Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Валерий Генкин, Александр Кацура. - Лекарство для Люс

Скачать Валерий Генкин, Александр Кацура. - Лекарство для Люс

   Сотни коптящих факелов гнали к потолку темень, и та сгущалась вверху, в
сплетении балок. Узкие щели  окон  рождали  сквозняки,  от  которых  языки
светильников  раскачивались,  внося  тревогу,  размывая  предметы,   лишая
четкости жесты. Прямо на Пьера смотрели  удлиненные  глаза  узкого  белого
лика с бескровной полоской губ. За ним лучами расходились  мечи  и  копья,
схваченные щитом мрачной геральдики: ворон, несущий в когтях череп. Страх,
отодвинутый было добряками-разбойниками и болтовней Алисии, с новой  силой
сжал сердце  Пьера  при  виде  этого  лица,  осененного  птицей  смерти  и
остающегося недвижным в мятежном метании теней.
   Когда Пьер чуть свыкся  с  желто-красными  полутенями  и  оторвался  от
магнетических  глаз,  перед  ним  мало-помалу  стали   материализовываться
реальные  предметы:  убегающий  к  возвышению  дубовый  стол,  гобелены  с
неуклюжими собаками, соколами и трубящими в рога рыцарями, огромный  очаг,
черной пастью жующий оленью тушу. Достигнув  возвышения,  стол  подныривал
под  стоящего  поперек  собрата   меньшей   длины.   За   этим   последним
расположились хозяин и знатнейшие гости, среди которых оказались  давешние
утренние знакомцы - рыцарь с цепью  и  поп  в  лиловой  рясе.  За  спинами
публики попроще, сидящей на скамьях у длинного стола, шныряли и  скалились
вислоухие собаки.
   Хозяин замка барон Жиль де  Фор,  чье  лицо  заворожило  Пьера,  сидел,
склонившись низко над столом, и неподвижно глядел перед собой, слушая, как
тучный  дворецкий  с  резным  посохом  в  руке  говорил   ему   что-то   о
новоприбывших. Потом  барон  медленно  поднялся,  сошел  по  трем  высоким
ступеням с помоста и двинулся навстречу Алисии и Морису. Слух Пьера не мог
выделить из общего гула, какими словами обменялись хозяин и гости. Жиль де
Фор повел Алисию к своему столу, за ними в  сопровождении  дворецкого  шел
Морис де Тардье, Пьер почувствовал себя неуютно, стоя у дверей.  "Большого
почета тут не жди, - думал он, заходя за каменный  выступ  близ  очага,  -
колдун у них по социальной шкале где-то между конюхом  и  свинопасом.  Тем
более такой завалящий - кроме фокуса с зажигалкой и  сигаретой  ничего  не
показал". В этот момент кто-то потянул его за полу куртки. У  локтя  Пьера
сиял черными глазами Ожье, кравчий сеньора замка.
   - Молодец, что пришел. Сейчас будет самое интересное. Садись за стол.
   - Скажи, Ожье, нельзя ли мне пристроиться  где-нибудь  в  сторонке,  ну
хотя бы здесь? - Пьер показал на темную нишу за очагом.
   - Здесь так здесь. - Ожье поманил поваренка,  поливавшего  оленью  тушу
вином из насаженного на палку ковша.  -  А  ну-ка,  Жермен,  посади  этого
человека.
   Жермен прикатил две деревянные колоды. На одну из них уселся Пьер, а на
другую Ожье поставил тарелку с жареной дичью и кружку темного вина.
   И снова мир распался на пятна и звуки. Вереницы слуг меняли блюда,  гул
наполнял сводчатую залу,  и  не  мог  Пьер  расчленить  этот  великолепный
оркестр звуков, красок и движений на вульгарные элементы, лишенные  поэзии
и высокого значения: хруст, сопение, урчание, шарканье,  шмыганье,  скрип,
работа челюстей, локтей, подбородков, а вот холеная рука в перстнях и сале
ползет по малиновому бархату, оставляя тусклый жирный след.
   И вдруг - тишина и неподвижность. На возвышении у резного кресла барона
выросла тощая фигура в  рубахе  из  красных  и  зеленых  ромбов  с  желтой
обезьянкой на плече. Венок из темных привядших роз лихо сдвинут набекрень,
лисье личико  сосредоточенно,  в  левой  руке  -  маленькая  арфа.  Уперев
согнутую ногу в чурбак и утвердив арфу на колене, жонглер  тронул  струны.
Резкий тревожный звук полетел к темным сводам.
   - Небывальщину заморскую я не стану вам рассказывать, храбрые рыцари  и
прекрасные дамы, а послушайте побывальщину родной земли, милой Франции.  Я
песню заведу  о  храбром  витязе,  вам  о  Роланде  пропою  блистательном,
служившем императору христианскому и победившем с Карлом  тьму  язычников,
слуг мавританца-нехристя Марсилия.
   Щелкнув по носу разошедшуюся не в меру обезьяну,  певец  снова  бряцнул
арфочкой и продолжал:

   Король наш Карл, великий император,
   Провоевал семь лет в стране испанской.
   Весь этот горный край до моря занял...

   Зачарованно  внимая  стихам,  Пьер  вспомнил,  как  сбегал  с   уроков,
предпочитая скучному Роланду пыльную зальцу синематографа "Мираж" с Гретой
Гарбо на экране и тонкой рукой Симоны, сжимавшей  острыми  пальчиками  его
локоть.
   Жонглер тем временем проигрывал всех героев. Тяжелым взглядом обвел  он
сидящих за малым столом рыцарей:

   "Бароны, я от вас совета жду,
   Кого послать к Марсилию могу".

   Вот  Ганелон,  предложенный  Роландом  на  опасную   должность   посла,
вырастает в гневного пророка собственной мести:

   Роланду молвит он: "Безумец злобный,
   Из-за тебя к Марсилию я послан,
   Но коль вернуться мне господь поможет,
   Тебе за все воздам я так жестоко,
   Что будешь ты меня до смерти помнить".

   Деловито  разработан  план  злодейской  операции.  Изменник  Ганелон  и
Марсилий, склонившись над картой - или Пьеру так кажется, - водят пальцами
по пергаменту. Вот оно, ущелье Сизы. Карл арьергард оставит у  теснины,  в
нем будут граф  Роланд  неустрашимый  и  Оливье,  собрат  его  любимый,  и
двадцать тысяч  воинов-французов.  На  них...  Ганелон  шевелит  пальцами,
губами: он вычисляет. Мордочка жонглера напряглась...

   На них сто тысяч ваших мавров двиньте.

   За столом движение. Им, рыцарям, да и всякому ясно, как это много - сто
против двадцати. Они давно уже знают, чем все кончится, но забыли. Они все
переживают заново.  На  лицах  напряженное  внимание.  Беспризорный  олень
сохнет в очаге. К Ронсевальскому ущелью, где встал лагерем отряд  Роланда,
спешат толпы  мавров.  В  доспехах  сарацинских  каждый  воин.  У  каждого
кольчуга в три ряда. Все в добрых сарагосских  шишаках,  при  валенсийских
копьях  и  щитах...  О,  рыцари  знают  толк  в  оружии.   Они   понимающе
переглядываются и чмокают губами, они живут этим. А  он,  Пьер,  сбежал  в
кино с Симоной.


 




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0501 сек.