Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий - БЕЗ ОРУЖИЯ

Скачать Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий - БЕЗ ОРУЖИЯ

                            КАРТИНА ВТОРАЯ
 
     На авансцене перед закрытым занавесом идут слева направо  Кира  и
Румата. Идут медленно, не прикасаясь друг к другу.
     КИРА. Нет,  этого я не смею,  дон Румата.  Я - простая девушка, я
свое  место  понимаю...  А я хочу только сказать,  что,  как вы от нас
съехали,  мне совсем плохо стало.  Брат зверем смотрит, того и гляди -
прибьет или еще чего хуже...
     РУМАТА. Ты ему скажи, сукиному коту... Ладно, я сам скажу. Но что
это он на тебя взъелся?
     КИРА. Цупик,  командир ихний,  с тех пор к  нам  ни  ногой.  Брат
говорит - из-за меня...
     РУМАТА. Как это?
     Пауза.
     КИРА. Что здесь непонятного...  А Цупик,  он говорит,  теперь при
самом канцлере, при доне Рэбе... А вы теперь в гвардии, дон Румата?
     РУМАТА. В гвардии.
     КИРА. При дворе все, наверное... Дамы там красивые, нарядные.
     РУМАТА. Этого добра там полно. Но ты, Кира, красивее их всех.
     КИРА. Это  вы  просто  так говорите...  А насчет нарядов - так я,
если захочу,  тоже могу купить.  На рынке один ируканский купец  лавку
открыл,  нарядами торгует,  даже заморские есть,  сама видела.  Давеча
ходила...  Это знаете где?  Вот как по  улице  Красильщиков  на  рынок
выйдете, так сразу по правой руке она, недалеко от виселиц.
     РУМАТА. Ага...
     КИРА. Ага.  Шагов  сто  не  доходя,  так  что  мимо  них  идти не
приходится...  Я страсть не люблю под виселицами  ходить.  Там  теперь
голых вешают,  срам смотреть...  Раньше, бывало, в одежде или в мешках
вешали,  да и то один висит, другой... А нынче целыми десятками висят,
да  не  только  мужчины,  но  и  женщины...  Так я уж стараюсь глаза в
землю...  А что это одна я все говорю и говорю,  дон Румата,  а вы все
молчите... Конечно, вам, наверное, скучно со мной, да?
     РУМАТА. Нет, что ты, девочка, я слушаю...
     КИРА. Ну  да,  слушаете...  А сами о другом чем-то думаете.  Я же
вижу...
     РУМАТА. Это верно. О другом. О тебе.
     КИРА. Вот уж неправда...
     РУМАТА. Вот уж правда...
     КИРА. Если бы вы обо мне думали...
     РУМАТА. Тогда что?
     КИРА. Вы бы давно...  А то  уже  тринадцатый  день,  как  от  нас
съехали, и ни разу не зашли...
     РУМАТА. Ты даже дни считаешь...
     Пауза.
     КИРА. Ладно. Мне идти пора.
     РУМАТА. Погоди. Ты по мне соскучилась.
     КИРА. Д-да... (Пятится от Руматы.)
     РУМАТА. Подойди  ко мне.  (Кира отчаянно трясет головой.) Подойди
же, что ты?
     КИРА. Я вот о чем хочу вас попросить, дон Румата. Можно?
     РУМАТА. Конечно.
     КИРА. Снимите с меня этот браслет ваш.
     Пауза.
     РУМАТА. Почему? Не нравится тебе?
     КИРА. Нет,  что вы...  Только иначе они его мне  вместе  с  рукой
отрежут.
     РУМАТА. Кто?
     КИРА. Отец да брат...  Четвертого дня крутили, крутили, рука даже
посинела...  Видите?  (Показывает.)  А  уж  ругались  как...   (Румата
молчит.) Снимите, а? Я ведь и без браслета...
     РУМАТА. Пойдем, я тебя провожу.
     Уходят, занавес раздвигается.
 
     Апартаменты дона  Рэбы,  канцлера герцогства Арканарского.  Зала,
узкие,  как  бойницы,  окна.  Обширный  письменный  стол,   заваленный
бумагами,   несколько   кресел,   В  одном  из  кресел,  неестественно
выпрямившись,  сидит дон Рэба - мужчина лет пятидесяти,  с  деревянным
лицом,  в темном простом костюме.  В другом кресле развалился, нога на
ногу,  дон Кондор.  В третьем,  поджав под себя ноги и привалившись  к
подлокотнику,  располагается  некая  дона  Окана,  красивая  дама  лет
двадцати пяти, в платье с очень глубоким вырезом.
     КОНДОР. Все  это  очень  хорошо,  мой дорогой канцлер,  но кто же
будет покупать!
     РЭБА. Да кто угодно!  Я,  вы.  она...  Мужик и ремесленник должен
только производить!  Это о них сказано: пока склонены их вшивые головы
над работой,  не убивай их, но при всем том не давай им и жить. А тех,
кто головы  поднимут,  убивай,  как  бешеных  волков...  И  пожелавший
переменить этот свыше установленный порядок есть смутьян и разрушитель
установления,  повинный смерти. Таковыми являются грамотеи, всякие там
математики  и  сочинители,  ибо  это  о них сказано:  язык твой - враг
мой...
     КОНДОР (смеясь). Но вы же сами грамотей, дорогой канцлер!
     РЭБА. Я имел в виду грамотеев-мечтателей,  грамотеев-растлителей,
грамотеев-умников! Умные нам не надобны, дон Кондор! Надобны верные...
Вот я собираюсь выпустить в свет рассуждение о новом государстве...
     ОКАНА. Ах, увольте нас от ваших рассуждений, милый!
     КОНДОР. Нет-нет,   прекрасная   дама,   это   очень    интересно.
Продолжайте, дорогой канцлер, прошу вас...
     РЭБА. Суть сего рассуждения весьма проста.  Она всего  в  трех...
как бы это сказать...
     КОНДОР. Принципах?
     РЭБА. Вот  именно.  В  трех принципах...  (Перегибается к столу и
что-то  записывает.)  В  трех  принципах.  А  именно:  слепая  вера  в
непогрешимость  власти,  беспрекословное  оной  повиновение,  а  также
неусыпное наблюдение каждого за каждым.
     Пауза. Дона Окана зевает.
     КОНДОР. Гм...  Каждого за каждым  -  это  хорошо.  Но  позвольте,
дорогой  канцлер,  ведь  это,  по сути дела,  государственные принципы
Области Святого Ордена!..
     РЭБА. Совершенно справедливо,  дон Кондор.  В рассуждении своем я
тщился лишь довести эти прекрасные...  гм... принципы до простоты, без
всякого украшательства.
     КОНДОР. Интересно, очень интересно... И вы собираетесь ввести эти
принципы в государственное устройство герцогства Арканарского?
     РЭБА. Я уже ввожу их.
     КОНДОР. А как же бароны? Родовая знать?
     РЭБА. Вот именно.  бароны  и  родовая  знать.  Но  ведь  в  вашей
торговой республике, дон Кондор...
     За окнами  вдруг  раздается  громовой  топот  марширующих  сапог.
Гремит хриплыми глотками песня:
     О чем наш серый парень может мечтать?
     О том, чтоб вещи подороже достать!
     О том, чтоб днем и ночью пиво хлестать!
     О том, чтобы в кустах молодку зажать!..
     Дон Кондор поднимается и подходит к  окну,  глядит  вниз.  Грохот
сапог стихает в отдалении. Дон Кондор поворачивается.
     КОНДОР. Высокое небо, что это за ужас!
     РЭБА. Мои  серые  роты,  дон  Кондор.  Мой  инструмент в борьбе с
баронами, книгочеями и мужичьем.
     КОНДОР. Ну и сброд!
     РЭБА. Ничего,  зато преданны и жадны, как собаки. Главным образом
младшие   отпрыски   из  среднего  сословия  -  лавочников,  мясников,
скотовладельцев...  Плодовитый народ,  эти лавочники,  и у всех у  них
масса  младших  сыновей.  И  все  рвутся исполнить свой патриотический
долг. Казне это не стоит ни гроша...
     КОНДОР (возвращаясь в кресло). Казне - это вам, дорогой канцлер?
     Дона Окана хохочет и хлопает в ладоши.
     РЭБА. Они  ненавидят  баронов и презирает мужиков и мастеровщину.
Как раз то, что нам нужно.
     КОНДОР. Ловко...  Браво,  мой  дорогой  канцлер!  Вы  - настоящий
реформатор,  вы предвосхитили идеи,  которыми будут пользоваться через
сотни лет!
     РЭБА. Благодарю...  Так вот.  Пока они у меня учатся.  Маршируют,
наводят  ужас,  восхищают  своих  почтенных  родителей...  А  в  самом
недалеком будущем я задам им кровавую баню.  А  затем  я  окончательно
загоню  их  в  казармы,  приставлю  к  ним  опытных капралов,  и через
год-другой...
     Неслышно входит Монах в черной рясе с капюшоном.
     МОНАХ. Капитан Цупик, ваше преосвященство.
     РЭБА. Вы позволите, дон Кондор!.. Проси.
     Монах выходит,  и сейчас же,  шумно топая,  в  апартамент  входит
Цупик.
     ЦУПИК. Будах тоже скрылся, проклятый колдун!..
     РЭБА. Одну минутку... Вы знакомы?
     Цупик поворачивается к Кондору.
     ЦУПИК. Нет. Приветствую вас, благородный дон...
     Кондор наклоняет голову.
     РЭБА. Дон  Кондор,  генеральный  судья  республики Соан.  Капитан
Цупик, командир нашей серой гвардии.
     ЦУПИК. Рад сделать знакомство. Вот у вас...
     РЭБА. Дон  Кондор  направляется  в  Эстор  в  качестве  торгового
посланника  и  по  пути  оказал  нам  честь кратковременным посещением
Арканара.
     ЦУПИК. Вот  у  вас в Соане чтут торговое сословие,  не то,  что у
нас, у вас бы там...
     РЭБА. Простите,  любезный  капитан,  вы что-то говорили о Будахе,
кажется...
     Цупик валится в кресло рядом с Оканой. Та брезгливо отодвигается.
     ЦУПИК. Ладно,  от соанцев у нас нет секретов.  Будах  пропал.  Не
уследили мои стервецы,  молоды... Только вот что я вам скажу, господин
канцлер,  ваша светлость:  Будах -  это  уже  шестой  чернокнижник  за
последние два месяца, который уходит от нас сквозь пальцы. Может, им и
верно нечистая сила помогает?
     РЭБА. А вы сами как думаете, любезный капитан?
     ЦУПИК. Не знаю,  что и думать.  Думать -  это  ваша  забота.  Моя
забота  -  выследить,  взять и - на кол!  (Хохочет.) Вот это мы умеем,
будьте спокойны, господин соанец...
     КОНДОР. Не сомневаюсь, капитан.
     ЦУПИК. Вы еще нас к себе будете  выписывать  за  большие  деньги!
(Хохочет, затем обрывает смех.) От маршала ничего нет?
     РЭБА. Пока ничего...  (Кондору.) Речь идет о баронском ополчении,
выступившем  под  командованием  маршала  Тоца  против мятежника Араты
Горбатого... Мы ждем известий о разгроме Араты с минуту на минуту...
     ЦУПИК. О  разгроме...  Этот дурак с железным горшком на макушке и
проиграет -  недорого  возмет...  Арата  -  орешек  крепкий...  Ладно!
(Поднимается.)  Идти  надо,  дел  полно  -  три подвала мастеровщины и
грамотеев не пытано...  А у меня еще одно дело, господин канцлер, ваша
светлость...
     РЭБА. Да, капитан?
     Цупик достает из-за обшлага сложенный лист бумаги.
     ЦУПИК. Желательно было бы,  чтобы вы подписали, господин канцлер,
ваша светлость... РЭБА (просматривает список). Дон Кэу... Дон Тамэо...
Дон Сэра... Простите, капитан, в чем, собственно, дело?
     ЦУПИК. Список  персон,  превратно  все  понимающих  и  от каковых
многое несчастье для...
     РЭБА. Ага,  вот  оно...  "Приказ  об  аресте  и  препровождении в
казармы Серых Рот нижеследующих...  " Гм...  Мудро, мудро... Кто здесь
еще?  Гм... Дон Капада... Дон Румата... (Кондор вздрагивает, но тут же
берет себя в руки.) Дон Рипат...  Гм...  Короче,  все  ваши  обидчики,
капитан?
     ЦУПИК. Извольте подписать.
     РЭБА. Хорошо, я подумаю.
     ЦУПИК. А него думать? Подмахните, вот и вся недолга...
     РЭБА. Как  же  так можно,  капитан!  Старейшие роды и иностранные
офицеры!
     ЦУПИК. Всех  под  одну  гребенку!  У  меня  в  казармах  они  все
одинаковы!
     РЭБА. Возможно,  капитан.  Но не так быстро. Отложим. Я рассмотрю
этот список. Уверяю вас...
     Входит Монах.
     МОНАХ. Маршал Тоц, ваше преосвященство.
     ЦУПИК. О! Давай его сюда!
     РЭБА. Проси.
     Монах выходит.   Слышится   лязг   железа,   входит  маршал  Тоц,
закованный с ног до головы в железные доспехи.
     ТОЦ. Господин канцлер, ваша светлость! Счастлив доложить вам, что
мятежные  орды  Араты  Горбатого  разгромлены,  сам  Арата  пленен   и
доставлен в Арканар, дабы быть повергнутым к стопам...
     ЦУПИК. Молодец, маршал! А я-то думал, что ты у нас дурак!
     Бросается к Тоцу, пытается его обнять и расцеловать. Впрочем, тот
защищен панцирем.
     РЭБА. Иного  не  ожидал.  От имени герцога Арканарского жалую вас
кавалером Ордена Трех Начал...
     ТОЦ (становится на одно колено).  Слава герцогу!  Слава канцлеру,
орлу нашему дону Рэбе!
     РЭБА. Мятежника Арату,  заковав,  препроводить в башню. Завтра на
рассвете четвертовать!  Поворачивается к Кондору.) Вот и конец  угрозе
Империи, дон Кондор...
     КОНДОР. Одну минуту, мой дорогой канцлер. Нельзя ли мне взглянуть
на прославленного мятежника?
     РЭБА. Взглянуть? (Поворачивается к Тоцу.) М-м?
     ТОЦ. Все натурально,  господин канцлер,  ваша светлость. Мятежник
Арата под стражей во дворе вашей канцелярии.
     РЭБА. Пусть введут.
     ТОЦ (подбегает к двери, кричит). Ввести сюда Арату Горбатого!
     Все ждут,   слышится   звон   цепей,  двое  солдат  вводят  Арату
Горбатого, Он едва передвигается, голова замотана кровавыми тряпками.
     РЭБА. Как он вам кажется, дон Кондор?
     Кондор молчит. Он просто смотрит на Арату и не говорит ни слова.
     ОКАНА. Ах, от него так воняет кровью!
     РЭБА. Что-нибудь хочешь сказать, мятежник?
     АРАТА (с трудом поднимая слепую голову).  Ничего... ничего... Где
казнить-то будете?
     РЭБА. В башне.
     АРАТА. Жаль...  На площади бы...  Там бы я сказал...  А  здесь  -
какой толк? (Выпрямляется.) Ох, Рэба, ох, сволочь, ну, доберемся мы до
тебя, гад, вша недодавленная, гниль недосохшая... (Один из солдат бьет
его по голове, он замолкает.)
     РЭБА. Увести. В башню. Соленую рыбу. Живо!
     Солдаты уволакивают Арату. За ними уходит маршал Тоц.
     ОКАНА. Нахал...
     РЭБА (Кондору). Как он вам?
     КОНДОР. Да, это был опасный враг...
     ЦУПИК. Ладно,  я пойду.  А про списочек вы не забудьте,  господин
канцлер, ваша светлость. Мы на вашу подпись очень надеемся...
     РЭБА. Кто это - мы?
     ЦУПИК. Ну, я, скажем. Мало? (Уходит.)
     Пауза.
     ОКАНА. Мужлан... Лавочник...
     КОНДОР. Кандидат в покойники...
     РЭБА. Как вы сказали?
     КОНДОР. Это я так...  Скажите, мой дорогой канцлер... Если это не
секрет, конечно...
     РЭБА. Пожалуйста, мой гость.
     КОНДОР. Вот эти монахи у вас в прихожей...  и вас называют  "ваше
преосвященство"... Разве вы приняли сан?
     Пауза. Рэба ухмыляется, подмигивает Окане.
     РЭБА. Это вас удивило бы, дон Кондор?
     КОНДОР. Поступки людей, стоящих во главе государства, вызывают не
удивление, но либо восхищение, либо ужас.
     РЭБА. Да будет вам известно,  дон Кондор,  что я уже  второй  год
являюсь наместником Святого Ордена в герцогстве Арканарском, епископом
и боевым магистром.
     Пауза.
     КОНДОР. Поразительная   новость.   Я   вас    поздравляю,    ваше
святейшество...
     РЭБА. Благодарю.
     КОНДОР. Я  не  сомневаюсь,  что  эта новость будет воспринята при
дворах Империи с необычайным удивлением...
     РЭБА. Я буду рад, если эту новость сообщите именно вы.
     Входит Монах.
     МОНАХ. Багаж  и  слуги  посланника  торговой республики Соан дона
Кондора погружены на корабль.  Отлив начнется через  полчаса.  Капитан
просит дона Кондора явиться к этому времени на борт.
     РЭБА. Эскорт для  господина  посланника!  (Монах  уходит.)  Жаль.
Поужинать не успели.
     КОНДОР. Это  пустяки,  поужинаю  в  море...  Разрешите  еще  один
вопрос, дон Рэба.
     РЭБА. Разумеется, дон Кондор.
     КОНДОР. Почему  вы  именно  сейчас  и именно мне раскрываете свои
карты?
     РЭБА. Карты?
     КОНДОР. Я хочу сказать,  почему вы именно  сейчас  и  именно  мне
сообщаете, что вы - агент Святого Ордена?
     Пауза.
     РЭБА. Дон Кондор,  до Эстора восемнадцать дней морем и сорок дней
сушей. И я не раскрываю карты. Я показываю зубы!
     Кондор встает.
     КОНДОР. Прошу разрешения откланяться.
     РЭБА. Расстаюсь с вами не без грусти.
     ОКАНА. Ах, дон Кондор, на обратном пути...
     Внезапно за окнами взрывом возникает гвалт испуганных голосов. По
окнам проносится голубой луч и сразу же гаснет,  Крики  усиливаются  и
вдруг смолкают.  Рэба пятится к своему столу,  тащит из ящика огромный
арбалет.  Кондор обнажает шпагу.  Окана выхватывает из складок  платья
кинжал.
     В апартамент вбегают несколько монахов  и  солдат.  Их  Начальник
падает перед Рэбой на колени.
     НАЧАЛЬНИК. Господин канцлер!  Ваша светлость!  Сам дьявол посетил
нас!
     РЭБА. Что такое? Какой дьявол?
     НАЧАЛЬНИК. Он унес Арату!
     РЭБА. Что-о?
     НАЧАЛЬНИК. Я сам видел,  собственными глазами! Он прилетел... Все
залилось адским светом!  Дьявол пал на башню с  небес,  распахнул  над
нами непомерные крылья, дунул горячим воздухом, схватил Арату и вместе
с ним исчез!..
     ОКАНА. Подлый лжец!
     НАЧАЛЬНИК. Не я один видел... Все видели!
     СОЛДАТЫ И МОНАХИ. Точно! Мы все видели!
     НАЧАЛЬНИК. Мятежника Арату дьявол уволок с вершины башни!
     Пауза.
     КОНДОР. Разрешите откланяться. (Уходит.)
     РЭБА. Все вон!
     Монахи и  солдаты,  толкаясь,  выбираются  из  апартамента.  Рэба
садится за свой стол, подпирает голову рукой, думает. Окана пристально
глядит на него.
     РЭБА. Дьявол... Дьявол. Как сказал этот дурак Цупик? "Им нечистая
сила помогает..."
     ОКАНА. Страшное дело!
     РЭБА. Да, страшное дело... опасное дело... Если он и такое может,
то опаснее не придумаешь...
     ОКАНА. О ком ты? Ты что-то знаешь, да?
     РЭБА. Сыск - дело великое. Вот так следишь-следишь за человеками,
глядь - и на дьявола наткнешься...  Да, опасно, опасно... Ах, изловить
бы его,  да за жабры - и на сковородку,  а?  Или оставить, пренебречь,
ничего,  мол,  не знаем, удивляемся, и только... Нет, это нельзя. Надо
крючочек подыскать... Только клюнет ли? И если клюнет, то на что?
     ОКАНА. Слушай, я боюсь, перестань...
     РЭБА. Бойся, бойся, сейчас самое время, Ну-ка, поди сюда...
     Окана подсаживается  к  нему  вплотную.  Он  что-то  шепчет   ей,
опасливо поглядывая на зрительный зал.
 
                               ЗАНАВЕС
 
 
Страница сгенерировалась за 0.2954 сек.