Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Виктор Шнейдер. - Ближнего твоего...

Скачать Виктор Шнейдер. - Ближнего твоего...

      Глава 7

     Она сказала: Не люблю.
     А он сказал: Не может быть!
     Она сказала: Я не пью.
     А он сказал: Мы будем пить.
     Когда же выпили вино,
     Она сказала: Милый мой,
     Задерни шторою окно,
     А он сказал: Пора домой.
                  Автор (мне)
                  неизвестен.

     Плевать  ему  было,  что  о  нем думают. И к Кошерскому он
зашел не от большой к нему любви:  Фришберг  Олега  не  выносил
примерно  так  же,  как  Олег Фришберга и как вообще не выносят
друг друга люди, похожие своими недостатками. Если честно, хотя
Саня и очень не хотел  себе  в  этом  признаться,  он  надеялся
встретить  у  Кошерского  Юльку.  А  еще  лучше - где-нибудь на
подходе. Саня не знал, зачем он этого  хочет.  Точнее  -  точно
знал, для чего он не станет использовать эту встречу... Неужели
он шел тогда тоже к Кошерскому? Нет, скорее всего, просто мимо.
А   во  дворе  на  скамейке  сидела  такая  девушка,  что  Сане
захотелось с ходу упасть ей в  ноги  ниц  или  хоть  на  колени
(перед  скамейкой как раз лужа, так что зрелище было бы в самый
раз) и объясниться в любви. На самом деле Фришберг был  глубоко
убежден, что любви с первого взгляда не бывает. И с непервого -
тоже.  Хотя считать, что это просто фольклорно опоэтизированное
естественное половое влечение  -  тоже  нелогично,  потому  что
остальные-то  биологические  потребности  человека  ведь никому
воспевать в голову не приходит: ни желание  спать,  ни  желания
есть  и пить, ни - наоборот... Но, короче, порассуждать на тему
любви можно, а на самом деле ее,  Саня  знал,  нет  и  быть  не
может. Но сейчас он это как-то забыл...
     На  колени он все-таки не рухнул, а просто подошел и завел
разговор тем самым себе самому противным, неизбывно-насмешливым
и ерническим тоном, от которого был и рад бы избавиться, да  не
умел.  Саня  только  сам  удивлялся раскованности и ее, и своей
речи, будто они сто лет знакомы. Фришберг как-то никогда раньше
не знакомился с девушками  на  улице.  Он  знал  пару  человек,
предпочитавших  именно этот способ, но это особый сорт людей, и
они, говорят, даже узнают себе подобных  в  толпе...  Наверное,
проговори  Саня  с  девушкой еще минут пять сверх тех трех, что
были, и он сделал бы ей предложение. Как диабетическая кома  на
какое-то  короткое  время  превращает  одну  болезнь  в другую,
диаметрально себе противоположную,  так  и  хронический  цинизм
чреват  неожиданными  романтическими  приступами,  и, как и при
диабете, эти моменты - самые  опасные...  Но  тут  из  подъезда
появился Олег Кошерский с таким празднично-хозяйским видом, что
все  как-то моментально встало на свои места, и Саня сообразил,
что это та самая Юля, которая... Он очень плавно и  естественно
продолжил  разговор,  перенося  центр  его  тяжести на Олега, и
ретировался, хотя и скоро, но проблистав  красноречием  все  же
дольше, чем того хотелось бы и Кошерскому, и даме.
     Потом   Фришберг   еще   несколько  раз  заходил  к  Олегу
(проснулись как-то вдруг долго дремавшие дружеские чувства),  и
- ему  везло  -  довольно  часто  заставал  там  и  Юльку. Саня
рассыпал бусы своего навязчивого красноречия, а  сам  любовался
ею,  как  картиной, скульптурой или красивой артисткой в глупом
фильме. Никаких "дурных  мыслей"  на  Юлькин  счет  у  Сани  не
возникало  -  он  и сам удивлялся; просто с первого же момента,
того самого, когда Кошерский вынырнул из подъезда,  стало  ясно
ему  не  на  сознательном уровне, а где-то глубже, что можно, а
иногда чуть ли не нужно  "попользоваться  насчет  клубнички"  в
"огородах"  Сида и нельзя выбивать, как говорят зэки, последний
костыль у человека, у которого и в семье  -  не  в  кайф,  и  в
творчестве  - бездарность все очевиднее, и друзей нет, и вообще
ни фига нет, и даже... даже, что "возлюбить  жену  ближнего"  -
это   грех.   Единственное,   от   чего   удерживал  себя  Саня
сознательно, это, когда Юлька поправляла волосы, или садилась в
машину, или просто голову поворачивала, спросить - неужели  оно
все  у  нее  так само получается, или она часами перед зеркалом
тренируется? Но ведь это соблазн совсем из другой оперы...
     Недели две назад Фришберг встретил девушку Кошерского саму
по себе - идущую не к Олегу и не от Олега, а  просто  откуда-то
идущую. Он увязался рядом, и взбивал, как всегда, языком воздух
в   сметану,   и   ловил   ответы,   стараясь  сверх  внешности
наслаждаться и ими, достраивая в голове до  умных,  а  если  уж
никак  не  получалось  -  до  загадочно-мудрых.  Женское  чутье
подсказывало Юлии, как говорить, чтобы это нравилось  кавалеру.
Но  когда  одна ее фраза прозвучала особенно загадочно, Саня со
смехом обвил Юлькину талию и... даже  испугался,  насколько  не
встретил  сопротивления.  Не  столько  желание,  сколько  страх
выглядеть глупо,  если  он  остановится  на  полпути,  заставил
Фришберга развернуть и притянуть Юльку к себе, и устремить свой
затерявшийся    в   волосяных   зарослях   рот   навстречу   ее
восхитительным  губкам...   Поцелуй   длился   долго-долго.   И
постепенно  из  всех бурливших в Сане чувств (и мыслей! Куда же
от них деться даже в такую минуту?! -  мыслей)  стало  расти  и
заявлять  о  себе  все  явственней одно - скука. Как будто не в
первый раз, а в тысячный, и не с девчонкой,  которой  любовался
вот  уже  несколько  месяцев,  а с партийной соратницей, дурача
ночной дозор жандармов, целовались они,  углубясь  от  силы  на
полшага  в  какую-то  нишу  с  тротуара.  И  еще Саня подумал о
Кошерском. Как-то... Трудно  даже  определить,  как  именно.  С
равнодушным   сочувствием,   если   такое  бывает.  Он  глубоко
выдохнул, отделился от Юльки и, сказав  скорое  "Пока",  быстро
пошел  на  другую  сторону  улицы,  как  обычно,  не  глядя  по
сторонам. Фришбергу повезло:  его  поведение,  все-таки  весьма
странное,  не  выглядело совсем уж необъяснимо дурацким, потому
что тут на остановку высыпал народ из автобуса, а среди  них  -
куда  же  денешься  в  своем районе - знакомые, и можно бы было
подумать, что Саня не хочет компрометировать девушку.
     Ни о каком продолжении этого случая Саня и  не  думал,  но
видеть  Юльку  хотел.  И  вот  сегодня  - не повезло. А может -
напротив, Бог бережет...





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1332 сек.