Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Философия

Элиас Канетти. - Масса и власть

Скачать Элиас Канетти. - Масса и власть

МАССА

Боязнь прикосновения и ее метаморфозы


     Ничего  так  не  боится человек, как  непонятного прикосновения.  Когда
случайно дотрагиваешься до чего-то, хочется увидеть, хочется  узнать  или по
крайней  мере  догадаться,  что   это.  Человек  всегда  старается  избегать
чужеродного  прикосновения.  Внезапное касание  ночью  или  вообще в темноте
может сделать этот страх паническим. Даже одежда не обеспечивает достаточной
безопасности:  ее так легко разорвать, так легко добраться  до твоей  голой,
гладкой, беззащитной плоти.
     Эта  боязнь прикосновения побуждает  людей всячески  отгораживаться  от
окружающих. Они запираются в  домах, куда никто  не имеет  нрава  ступить, и
лишь  IBM чувствуют себя  в  относительной безопасности. Взломщика боятся не
только  потому,  что  он  может  ограбить,  страшно,  что  кто-то  внезапно,
неожиданно схватит тебя из  темноты. Рука с огромными когтями обычный символ
этого страха. Отсюда во многом двойственный смысл немецкого слова angreifen.
Оно может означать и безобидное прикосновение, и опасное нападение, причем в
первом значении  всегда  присутствует опенок  второго.  Основное же значение
существительного Angriff уже исключительно отрицательное: нападение, атака.
     Нежелание с  кем-либо соприкоснуться сказывается  и  на нашем поведении
среди  других. Характер наших  движений  на  улице, в толпе, в ресторанах, в
поездах  и  автобусах во  многом  определяется этим  страхом. Даже когда  мы
оказываемся совсем рядом с другими людьми, ясно их видим и прекрасно  знаем,
кто это, мы по возможности избегаем  соприкосновений.  Коли же, напротив, мы
рады  коснуться кого-то, значит, этот человек оказался нам просто приятен, и
сближение происходи! по пашей инициативе.
     Быстрота, с какой мы извиняемся, нечаянно кого-то задев, напряженность,
с какой обычно ждешь извинения, резкая и подчас не только словесная реакция,
если  его  не  последует, неприязнь  и враждебность, которую  испытываешь  к
"злоумышленнику",  даже когда не  думаешь, что у него  и впрямь были  дурные
намерения, весь этот сложный клубок чувств вокруг чужеродного прикосновения,
вея эта крайняя раздражительность, возбудимость  свидетельствуют о  том, что
здесь оказывается задето что-то затаенное в самой глубине души, что-то вечно
недремлющее  и  коварное, что-то  никогда  не покидающее  человека,  однажды
установившего границы  своей личности. Такого рода страх может лишить и сна,
во время которого ты еще беззащитней.
     Освободить человека от этого страха перед  прикосновением способна лишь
масса. Только в ней страх переходит в свою противоположность. Для этою нужна
плотная  масса, когда  тела  прижаты  друг  к  другу,  плотная  и но  своему
внутреннему состоянию, то есть когда даже не  обращаешь  внимания,  что тебя
кто-то  "теснит". Стоит однажды  ощутить себя частицей массы, как перестаешь
бояться ее  прикосновения.  Здесь  в  идеальном  случае  вес  равны.  Теряют
значение все  различия,  в  том  числе  и  различие  пола. Здесь,  сдавливая
другого, сдавливаешь сам себя, чувствуя его,  чувствуешь  себя  самого.  Вес
вдруг начинает происходить как бы  внутри одного тела.  Видимо,  это одна из
причин, почему массе присуще  стремление сплачиваться  тесней: в  основе его
желание  как  можно  в большей степени  освободить  каждого в отдельности от
страха прикосновения. Чем плотней  люди прижаты друг  к другу, тем сильней в
них чувство, что они не боятся друг друга. Этот переход боями  прикосновения
в  другое,  качество  свойство  массы.  Облегчение, которое  в ней начинаешь
испытывать  и о котором еще пойдет речь  в другой связи, становится наиболее
ощутимо при самой большой ее плотности.


Открытая и закрытая масса

     Масса, вдруг  возникающая там, где только что ничего не  было,  явление
столь  же  загадочное,  сколь  и  универсальное.  Стояли,  допустим,  вместе
несколько  человек, пять,  десять,  от силы двенадцать, не  больше.  Не было
никаких  объявлений, никто ничего не ждал. И вдруг  все уже черно  от людей.
Они  стекаются  сюда   отовсюду,  как  будто   движение   по  улицам   стало
односторонним. Многие понятия не имеют, что случилось, спроси их об атом они
не  смогут ответить;  и  все-таки  они спешат  присоединиться  к  толпе.  Их
движению  присуща  решительность,  свидетельствующая  отнюдь  не  о  простом
любопытстве.  Можно сказать,  что движение  одного оказывается заразительным
для другою, но дело не только в этом: у них есть цель. Она появилась прежде,
чем  они это осознали; цель самое черное место, место, где собралось  больше
всего людей.
     Об этой ярко выраженной форме спонтанной массы следует кое-что сказать.
В месте своего возникновения, то есть собственно в своем ядре, она не так уж
спонтанна, как  кажется.  Но в остальном, если  не  считать пяти, десяти или
двенадцати   человек,   с   которых   она   началась,   масса  действительно
характеризуется этим свойством. Возникнув однажды, она стремится возрастать.
Стремление  к росту первое и главнейшее свойство массы. Она готова захватить
каждого,  кого  только можно. Всякий, имеющий  облик человеческого существа,
может к ней примкнуть. Естественная масса есть открытая  масса: для ее роста
вообще не существует никаких границ. Она не признает домов, дверей и замков;
ей подозрительны те,  кто от нее запирается. Слово  "открытая" здесь следует
понимать во всех смыслах, она такова всюду и во  всех направлениях. Открытая
масса  существует,  покуда   она  растет.  Как  только  рост   прекращается,
начинается ее распад.
     Ибо  распадается масса  так  же внезапно, как возникает.  В  этой своей
спонтанной форме она образование чувствительное. Открытость, позволяющая  ей
расти, одновременно  опасна для нее. Предчувствие грозящего  распада  всегда
присутствует в ней. Она пытается избежать его, стараясь  быстрее расти.  Она
вбирает в себя всех, кого только можно, по, когда никого больше не остается,
распад становится неизбежным.
     Противоположностью   открытой    массе,    которая   может   расти   до
бесконечности,  которая  есть  повсюду  и   именно   потому  претендует   на
универсальность, является закрытая масса.
     Эта отказывается  от  роста,  для нее самое  главное  устойчивость.  Ее
примечательная черта наличие границы.  Закрытая масса  держится стойко.  Она
создает  для себя  место, где обособляется; есть  как бы  предназначенное ей
пространство, которое она должна  заполнит!,.  Его можно сравнить с сосудом,
куда наливается жидкость:  известно,  сколько жидкости  войдет в этот сосуд.
Доступ на ее  территорию  ограничен,  туда не попадешь  так просто.  Границы
уважаются. Эти границы могут быть каменными, в виде крепких стен. Может быть
установлен  особый  акт  приема, может существовать  определенный взнос  для
входа. Когда  пространство  оказывается заполнено  достаточно  плотно,  туда
никто  больше не допускается.  Если какая-то  часть желающих осталась за его
пределами,  в  расчет  всегда берется  лишь плотная  масса внутри  закрытого
пространства, остальные не считаются принадлежащими к ней всерьез.
     Граница  препятствует нерегулируемому  приросту,  но  она затрудняет  и
замедляет также  возможность распада.  Теряя в росте,  масса  соответственно
приобретает  в  устойчивости. Она защищена от  внешних  воздействии, которые
могут бить  для нее  враждебны и  опасны. Но особенно  много значит  для нес
возможность  повторения. Перспектива  собираться  вновь  и вновь всякий  раз
позволяет массе избежать  распада. Ее  ждет какое-то здание, оно  существует
специально ради нес, и, покуда оно  существует, масса будет собираться здесь
и впредь. Это  пространство принадлежит ей даже  во  время отлива, и в своей
пустоте оно предвещает время прилива.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.374 сек.