Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Андрей ЩУПОВ - МЕССИЯ

Скачать Андрей ЩУПОВ - МЕССИЯ

                                    ЗА СТОЛОМ

     По-видимому,  уйти  сегодня  от  мистических  тем  не  представлялось
невозможным. Когда застолье уже близилось к концу, неожиданно заспорили  о
боге.
     - Что он нам  дал,  елы-палы?!  -  зычно  вопросил  Митя.  -  Нищету,
неуверенность? А на кой мне это сдалось?
     - Дядь Мить, - Мазик толкнул соседа в бок. - Сбавь на пару румбов,  а
то уши закладывает.
     - Я и говорю, - вздрагивая, повторил Митя, - что, мол,  его  бог  дал
нам? Да ничего! Ни добра, ни справедливости.
     - Значит, по-твоему, должна существовать  всеобщая  справедливость  -
просто так ниоткуда? - Горыныч хитровато прищурился. - Есть  людишки,  что
верят и в такую.
     - И они правы! - с жаром воскликнул Митя.
     - Ни на вот  столечко,  -  старик-китаец  изобразил  пальцами  что-то
невзрачно-крохотное. - Их можно, пожалуй,  понять,  но  они  абсолютно  не
правы. Такая вера утопичнее любой религии. Почему-то вы  желаете,  что  бы
Бог был таким, каким вам бы того  хотелось.  А  стало  быть,  -  добрым  и
щедрым! Чтобы в угоду вам он выстроил ладненький,  сверкающий  мирок,  где
все до единой твари лоснились бы от жира, купались в счастье и красоте.
     - А что в том плохого?
     - А то и плохо, что, выпив даже десять бутылок вина,  ты  не  сумеешь
представить себе такой мир.
     - Это еще почему?
     - Да вот потому!
     - Ладно, пусть. Но твой-то отец небесный всемогущ, его фантазия, чай,
посильнее моей.
     - Дурак ты, Митя, -  старик-китаец  нервно  пощипывал  мочку  уха.  -
Живешь-живешь и никак не можешь понять, что не с той целью мир создавался.
Не ублажать нас призвана эта земля. Уж ей-то прекрасно известно, что такое
человеческая справедливость. Земля - плантация душ, и так уж устроено, что
произрастать лучше всего из навоза. Там  наверху  цветочных  оранжерей  не
задумывали. В семь дней Бог сотворил планету, на которой рано или поздно в
результате  бед  и  борений  возникнет  прекрасное,  коему  суждено  будет
пополнить ряды  небесной  рати.  Может,  ты  слышал  что-нибудь  о  падших
ангелах? Так вот на их  место  и  приходят  лучшие  из  людей.  В  этом  и
заключается главное предназначение человеческого мира. Сразу по достижению
прежнего числа ангелов наступит предсказанный апокалипсисом  конец  света.
Небо свернется, земля исчезнет.
     - Хорошенькое дело! Исчезнет... А с нами тогда  что  будет?  -  Мазик
встревоженно оглянулся на меня.
     - Если такое и случится, то еще не скоро...
     - Чухня! - Митя громко фыркнул. - Свернется, исчезнет... Что  вы  его
слушаете! Я же знаю откуда он начитался этой галиматьи. Весь  его  тронный
зал листочками из библии оклеен!
     - А ты видел? - обозлился Горыныч.
     - И видел! Ты сам меня  пару  раз  туда  пускал.  Я,  понятное  дело,
занимался тем, чем и положено  заниматься  в  подобных  местах.  Но  одним
глазком все же глянул. И, конечно, сообразил, откуда ветер дует.
     - И откуда же он дует?
     - Да из нужного места!
     - Дядь Вить! Они же сейчас драться начнут!
     - Эй-эй! Господа присяжные! - я ухватил Горыныча за  руку.  По-моему,
он тянулся к массивной серебряной вилке. - Разве ж так спорят о боге?
     - Держи его крепче, Серега, - Митя ухмылялся. - Один раз я уже фонарь
ему ставил, - засвечу и повторно.
     - Только телевизора моего тебе уже тогда не видать, - пообещал  я.  -
Что за скандалисты такие! По любому поводу друг  на  дружку  кидаются!  Да
охолонись же, Горыныч!..
     Под моей хваткой старик-китаец обмяк. Зоя ласково  погладила  его  по
плечу.
     - Ты же знаешь нашего Митьку. Горячий, как кипяток.
     - Остудить некому, - проворчал Горыныч.
     - Ладно, старый, не ворчи, - Митя кинул  в  мою  сторону  озабоченный
взгляд. Мою угрозу насчет телевизора он, видимо, воспринял всерьез. Трубка
мира была для него предпочтительнее. - Чего нам ссориться из-за ерунды? Мы
же не можем проверить, правду или нет прописали  в  твоих  листочках.  Нет
бога, есть бог - какая разница? Один хрен, не видим и не слышим.
     - Ох и дурак же ты, Митя,  -  Горыныч  смиренно  вздохнул.  -  Видно,
горбатого могила исправит.
     - Естественно!..
     Виктор с усмешкой взглянул на меня, вполголоса проговорил:
     - Очень напоминает кое-что. Не находишь?
     Я промычал что-то нечленораздельное и ниже склонился над тарелкой.
     - Кощунство и откровение... Как просто одно уживается с другим.
     - Еще бы! - я хрипло прокашлялся. -  Считай,  что  ты  на  редкостном
спектакле. Не так уж часто наши соседи ударяются в рефлексию.
     - Странная у вас тут рефлексия.
     - Какая уж есть...
     Горыныч тем временем продолжал скорбно раскачивать головой.
     - Гореть тебе, Митя, в аду, - это, как пить  дать.  Ничего-то  ты  не
понимаешь,  а  хуже  того  -  не  желаешь  понимать.  О  мире   ладненьком
возмечтал... Зачем же тогда  ребенку  расти,  набираться  ума,  постепенно
покрываться морщинами и  сединой?  Пусть  сразу  бы  становился  умным  да
сорокалетним... Суть-то в  том  и  таится,  чтобы  двигаться,  значит,  от
малости ввысь. Само собой - через прорву преград.
     Деловито сдвинув стаканы в шеренгу, Митя принялся разливать вино.
     - Ладно, Горыныч, не гундось. Ад - так ад. Чай, и там жить можно.
     - Слушать тебя страшно! Это ж ад! Котлы с варевом!..
     - Что-то насчет варева этого я крупно сомневаюсь,  -  Митя  задумчиво
осмотрел опустевшую бутылку со всех сторон. - Черти плохи и я плох - стало
быть, мы одна шайка-лейка? Чего же им тогда меня поджаривать? Или они тоже
на отца небесного подрабатывают? А где же об этом сказано, а? Нестыковочка
получается!..
     - Плох-то ты плох, да только до черта тебе расти и расти. И потом они
компанейства не любят. Могут и своего с полным  удовольствием  изжарить  и
сожрать.
     - Может, и так, Горыныч, но только гореть нам в аду  вместе.  Мне  за
пьянство и богохульство, тебе за твоих псов шелудивых.
     - Верно, гореть, - старик китаец как-то сразу сник. - Хотя  думаю  я,
что должна быть в законах небесных какая-то оговорка. То есть насчет псов.
Ну и вообще самого разного.
     - Разного не разного, а как ты появляешься во  дворе,  все  шавки  до
единой в подвалы прячутся. Не зря говорят,  что  худого  человека  они  за
версту чуют.
     - А вот и  хрен  тебе!  Напополам  с  редькой!  -  старик  китаец  аж
вспыхнул. Митяй наступил на его застарелую мозоль. - Паршивая кошка мудрее
твоих псов. Что они могу чуять? Самые  подлые  из  всех  существ.  Лают  и
оглядываются на хозяина. Чуть что - в кусты. И за котами  мастера  бегать,
пока те не дадут сдачи. Или, скажем, человек с  палкой  -  худой  человек?
Ладно, худой. А инвалид на костылях?.. То-то  и  оно!  Лаять-то  будут  на
обоих, потому что ничего твои псы чуять не могут. Потому как ни сердца, ни
мозгов, - одна рабская душонка. За сахарок - хвостом виляют, а отвернешься
- и тотчас укусят.
     - Они и на почтальонов гавкают, -  сонно  сообщил  Мазик.  -  От  тех
типографской краской несет, а они ее терпеть не могут.
     - Вот-вот! - Горыныч обрадованно кивнул. - А ты про  чутье  толкуешь.
Все почтальоны, выходит, сволочи?
     - А где ты их видел этих почтальонов?
     - Но ведь были когда-то, ходили по подъездам.
     - Я тоже помню, - поддакнул Мазик.
     Ободренный поддержкой,  старик-китаец  почувствовал  себя  за  столом
более уверенно.
     - В общем, Митяй, шакалья порода - твои псы. Вроде гиен и кайманов.
     - Так ты за это их губишь?
     - Чего же гублю-то?.. Я живу  ими,  -  Горыныч  обиделся.  -  Кого-то
коровы кормят, а кого-то, значит, и овцы с голубями.
     - А тебя, стало быть, собаки.
     - И что с того? Виноградный сок - то же кровь. Только сладкая. Однако
пьем, не смущаемся.
     - Ох и устала же я, - потянувшись, Зоя потрепала Мазика по голове.  -
Пойдем-ка почивать, золотце. Если хочешь, заснешь у меня.
     - Я здесь останусь, - Мазик насупился.
     - Не спорь, малец, - Митя погрозил ему пальцем. - То,  что  мужик  ты
самостоятельный, знаем. Но сегодня тебе лучше побыть под присмотром.
     - Иди к черту!  Я  здесь  останусь.  С  бабушкой...  -  На  глазах  у
подростка показались слезы.
     - Пусть остается, - вмешался я. - Он знает что делает.
     - Знаю, - глазенки моего голубиного подельника сердито блеснули. -  И
знаю, что ни Виктор, ни ты не выпили ни капли. Трезвыми хотите остаться?
     - Хотим, - в тон ему подтвердил я. - Потому что на этот  день  у  нас
намечено важное дельце.
     Мазик растерянно заморгал.
     - Правда, важное?
     - Очень...
     Старик-китаец слеповато поглядел на часы.
     - Тогда давайте, господа  хорошие,  сворачиваться.  Шестой  час  уже.
Можно сказать, утро.
     - Да... Ночка выдалась славная, гори она синим пламенем.
     - Пошли, Мазик, - я подмигнул подростку. - Прогуляемся перед сном.
     - Куда? На улицу? - Зоя протестующе округлила глаза.
     - Да нет. В подъезде немного подышим.
     Виктор окинул нас понимающим взором, незаметно  для  остальных  пожал
мне локоть.

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0458 сек.