Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Барри ЛОНГИЕР - ВРАГ МОЙ

Скачать Барри ЛОНГИЕР - ВРАГ МОЙ

***

   В конце концов дрова подошли к  концу.  Ближе  к  тому  времени,  как
Заммису  появиться  на  свет,  Джерри  здорово  отяжелел  и  очень-очень
недомогал, и под  силу  ему  было  разве  что,  опираясь  на  мою  руку,
выбираться из пещеры по нужде. Поэтому на мою долю приходился сбор  дров
(для чего я с помощью  единственной  уцелевшей  палки  сбивал  наледь  с
промерзшего сухостоя), а также стряпня.
   Однажды вьюжным днем я  заметил,  что  льда  на  деревьях  вроде  как
поубавилось. По всей видимости, зима шла на убыль  и  дело  повернуло  к
весне. Лед я сбивал в превосходном расположении духа, предвкушая  приход
весны и думая о том, что от  такой  новости  Джерри  приободрится.  Зима
страшно угнетала моего дракошу. Я как раз работал  в  лесу  над  пещерой
(скидывал вниз охапки заготовленных дров), когда раздался вопль. Я так и
застыл на месте, потом огляделся. Ничего не видно, кроме  моря  да  льда
вокруг. Тут вопль повторился:
   - Дэвидж!
   Джерри. Я выронил из рук очередную охапку дров и помчался к расселине
в скале - по этой расселине пролегал кратчайший путь от пещеры  к  лесу.
Джерри вновь завопил; тут я  поскользнулся  и  дальше  уж  не  бежал,  а
катился вниз до самого выступа, который располагался вровень со входом в
пещеру. Я вихрем пронесся по проходу и наконец добрался до жилого грота.
На постели, взрывая пальцами песок, корчился Джерри.
   Я упал на колени рядом с драконианином.
   - Я здесь, Джерри. Что с тобой? Что случилось?
   - Дэвидж! - Драконианин закатил невидящие глаза; некоторое  время  он
беззвучно шевелил губами, потом испустил очередной вопль.
   - Джерри, вот я! - Я потряс  драконианина  за  плечи.  -  Это  же  я,
Джерри, Дэвидж!
   Джерри повернул ко мне искаженное  лицо  и  с  силой,  какую  придает
нестерпимая боль, вцепился в мою руку.
   - Дэвидж! Заммис... что-то неладно!
   - Что? Чем тебе помочь?
   Джерри опять закричал, но тут  же  безвольно  обмяк  в  полуобмороке.
Неимоверным усилием Драконианин заставил себя очнуться  и  притянул  мою
голову к своим губам.
   - Дэвидж, поклянись мне.
   - В чем, Джерри? В чем поклясться?
   - Заммиса... на Драко. Пусть предстанет  перед  фамильными  архивами.
Сделай это для меня.
   - Как тебя понять? Ты так говоришь, словно помирать собрался.
   - Собрался, Дэвидж. Заммис  -  двухсотое  поколение...  очень  важно.
Выведи мое дитя в жизнь на прямую дорогу, Дэвидж. Поклянись!
   Свободной рукой я утер взмокший лоб.
   - Ты не умрешь, Джерри. Крепись!
   - Полно! Взгляни правде в лицо, Дэвидж! Я умираю! Ты  должен  обучить
Заммиса родословной Джерриба... и книге Талман, гавей?
   - Прекрати! - Осязаемой тяжестью на меня навалился панический  страх.
Прекрати такие разговоры! Ты ведь не умрешь, Джерри. Давай же, борись за
жизнь, кизлодда ты, сукин сын...
   Джерри вскрикнул. Дышал он неглубоко, то  погружался  в  забытье,  то
вновь приходил в сознание.
   - Дэвидж.
   - Что? - Я вдруг понял, что всхлипываю как маленький.
   - Дэвидж, помоги Заммису появиться на свет.
   - Что... как то есть? Ты о чем?
   Джерри отвернулся к пещерной стенке.
   - Подними мне куртку, Дэвидж. Скорее!
   Я задрал вверх куртку  змеиной  кожи;  обнажился  вздутый  живот.  Из
ярко-красной складочки посреди живота сочилась прозрачная жидкость.
   - Что же... что я должен делать?
   Джерри учащенно задышал, потом затаил дыхание.
   - Раздвинь! Раздвинь пошире, Дэвидж!
   - Нет!
   - Сделай это! Прошу тебя; иначе Заммис погибнет!
   - Какое мне дело до  твоего  треклятого  ребенка,  Джерри?  Ты  лучше
скажи, как спасти тебя?
   - Раздвинь пошире... - прошептал Драконианин.  -  Позаботься  о  моем
малыше, иркмаан. Пусть Заммис предстанет перед архивами  рода  Джерриба.
Поклянись мне в этом.
   - Ох, Джерри...
   - Поклянись же!
   - Клянусь... - Жгучие слезы градом хлынули у меня по  щекам.  Джерри,
закрыв глаза,  ослабил  хватку  на  моей  кисти.  Окаменев  от  горя,  я
опустился на колени возле драконианина. - Нет. Нет, нет, нет, нет.
   - Раздвинь! Раздвинь пошире, Дэвидж!
   Я нерешительно дотронулся до складки на животе у  Джерри.  Под  моими
пальцами пульсировала жизнь, пытаясь вырваться из  безвоздушной  темницы
драконьего чрева. Эту новую  жизнь  я  возненавидел,  люто  возненавидел
треклятое отродье, как никогда  ничего  прежде  не  ненавидел.  Меж  тем
пульсация у меня под пальцами слабела, а там и вовсе замерла.
   Пусть Заммис предстанет перед архивами рода Джерриба. Поклянись мне в
этом...
   Клянусь...
   Собравшись с духом, я ввел свои большие пальцы в складку  и  тихонько
потянул на себя. Постепенно я наращивал  усилие  и  наконец  исступленно
рванул. Складка поддалась, при  этом  забрызгав  мне  куртку  прозрачной
жидкостью.   Расширив   отверстие,   я   увидел   недвижного    Заммиса,
скорчившегося как бы в ванночке, наполненной жидкостью.
   Меня стошнило. Когда блевать стало нечем, я погрузил руки в  жидкость
и подвел их под младенца-драконианина. Приподнял его, вытер свои губы  о
верхнюю часть  рукава,  прижался  губами  к  ротику  Заммиса  и  раскрыл
крохотные  губенки.  Трижды,  четырежды  вталкивал  я  воздух  в  легкие
младенца, но вот он закашлялся, а там и закричал. Растительным  волокном
я перетянул две пуповины, затем перерезал их, отделив  Джеррибу  Заммиса
от плоти бездыханного родителя.

***

   Занеся камень высоко над головой, я с размаху изо всех сил ударил  по
льду. Во все стороны брызнула ледяная крошка, обнажив темную  зелень.  Я
опять поднял камень и опять с  силой  опустил,  выбив  изо  льда  другой
камень. Я подобрал этот второй камень и отнес к  наполовину  засыпанному
трупу дракошки. Дракошка, подумал я. Хорошо. Так и называй его в  мыслях
дракошка. Жабья рожа. Гермафродит паршивый. Враг.  Как  угодно  называй,
лишь бы заглушить боль утраты.
   Оглядев груду камней,  я  решил,  что  этого  хватит  для  завершения
похорон, и преклонил колени у могилы. Укладывая  на  пирамиду  последние
камни, не обращая внимания на мокрый снег, застывающий на  змеиной  коже
моей одежды, я едва сдерживал слезы. Потер руки, чтоб  согрелись.  Весна
не за горами,  но  слишком  долгое  пребывание  на  воздухе  по-прежнему
опасно. А ведь  возиться  с  могилой  драконианина  пришлось  порядочно.
Подняв очередной камень, я уложил его  на  место.  Он  придавил  кожаное
покрывало, и тут я понял,  что  труп  уже  окоченел.  Торопливо  навалил
сверху остаток камней и встал.
   Ветер едва не сбил меня с ног, я с трудом балансировал на льду  возле
могилы. Бросив взгляд на бурлящее море, я  поплотнее  запахнул  на  себе
змеиные шкуры и глянул вниз, на каменную пирамидку. Хоть бы какие-нибудь
слова высечь. Нельзя же просто предать прах земле и тут же как ни в  чем
не бывало сесть за обед. Нужны хоть какие-нибудь слова. Но какие именно?
Я не религиозен, не был религиозным и драконианин. Что касается  смерти,
то его  официальная  философия  относится  к  ней  так  же,  как  и  моя
неофициально-личная,   отрицающая   мусульманские   услады,    языческие
валгаллы, христианское царствие небесное.  Смерть  есть  смерть,  конец,
финал; прахом был и  в  прах  обратишься...  Но  все  равно  нужны  хоть
какие-нибудь слова.
   Я сунул руку за пазуху и сомкнул ее на золотом кубике Талмана. Ощутив
сквозь варежку острые углы, я  с  закрытыми  глазами  мысленно  перебрал
изречения выдающихся драконианских философов. Однако ничего  подходящего
к случаю не припомнил.
   Талман - книга  о  жизни.  Слово  талма  означает  "жизнь",  ею-то  и
занимается философия дракониан. До смерти у этой  философии  не  доходят
руки. Смерть есть непреложный факт, конец жизни. В  Талмане  не  нашлось
нужных слов. Порывами налетал  леденящий  ветер,  я  зябко  ежился.  Мои
пальцы уже успели онеметь, закоченевшие ноги пронизывала  боль.  Но  все
равно нужны слова. Однако на  ум  приходили  только  такие,  от  которых
откроется некий шлюз и меня всего затопит горе, горе осознанной  утраты.
Но все равно... все равно нужны слова.
   - Джерри, я... - Слов не было. Я отвернулся от могилы,  и  мои  слезы
смешались с мокрым снегом.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0434 сек.