Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Детективы

ВИКТОР СМИРНОВ - Ночной мотоциклист

Скачать ВИКТОР СМИРНОВ - Ночной мотоциклист

   2
   В гостиницу я возвращаюсь поздно, на улицах горят фонари, дождь гасит  их
и без  того  тусклый  свет.  Мерцает  неоновая  реклама,  установленная  над
зданием. "Для Аэрофлота нет расстояний. Москва - через десять часов".
   Да, десять часов полета над таежным морем... Но как  бы  ни  быстры  были
самолеты, все-таки расстояние остается расстоянием. В такой дождь до  Москвы
не десять часов, а все десять суток.
   Эн Эс не один, с ним врач - знакомый уже  мне  молодой  человек,  который
говорит нараспев.
   -  Вы  зря  отказываетесь  лечь  в  больницу,  -  говорит  он,  ставя  на
рецептурном бланке пометку "Cito". - Вам это необходимо, необходимо.
   - Не смотрите на меня так мрачно, доктор, - почтительно отвечает Эн Эс. -
На сей раз я пригласил вас не как паталогоанатома,  а  просто  как  хорошего
врача.
   - Ну уж, ну уж...
   - Мне нужен денек-другой. А  потом  отдых.  Поддержите  пока  мой  мотор,
ладно?
   ...Прежде всего Эн Эс заставляет меня вскипятить  чайник  и  переодеться.
Плащ я выжимаю, как половую тряпку.
   - Хватит с нас одного больного.
   Майор не дает мне говорить, пока я не  выпиваю  две  чашки  густого  чая,
заваренного по особому, разработанному Комоловым способу, который  у  нас  в
управлении носит название "пришел с февральского дежурства".
   - Теперь давай по порядку. Помни: я ничего не видел.
   - Кажется, мы скоро можем закончить это дело, Николай Семенович. .
   - Ишь ты.Veni, vidi, vici*.
   * Пришел, увидел, победил (латин.).
   Любовь к латыни он сохранил еще с рабфаковских  времен,  когда  собирался
податься в фармацевты. "Не язык, а сама логика".
   - Выводы потом. Давай по порядку!
   - Хорошо...
   - И помни: я ничего не видел...
   Домишко Шабашникова стоял за  ветхим  забором,  ворота  висели  на  одной
петле, открывая вход во  двор.  Повсюду  были  разбросаны  какие-то  хомуты,
поленья, миски с собачьей едой.
   Достаточно было  лишь  беглого  взгляда,  чтобы  убедиться:  здесь  живет
бобыль.
   За сараем, через два или три двора, виднелась "круглая", на четыре ската,
крыша. Это был дом убитого инженера Осеева.
   - Он чем занимается, Шабашников? . - спросил я у капитана.
   - Да так... Охотник. Можно сказать, профессионал. Шкурки сдает. Собаки  у
него знаменитые, щенками торгует. Сейчас увидите Найду  -  лучшая,  говорят,
лайка в Сибири, универсал.
   - Один живет?
   - Один.
   Мы вошли в дом после того, как на стук никто не отозвался.  В  доме  было
сумрачно.  Хозяин  сидел  на  кровати  и,  держа  на  коленях   фокстерьера,
разговаривал с ним. Поджарая лайка настороженно следила из-за  шкафа.  У  ее
ног барахтались два щенка. Здесь было собачье царство. Да и  сам  Шабашников
показался мне похожим на служебного пса, получившего отставку  по  возрасту.
Обвислые щеки, слезящиеся глаза, весь пожухлый, мятый.

   Он был не то чтобы сильно пьян, но и трезв тоже не был.
   - Извините, что побеспокоили, - мягко сказал Комаровский. - Нам известно,
что у вас имеется охотничий нож...
   - У меня разрешение, - буркнул  Шабашников,  не  поднимая  головы.  -  На
карабин и нож.
   - Идет проверка... Оружие у вас? Покажите, пожалуйста.
   Шабашников принес карабин и стал  рыться  в  брезентовой  полевой  сумке.
Комаровский, бегло осмотрев ружье, с интересом следил за поисками. Наступила
тишина.
   - Нет ножа, - растерянно пробормотал Шабашников.
   - Поищите хорошенько.
   Ножа, как мы и ожидали, нигде не оказалось. Через несколько минут мы  уже
знали, что у охотника исчезли также старые  кирзовые  сапоги  сорок  второго
размера, и получили заодно подробное описание  ножа:  золингеновская  сталь,
лев и пальма на лезвии, наборная рукоятка.
   - Когда вы в последний раз видели нож? Шабашников наморщил лоб.
   - Да вот позавчера...
   -  Восьмого  августа?  -  Комаровский  бросил  взгляд  в   мою   сторону.
Преступление было совершено в ночь с восьмого на девятое.
   - Ну да, восьмого... Я ходил к соседям, к Зуенковым,  проводку  чинить  и
брал нож для зачистки провода.
   - Может  быть,  забыли  там?  Комаровский  предоставлял  ему  возможность
выкрутиться.
   - Нет, принес, положил в сумку.
   - Ну, а дальше? Вспомните подробности. Вечером и в  ночь  с  восьмого  на
девятое вы были дома?
   Комаровский задавал короткие вопросы, словно гвозди  вбивал.  Он  толково
вел этот  разведывательный  допрос.  Я  чувствовал,  что  еще  немного  -  и
Шабашников сам загонит себя в угол.
   - Дома... Вообще-то плохо помню... Под хмелем был.
   И тут я увидел, как в  нем  шевельнулся  страх,  выполз  из-под  спиртной
дремы. Глаза меняли выражение - словно диафрагма  открылась  в  объективе  и
реальная жизнь вместе с сумрачным  светом  дождливого  дня  хлынула  внутрь.
Диафрагма  открывалась  все  шире,  и  чем  больше  вбирали  в  себя   глаза
Шабашникова, тем сильнее росла в них тревога. Он был не  так  уж  стар,  это
ясно чувствовалось сейчас.
   - Щеночков я продавал в тот день, - сказал охотник. - Щеночков. Жалко мне
их всегда, вот и...
   Он вдруг улыбнулся мне. Улыбка была жалкая, заискивающая. Да, вот так оно
и бывает. Пьяная дурь, неожиданная вспышка алчности и жестокости. И ничто не
остановило его, одурманенный мозг не поставил ни одного барьера.
   - Собаки! - забормотал хозяин, протягивая мне фокстерьера. -  Посмотрите:
Тюлька, такого "фокстера" нигде не увидите. Любого  лиса  возьмет!  Люблю  я
собачек...
   Он сказал это так, будто любовь  к  собакам  могла  оправдать  любой  его
поступок.
   Тюлькины смешливые глазки-бусинки затерялись в завитушках  белой  шерсти.
Шабашников и впрямь любил собак - фокстерьер был чист и вычесан.  А  в  доме
творилось черт знает что.
   - Значит, в ночь с восьмого на девятое вы были дома? -  еще  раз  спросил
Комаровский.
   - Где же еще?
   - И выходит, только в тот вечер или ночью ваш нож  и  сапоги  могли  быть
похищены?
   - Не знаю, - пробормотал Шабашников. - Наверно.
   -  В  таком  случае  необходимо  задержать  вора.   Мы   осмотрим   место
происшествия...
   - Да зачем? - замахал руками Шабашников. - Мелочь какая! Не  надо,  ни  к
чему, идите себе занимайтесь делом.
   - Вы понимаете всю важность происшедшего? Украдено оружие. Оно может быть
использовано похитителем.
   - Нож - тоже мне оружие!..
   - Все-таки!
   Шабашников нехотя написал заявление в милицию. Привезли розыскную собаку.
Проводника предупредили, как вести  поиски.  Вскоре  овчарка,  рыскавшая  по
двору, настороженно принюхиваясь, принялась разрывать  лапами  груду  щебня,
сваленного у сарая. Мы извлекли из-под щебня небольшой  сверток.  В  обрывок
полотенца, того самого, махрового, голубого,  была  завернута  пачка  денег.
Десять "четвертных".
   - Это ваши деньги? - спросил Комаровский.
   Шабашников побледнел. Руки его тряслись, и он  никак  не  мог  унять  эту
дрожь.
   - Нет, не мои... Никогда их не видел в глаза!
   - Откуда же они взялись?
   Шабашников молчал.  "Возможно,  он  действительно  ничего  не  помнит,  -
подумал я. - Бывает ведь... Алкогольное помешательство. Это может пройти так
же быстро, как и пришло".
   Я был очень удивлен, когда Комаровский ограничился лишь тем, что попросил
Шабашникова далеко не отлучаться. По дороге в отделение  я  сказал  об  этом
капитану.
   - За Шабашниковым мы посмотрим, - ответил Комаровский. -  Но  что-то  мне
'не верится в его злодейство.
   Я подумал: "не верится" - слабый аргумент против улик.





 
 
Страница сгенерировалась за 1.603 сек.