я сама ела. Угри называются.
     - А что же вы  так  одеты  плохонько?  Неужто  ватников  на  всех  не
хватает.
     - Мне вот не хватило.
     - Не расстраивайся, родимая! Я тебе свой старенький подарю.
     - А как насчет веры истинной? Забыли, поди, кумиров? Жертвенный огонь
не разводите?
     - Не разводим. И кумиров забыли.
     - И Перуна? - с ужасом воскликнул кто-то.
     - И Перуна.
     - И Даждьбога?
     - И Даждьбога.
     - До чего народ замордовали, бесы! Чтоб их леший разорвал!
     - Хватит дитя мучить! - дородная баба обняла Наташу.  -  Да  на  ней,
бедной, лица нет. Покормить  надо  вначале  гостью  дорогую,  а  уж  потом
вопросами мучить. Я сегодня как раз шанег напекла.
     Обед   накрыли   прямо   на   плоской   панели   пульта   управления,
предварительно  убрав  с  него  недосушенные  пеленки.  Посуду  и  пеленки
извлекли из аппаратных стоек, в которых клацали реле и стрекотали  шаговые
искатели. Наташа ела исключительно мало, выпила только кружку  брусничного
чая, да слегка поклевала шанежку размером с колесо от детского велосипеда.
На все уговоры сердобольной хозяйки  она  отвечала  отказом,  ссылаясь  на
отсутствие привычки к такой хорошей пище, чем едва не довела ту  до  слез.
Пряжкин, впавший в мрачное состояние духа, также не притронулся ни к  еде,
ни к самогону. Зато Пашка, ввернув за двоих, сразу  повеселел  и  принялся
популярно  разъяснять  Наташе  устройство  индикатора  кругового   обзора,
методику   заправки   стратегических   ракет   топливом   и   преимущества
разделяющихся боеголовок над всеми остальными.
     "Откуда  он  только  всего  этого  нахватался,  -   подумал   Пряжкин
рассеянно. - Впрочем, скорее всего от меня самого, от кого же еще.  Болтаю
много, особенно по пьянке".
     На душе было муторно и хотелось  выпить,  но  слово,  данное  Наташе,
сдерживало.
     - Пойдем, - сказал ей он. - Посмотришь пусковую шахту.
     - Не хочу. - Наташа отрицательно покачала головой. - Я устала.
     - Тогда отдохни. У меня здесь есть своя комната.
     - Хорошо. Проводи меня. Только сразу  договоримся,  не  трогать  меня
сегодня.


     В маленьком кабинетике, где пахло одновременно и затхлым  погребом  и
вокзальным сортиром, Наташа сразу забилась в угол дивана и положила голову
на согнутую руку. Пряжкин расхаживал из  угла  в  угол,  не  зная,  что  и
делать. Злость и нежность разом терзали его.  Он  хоть  и  старался  гнать
прочь все невеселые мысли, но тем не менее, ни на минуту  не  мог  забыть,
что всего через несколько  часов  вновь  предстанет  пред  очами  кабинета
министров, да еще не один, а с Наташей.
     Что скажет он им? Как поведет себя она? Чем все это  закончится?  Еще
до конца этого дня он будет или бесконечно счастлив, или растоптан в пыль.
     Заснуть бы крепко-крепко и проснуться после того,  как  все  решится,
подумал Пряжкин.
     - Сядь, - сказала Наташа неожиданно спокойным,  хоть  и  безжизненным
голосом. - Сядь, не суетись.
     - Хорошо. - Он сел подальше от нее, у дверей.
     - Говори. Ты ведь хочешь что-то сказать.
     - Я хочу спросить. Зачем ты пришла сюда?
     - А ты как думаешь?
     - Ты шпионка?
     Пусть бы она рассмеялась в ответ или даже неловко соврала - это  было
бы не так страшно, как наступившее молчание, долгое тяжелое молчание.
     - Скажи  что-нибудь,  -  попросил  Пряжкин,  чувствуя,  что  начинает
цепенеть от запредельного, досель неизведанного ужаса.
     - Как это  тебе  лучше  объяснить...  -  Наташа  устало  вздохнула  и
откинула волосы с лица. - Я не шпионка в том смысле, как это понимаете вы.
Мне не нужны ваши тайны, даже самые жуткие. Тем более я не хочу  причинить
вам вред. Но я и не перебежчица, за которую себя выдаю. Никто  не  посылал
меня сюда, и я не имею никакого задания. Все это  только  моя  собственная
инициатива или, если тебе  будет  угодно,  моя  дурость.  Мне  нужно  было
побывать среди вас, говорить с вами,  попробовать  понять  вас.  Ведь  это
совсем другая цивилизация, другой народ, вы  почти  что  инопланетяне.  Не
знаю, для чего все это мне нужно. Тут и  любопытство,  и  каприз,  и  даже
амбиции... Возможно, потом я написала бы о вас.  Ведь  я  собираюсь  стать
журналисткой. А может быть, все это  навсегда  осталось  бы  со  мной.  Не
знаю... Но сейчас... Сейчас мне страшно. Вы сами себя добровольно заточили
в тюрьму. Вы беспощадно губите друг  друга.  А  ваши  дети...  Это  просто
кошмар какой-то. Они-то в чем виноваты?
     - Ты действительно так считаешь? - спросил он холодно.
     - Да. Ты думал, меня интересуют ваши допотопные ракеты? Успокойся. Их
давно никто не боится. Над вами постоянно висит противоракетный спутник, а
вокруг натыканы зенитные комплексы. Любая  ваша  ракета  будет  уничтожена
прямо на старте.
     - Ты противоречишь сама себе. Если вы нас не боитесь,  зачем  же  все
это: зенитные комплексы...
     - Нормальные люди не  боятся  буйнопомешанных.  Но  помещают  их  под
надзор в специальные клиники. Точно так же  и  с  вами.  Мы  точно  знаем,
сколько у вас боеголовок и каков их  тротиловый  эквивалент.  Мы  примерно
знаем даже намеченные для них цели. Уверена, что  ваши  ракеты  далеко  не
улетят. Но ведь взрыватели боеголовок  установлены  так,  чтобы  неминуемо
сработать при разрушении ракеты. Правильно я говорю?
     - Это тебя не касается.
     - Кроме того, вы можете сами взорвать свой ядерный арсенал. То ли  по
халатности, то ли по пьянке, то ли из фанатизма. С вас станется! Хотя  все
соседние  поселки  отселены,  роза  ветров  в  этих   краях   такая,   что
радиоактивное заражение покроет огромную площадь, и том числе и мой родной
город, где проживают полмиллиона людей. Скажи, это нужно вам?
     - Значит, вы все же нас боитесь?..
     - Господи! - Она всплеснула руками. - И это говоришь ты, быть  может,
самый разумный человек здесь...
     Она встала  и  подошла  к  столу,  на  котором  среди  всякой  другой
аппаратуры был установлен большой, многодиапазонный радиоприемник.
     - Он исправен?
     - Да.
     - Ты слушаешь его?
     - Иногда.
     - И что же?
     - Да ничего. Бред какой-то. Или ложь.
     - Почему ты так решил?
     - По-твоему, я слабоумный? Кое в чем и сам могу разобраться.
     - Ужас! В чем ты, милый, разбираешься? Ты  ведь  уверен,  что  у  нас
надписи на этикетках делают писари. Вы сажаете маринованную свеклу и ждете
урожая. Вы ничего  не  знаете  об  окружающем  мире.  А  о  себе  вы  хоть
что-нибудь знаете? С чего все  это  началось?  Скажи!  Как  появился  этот
жуткий город? Как вас учат этому в школе?
     - Разве ты сама не знаешь?
     - Я-то знаю! А вот как знаешь ты?
     - Дабы  пресечь  происки  враждебных  сил,  толкавших  государство  к
гибели, а народ к нищете, рабству и  вырождению,  группа  патриотов  взяла
власть в столице в свои руки.
     - Чушь какая! Отсюда до столицы две тысячи ваших верст.  И  дома  там
совсем не из бревен.
     - Хорошо, я не скажу больше ни слова.
     - Прости, что перебила тебя. Продолжай.
     -  К  ним  присоединились  многие  люди  доброй  воли.  Однако  часть
государства осталась под контролем изменников, которые с помощью демагогии
и насилия держат народ в подчинении.
     - А ракеты эти вам зачем?
     - В интересах  обороны  и  защиты  мира,  как  ответ  на  агрессивные
намерения врага.
     - Это ты сам придумал или от Овечкина слышал?
     - Это придумали еще тогда, когда ни тебя, ни меня на свете не было.
     -  А  теперь  послушай  меня   внимательно.   Когда-то   здесь   была
обыкновенная ракетно-ядерная база. Так называемая "точка". Одна из многих.
Уже и в то время устаревшая. О том, что тогда творилось в стране,  я  тебе
рассказывать не буду.  Для  этого  сначала  надо  проштудировать  половину
мировой истории. Ведь для вас что Владимир Святой, что Гришка  Отрепьев  -
почти одно и тоже. Короче, это было  смутное  время.  Вот  тогда-то  кучка
людей,  благосостоянию  и  положению  которых  угрожали  перемены,  сумела
захватить базу. С полного согласия и не  без  помощи  гарнизона,  конечно.
Папочка вашего Силы Гораздовича умел  обводить  людей  вокруг  пальца  еще
почище, чем  сынок.  Твой  отец  вольно  или  невольно  стал  его  главным
пособником. Он прекрасно знал  ракетную  технику  и  был  очень  способным
инженером. Ведь запустить  ракету  можно  только  по  распоряжению  вполне
определенных лиц, владеющих специальными кодами. Если бы кто-то  попытался
самостоятельно подобрать код, уже после второй попытки вся  система  пуска
бы  самоуничтожилась.  Но  папочка  твой  нашел  гениальное  решение.   Он
просто-напросто ликвидировал контрольное устройство и создал обходную цепь
ручного управления, зажигания двигателя. Разгадал он  и  тайну  взрывателя
ядерной боеголовки.
     - Если бы это сказал кто-то другой, а не ты...
     - Тогда ты свернул бы ему голову? Не так ли?  Твой  отец  знал  очень
многое и поплатился за это. Для нас причина его смерти давно  не  является
тайной. Убил его кто-то из зайцевской родни  по  приказу  Попова.  Передав
дела наследнику, то есть тебе, он стал не нужен, даже опасен.
     - Я не верю.
     - Зачем мне лгать? Вы засылаете к нам шпионов целыми табунами, но  ни
один из них не вернулся. Ты не знаешь, почему?
     - Шпион не может рассчитывать на снисхождение.
     - Как бы не так. Все они сдались, едва перешли рубеж.  Многие  потом,
правда, погибли от пьянства и всяческих излишеств, но  иные  ведут  вполне
нормальную жизнь. Уж они-то порассказали о ваших тайнах!  Всю  подноготную
вывернули.
     - Предатели!
     - Бог им судья. Но только не ты. Дальше будешь слушать?
     - Валяй.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0482 сек.