Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Елизавета МАНОВА - ОДИН ИЗ МНОГИХ НА ДОРОГАХ ТЬМЫ...

Скачать Елизавета МАНОВА - ОДИН ИЗ МНОГИХ НА ДОРОГАХ ТЬМЫ...


                                 3.ТОРКАС

     На исходе ночи, едва просветлело, Торкас  с  Тайдом  были  на  горной
тропе. Самый добрый, самый надежный час между жаром  дня  и  ужасом  ночи,
когда все живое торопится жить. Добрый час для охоты; они  вдвоем  загнали
тарада, и Торкас прикончил его ножом.
     Торкасу шел семнадцатый год; он был суровый и  молчаливый,  рослый  и
сильный не по годам. И пока Тайд освежевал зверя, он стоял на  самом  краю
утеса над долиной, всплывающей из тишины.
     Он будет правителем этого края, потому что у Вастаса нет сыновей.  Он
это знал; это было совсем не важно. И сила  его,  и  храбрость,  и  личный
воинский знак - кто может похвастать этим в такие годы? -  тоже  не  много
значили для него. Он просто такой, какой он есть, и  это  дается  ему  без
труда. Но есть и другое, которое не дается. Томительное тревожное ощущение
второго, не настоящего бытия. Как будто он жил и прожил, и забыл, и  снова
живет все то же десятый раз.
     Как будто он - не он, не только он. Опять оно поднялось изнутри:  мир
ярче, резче запахи, тревожней звуки. И что-то - черное, знакомое, чужое  -
смерть?  Тень   за   спиной.   Упорный   взгляд,   назойливое   вкрадчивое
приближение...
     И он отпрыгнул. В единственный оставшийся  миг  он  отпрыгнул  назад,
схватил за шиворот Тайда, отшвырнул его за скалу и прыгнул вслед. И лавина
камней обрушилась на утес, на то место, где он стоял и где  Тайд  свежевал
тарада. Камни бились об их скалу, отлетали, гремели вниз, и он  чувствовал
на губах эту тягостную улыбку безнадежного торжества.
     - Сын бога! - тихо промолвил Тайд. - Воистину длань судьбы над  нами!
Мальчик мой, за что тебе это?
     Глаза в глаза - и серая бледность легла на его лице.  Тайд  ходил  за
Торкасом с малых лет, он учил его ездить верхом и драться;  крепкий  мужик
на пятом десятке, но для Торкаса он был стариком.
     - Не бойся, - сказал Торкас. - Я не спрошу.
     Их дормы остались внизу, у начала тропы, и,  вскакивая  в  седло,  он
снова взглянул на Тайда. Глаза - в глаза и не единого слова. И это значит:
из тех, что посмеют ответить, я  должен  спрашивать  только  мать.  И  это
значит: мне незачем торопится, до вечера я не смогу увидеть ее.
     Ему было незачем торопится:  еще  загадка  ко  многим  загадкам.  Она
отлично легла к другим, и сразу все стало почти понятно.
     Я не знаю, как зовут мою мать.
     Вастас, владетель Такемы, зовет мою мать _т_о_о_м_и_, женою  старшего
брата, - но у Вастаса нет братьев.
     А все в доме, даже жены Вастаса, называют мать госпожой - и в лицо, и
за глаза. В детстве я думал: "госпожа" - это ее имя.
     Я не знаю, кто мой отец. Вастас зовет меня сыном, но это не так...  Я
знаю чуть не с рождения, что Вастас - не мой отец, хотя  любит  меня,  как
сына.
     Суровое вдовство матери и то, что она не стареет. Она  красивее  всех
женщин Такемы, но кто из мужчин пытался прислать ей дары?
     И странные сны, где меня всегда побеждают. Всегда я дерусь с одним  и
тем же врагом, и он всегда успевает меня прикончить. И  тусклая  память  о
непрожитой жизни. Какие-то сказочные города, чудовища, огромные реки...
     Кто этот бог, что бросил меня и мать? И что во  мне  так  встревожило
Тайда?
     В доме Вастаса свято блюли старинный обычай. С десяти лет Торкас  жил
среди воинов на мужской половине, и _р_а_о_л_и_ -  внутренний  дом  -  был
закрыт для него. Он мог попросить служанку позвать к  нему  мать,  но  это
было бы оскорбительно для нее. Только  к  смертному  одру  он  мог  бы  ее
позвать.
     Она могла бы вызвать его к себе, но это  было  бы  оскорбительно  для
него. Он был воин высокого ранга, а не слуга - только к смертному одру она
могла бы его позвать.
     И оставалось лишь  просить  у  Вастаса  позволения  пройти  вместе  с
матерью во внутренний сад.
     ...Дворик, где пахли цветы и журчала вода, и деревья еще  не  осыпали
вялые листья. Серый сумрак висел среди серых стен, и мать была  все  такой
же девочкой в черном.
     Кем он был, этот бог, который оставил ее?
     - Мама, - сказал он тихо,  и  голос  его  задрожал,  потому  что  эта
девочка - все равно его мать. Она его родила и  кормила  грудью,  и,  пока
могла, отгоняла страшные сны. - Мама, - спросил он, - как твое имя?
     Снизу вверх она глядела в его глаза, и  в  огромных  ее  глазах  было
черное горе.
     - Еще не время, Торкас, - сказала она.
     - Мама, - сказал он, - я уже многое понял.
     Черное горе стояло в ее глазах, но голос ее был тверд и спокоен:
     - Догадываться - не значит знать. Нет, Торкас, - сказала  она.  -  Не
торопись. Побудь еще моим сыном. Мальчик мой, - нежно сказала  она,  -  не
покоряйся, будь сильнее судьбы! Разве Вастас не любит тебя? В самый черный
час он спас меня. Он заботился о тебе и воспитал, как родного сына.  Разве
ты не обязан отдать наш долг?  Служи  ему,  защищай,  унаследуй  Такему  и
сбереги от врагов!
     - Мама, я должен знать! Я выберу сам, но я должен.
     - Выбора не будет, - сказала она.
     Стоят и смотрят друг другу в глаза рослый воин и  хрупкая  женщина  в
черном. И только глаза их похожи - как мрак походит на мрак,  огонь  -  на
огонь и вечность - на вечность.
     - Мое имя Аэна, - сказала она. - Я дочь Лодаса, одного из Двенадцати.
     - Двенадцать?
     - Двенадцать соправителей Ланнерана, - ответила  она  без  улыбки.  -
Твой отец был Энрас  из  рода  Ранасов,  третий  по  старшинству.  Он  был
человеком, но его сделали богом. Больше я тебе ничего не скажу.
     Она повернулась и ушла, и он остался один. И он подумал:  почему  она
моя мать? Почему другой такой нет на свете?



 




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1149 сек.