Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Детективы

Михаил Березин - Пришла беда, откуда не ждали

Скачать Михаил Березин - Пришла беда, откуда не ждали

     Если честно, я был разочарован. В Москве на Арбате  сидели
интересные  ребята,  а  здесь  обитали в основном халтурщики. В
Париже! На Монмартре! К тому же цены тут  были  фантастические!
Зато  появилась  надежда,  что  Козираги  я  выявлю  без особых
хлопот, и не столько по описанию, сколько по манере письма.  Уж
его-то  техника  отличалась  богатством по сравнению с безликой
техникой местных мазил. Судя по "Инженеру Ерофееву".
 
     Я принялся шарить  глазами  по  портретам,  однако  ничего
обнадеживающего   не   обнаружил.  Перешел  на  противоположную
сторону и обмер. С одного из портретов на меня  глядел  не  кто
иной,  как... берлинский детектив Мюнхаузен. Впрочем, смотрел -
пожалуй, не то слово. Нагло пялился. Его  рыжая  шевелюра  была
выписана особенно любовно на фоне виднеющегося вдали Сакре Кер.
 
     Я еще раз настороженно огляделся, однако живого Мюнхаузена
поблизости  не  было.  Тогда  я принялся за художника, сидящего
рядом.  При  этом  пришлось  раз  десять   ткнуть   в   портрет
указательным пальцем, прежде чем до него дошло, что именно меня
интересует.  Из  его  ответа я понял не больше, чем он из моего
вопроса.  А  именно,  два  слова:  monsieur1  и  Allemagne2.  В
отчаянии художник перешел на мимику, и сразу же стало ясно, что
"месье  из  Германии отказался платить". На художнике был такой
же берет, как и у меня. Возможно, он тоже приобрел его на улице
Гобеленов.
 
     Я еще раз ткнул в портрет пальцем и проговорил:
 
     - Барон Мюнхаузен.
 
     Однако француз не понял, что я хочу этим сказать.
 
     Я посидел на  террасе  за  белым  пластмассовым  столиком,
попивая  кофе.  Небо  было синее и краски вокруг сочные. Не то,
что на портретах обитающих вокруг  мазил.  Однако,  нужно  было
форсировать  поиски Козираги. Появление на горизонте Мюнхаузена
не сделало меня счастливее.
 
     Я вновь принялся бродить вдоль рядов,  но  если  и  достиг
какого-то  положительного  результата,  то только в том, что не
обнаружил нигде портрета Абу Бабу. Пришлось  пойти  на  крайние
меры.  Я  извлек  из  кармана разговорник и тараном двинулся на
мазил.
 
     - Russe peintre3... - твердил я, для солидности  добавляя:
- Интерпол. Je cherche russe peintre4... Интерпол.
 
     Мазилы  всполошились,  беспокойно  завертели головами. Те,
кто ходил с планшетами, разбежались в разные стороны.
 
     Наконец, меня взял за  плечо  пожилой  мужчина  с  длинной
черной бородой. Отвел в сторону.
 
     - Если ваш приятель и был здесь, то местная братия его уже
давно  отшила,  -  проговорил  он  на чистом русском. - Они это
умеют.
 
     - Но где же тогда его искать? - в отчаянии пролепетал я. -
Мне точно известно, что он в Париже.
 
     - Ну, не знаю, не знаю...  Где-нибудь  в  более  спокойном
месте, и не таком денежном.
 
     Дойдя  по  бульвару  Сен-Жермен  до  Сен-Жермен-де-Прэ,  я
остановился. Бесцельное гулянье по Парижу начинало  действовать
мне  на  нервы.  В  третий  раз набрал номер Изабель Демонжо1 -
своей единственной парижской знакомой, - но  подключился  вновь
автоответчик. Он что-то ласково и нежно ворковал по-французски.
Я бросил трубку.
 
     Итак,  Мюнхаузен  в  Париже.  Я старался избегать мыслей о
том, каким образом это произошло. Потому что вывод напрашивался
один: он снова - и достаточно эффективно - сел  мне  на  хвост.
Увидев,  как  я  уезжаю  на парижском поезде, дал денег и номер
своего  радиотелефона  проводнику,  а  сам  вылетел  самолетом.
Впрочем,  он  мог  подкупить  и  Черемухина.  Ведь Голдблюм так
торопился залучить того в  свои  объятия,  что  мы  мчались  на
роллс-ройсе  ни  от  кого не хоронясь. Скорее всего так и было,
поскольку Мюнхаузен оказался на Монмартре даже раньше меня.
 
     Учитывая  обстоятельство,  что  Абу  Бабу  также   удалось
выколотить   из   Черемухина   нужную  информацию,  можно  было
предположить, что и он не замедлит сюда явиться. Да, собирается
хорошая "компаньеро".
 
     Я возвратился в  гостиницу,  чтобы  проиграть  ситуацию  с
фантомами.
 
     - Сейчас  главная  задача:  наметить  принципиальную схему
поисков  Козираги,  -  пыхтя  трубкой,  проговорил  Тролль.   -
Конечно,  в  Париже найдется много мест, где художники пытаются
заработать себе на пропитание, но придется обойти их все.
 
     - А если он вообще не добрался до Парижа, - возразил я.  -
У  него  всего-то  было  восемнадцать  немецких марок, на такие
деньги не разбежишься.
 
     - Тогда, где он? - покачал головой Тролль. - В  Берлине-то
его нет.
 
     - Тоже  не  факт.  Да, он не вернулся к Черемухину, но это
еще не означает, что он исчез из Берлина. Он мог просто создать
видимость, чтобы Шидловский и К° оставили его в покое.
 
     - Черемухин ведь говорил, что в Берлине ему  больше  негде
остановиться.
 
     - В Париже ему тоже негде остановиться.
 
     - Однако,  где-то  же  он  есть,  -  вступила  в  разговор
Малышка.
 
     - Согласен, - я чмокнул ее в щечку.
 
     На сей раз она пахла морем и Багамскими островами.
 
     Тролль недовольно поморщился.
 
     - И, коль скоро, мы  уже  здесь,  имеет  смысл  попытаться
начать поиски в Париже, - продолжала Малышка.
 
     - Согласен. - Еще один поцелуй в щеку.
 
     - А  я,  между  прочим,  с  этого  и  начинал,  - обиженно
произнес Тролль.  -  Нужно  обойти  все  места,  где  художники
предлагают свои услуги туристам.
 
     - Есть  и альтернативная возможность, - возразила Малышка.
- Мне кажется, что проще обойти места,  где,  предположительно,
он бы мог остановиться на ночь.
 
     - Но это - весь Париж, - развел руками Троль.
 
     - Не  совсем.  К  примеру,  в "Савое" его искать не стоит.
Можно  оставить  в  покое  и  другие  гостиницы  любого  ранга,
поскольку  больше  или  меньше, но платить нужно везде. А ему и
без того требуется собрать довольно-таки круглую сумму.
 
     - А  где  можно  ночевать  бесплатно?  -   поинтересовался
Тролль.  -  В  мусорном  баке?  Может  Мише стоит устроиться на
работу клошаром, и по ночам перебирать отбросы в поисках нашего
гения?
 
     - Помнится, Черемухин говорил,  что  Козираги  захватил  с
собой спальный мешок...
 
     - Да, говорил, - подтвердил я.
 
     - Ну,  вот...  Если не выбираться каждый день из Парижа, а
на это ведь тоже нужны деньги, он может ночевать лишь  в  одном
из парков, там его и стоит искать.
 
     - М-м-м... - звучало это не совсем убедительно. - А что ты
скажешь по поводу набережных?
 
     - Набережные  здесь  не  такие  уютные. К тому же по ночам
возле воды прохладно.
 
     - Миша, не слушай ее, - воскликнул Тролль.
 
     - Нет, почему же... - Я задумчиво потер рукой  подбородок.
- Между  прочим,  можно попытаться объединить ваши предложения.
Ведь в парках, по крайней мере в некоторых  из  них,  художники
тоже предлагают свои услуги.
 
     - Но есть и более интересные места, - возразил Тролль.
 
     - Да,  к  примеру, Монмартр. Подобные точки местные мазилы
держат плотно в своих руках. И хорошо, если  Мюнхаузен  еще  до
этого не додумался.
 
     - А Абу Бабу до этого вообще никогда не додумается.
 
     - Не нужно недооценивать Абу Бабу.
 
     - Ну,  да,  -  ехидно  заметил  Тролль, - он ведь учился в
университете имени Патриса Лумумбы...
 
     Поздно вечером я попытался еще раз дозвониться до Изабель.
Все тот же результат. Тогда я, наконец, догадался оставить  для
нее  сообщение.  Дождавшись, когда автоответчик проворкует свой
текст, я рассказал, что нахожусь сейчас в Париже и сообщил свои
координаты. Рано утром в моем номере зазвонил телефон.
 
     - Алло, Миша?
 
     Голос принадлежал ей.
 
     - Ты где пропадаешь? - спросонья прокричал я.
 
     - Я сейчас в Тулоне, никак не могу отсюда вырваться.
 
     - И сколько ты там еще намереваешься пробыть?
 
     - Один Б-г знает. Чем я могу тебе помочь?
 
     Я вкратце описал ситуацию. Сказал,  что  должен  разыскать
русского художника, обитающего где-то в Париже.
 
     - Да,  нелегкая  задачка... - Она помолчала. - Деньги тебе
зря не платят.
 
     - Именно, - согласился я.
 
     - Попробуй посетить... - она  назвала  несколько  наиболее
вероятных мест, и я зафиксировал их на листе бумаги с фирменным
штампом "Сент-Шарль".
 
     - И все же... Мы увидимся?
 
     - Не знаю, дорогой. Целую.
 
     Она повесила трубку.
 
     - Ну вот, получил хоть какую-то информацию, - извиняющимся
тоном проговорил я, глядя на Малышку.
 
     С непроницаемым видом та заглянула в список.
 
     - Центр  Жоржа  Помпиду,  -  прочла она. - Но ведь там нет
парка!
 
     - Откуда ты знаешь?
 
     - Я изучила всю карту Парижа.
 
     - Я тоже, - не преминул вставить Тролль.
 
     - Мне бы ваши способности, - завистливо вздохнул я.
 
     - А зачем? - возразил Тролль. - Мы ведь, в конечном итоге,
это тоже ты. И мы всегда к твоим услугам.
 
     Я посетил центр Жоржа Помпиду. Рядом обреталось  несколько
художников,  однако  Леонида  Козираги  среди них не было. Один
ноль в пользу Малышки. И в пользу Мюнхаузена.
 
     Затем   я   побывал   в   нескольких   парках,   но   тоже
безрезультатно.  Я  постоянно,  оглядывался по сторонам, однако
рыжей шевелюры нигде видно не было. Это  внушало  беспокойство.
Возможно, Мюнхаузен уже достиг цели?
 
     Наконец, в небольшом парке неподалеку от музея д'Орсэ мне,
вроде  бы,  улыбнулась  удача.  Часть  парка  была  отгорожена:
повсюду велись ремонтные работы. Оставался лишь узкий проход. И
вот в этом  проходе,  совсем  уж  в  маленьком  закутке,  сидел
патлатый  мазила  в  драных  джинсах  и  предлагал свои услуги.
Портреты,  выставленные  им  в  качестве  образцов,   выглядели
достаточно  убого, зато привлекало внимание сидение, на которое
он взгромоздился: обыкновенное велосипедное седло, прикрученное
к треноге. У мазилы был тонкий голос  и  с  десяток  сережек  в
одном из ушей.
 
     Поняв,  что меня интересует, он сразу же оживился, вскочил
с места и затараторил.
 
     Я сказал:
 
     - Je ne parle pas franЗais.1
 
     И развел руками.
 
     Тогда он схватил один из своих чистых листов, намалевал на
нем огромные цифры "15-00" и ткнул пальцем в землю.
 
     - В три часа дня он придет сюда? -уточнил я по-русски.
 
     - Oui2, - отозвался он и вновь прыгнул в седло.
 
     - Вы в этом уверены? - Я испытывающе посмотрел на него.
 
     - Si1.
 
     Я взглянул на часы. Было без пятнадцати два.
 
     - Если он  действительно  придет  сюда,  вы  получите  сто
франков, -пообещал я и показал ему купюру.
 
     Он  протянул  руку,  но  я  отрицательно покачал головой и
кивнул в направлении листа бумаги с цифрами "15-00".
 
     Это дополнение его слегка разочаровало, однако он  все  же
улыбнулся.
 
     - Merci bien2!
 
     Оставшееся до трех часов время я решил использовать, чтобы
перекусить. В одном из ближайших бистро заказал омлет, копченые
колбаски, пиво и принялся обдумывать, что скажу Козираги.
 
     "Повсюду  рыщет  свора галерейщиков, желающих представлять
ваши интересы. Однако я отведу вас к лучшему из них,  господину
Голдблюму  из Соединенных Штатов Америки. Так что с этой минуты
можете считать себя миллионером. Или даже -  мультимиллионером.
А о Шидловском забудьте, все это - пустое, мамочка моя..."
 
     Готовую  тираду  я посвятил Голдблюму и без пятнадцати три
уже был на месте. Завидев меня, мазила покинул седло и протянул
записку. Едва сдерживая волнение,  я  развернул  ее  и  прочел:
"Поезжайте  в  Лувр,  возьмите автогида и в 17-00 стойте у Моны
Лизы. Л. Козираги."
 
     - Это все? - удивленно проговорил я  и  добавил  почему-то
по-английски: - That's all?
 
     - Oui, - он закивал.
 
     - Он приходил сюда в течение этого часа?
 
     - Oui.
 
     - Почему он меня не дождался?
 
     - Oui.
 
     - А! - Я в отчаянии махнул рукой.
 
     Нужно  было сидеть здесь и ждать! А не ходить по бистро! Я
принялся выяснять у мазилы, что значит  "автогид",  но  тут  же
понял   всю   тщетность   этой  затеи.  Интересно,  говорит  ли
по-французски Мюнхаузен?
 
     Я посмотрел  на  часы  и  бросился  к  метро.  Неизвестно,
сколько  займет  ожидание  в  очереди у Лувра. Уже оказавшись в
вагоне, я вспомнил, что не дал мазиле ни сантима.
 
     Стояние в очереди у музея заняло около сорока  минут.  Все
это   время  я  ломал  себе  голову  над  смыслом  слов  "взять
автогида". Робот, что ли, это такой, который сопровождает  тебя
по музею?
 
     Наконец,  я  спустился  по  эскалатору  в  огромное фойе и
остановился в нерешительности.
 
     Входов в музей  было  несколько,  и  располагались  они  с
разных  сторон  от  гудящего, словно улей, заполненного народом
зала. Посреди стояла мебель,  напоминающая  барменскую  стойку,
над  которой  завис  гигантский  куб  с жирной буквой i на всех
гранях. Я  пробрался  туда  и  ухватил  справочную  брошюрку  с
немецким  флагом:  иностранный  язык,  который  я знал наиболее
хорошо. Пожилой мужчина, восседающий по ту сторону, заметив мое
состояние, скользнул взглядом по немецкому флагу и обратился ко
мне:
 
     - Месье из Германии?
 
     Я утвердительно кивнул.
 
     Тогда он заговорил по-немецки:
 
     - Быть может, возьмете автогида? Очень полезная вещь у нас
в музее. Всего двадцать франков.
 
     Если бы не разделяющая нас стойка, я бы наверняка вцепился
в него.
 
     - О, да, да! - возбужденно воскликнул я.
 
     Перед ним лежала  груда  телефонных  трубок,  напоминающих
радиотелефоны,  только  более  вытянутых и увесистых. Он выбрал
одну из тех, на которых  красовался  немецкий  флаг.  Чтобы  ею
воспользоваться,  достаточно  подойти  к вызывающей любопытство
картине, набрать  нужный  код  и  поднести  трубку  к  уху.  До
гениальности просто. Я расплатился, отошел в сторону и принялся
изучать брошюру.
 
     Входов  в  музей было три и вели они в помещения, никак не
сообщающиеся друг с другом. Одно  из  них  называлось  "Denon",
другое  -  "Sully",  третье  -  "Richelieu".  Для  того,  чтобы
попасть, скажем, из "Sully" в "Richelieu" требовалось вернуться
сначала назад в фойе. Дабы не морочить себе голову, я  приобрел
универсальный билет.
 
     "Мона  Лиза"  находилась  на  первом  этаже  в  помещениях
"Denon". Найти ее не составляло труда, поскольку основной поток
посетителей двигался именно в ту сторону. У меня оставалось еще
немного времени, и я внимательно рассмотрел знаменитый  шедевр.
Почему Козираги выбрал это место? Хотел заполнить пробел в моем
эстетическом воспитании?
 
     Ровно  в  17-00  я  включил  автогид  и набрал нужный код.
Женский голос на стерильном немецком языке  принялся  знакомить
меня с краткой биографией Леонардо да Винчи и историей создания
"Моны  Лизы".  Это  было  любопытно. Подчиняемый воле голоса, я
обращал внимание то на одну деталь,  то  на  другую,  но  вдруг
лекция оказалась прервана на полуслове.
 
     - Привет,  -  сказал по-русски слегка хрипловатый голос. -
Меня  зовут  Козираги.   Не   пытайся   ответить,   трубка   не
предназначена  для двусторонней связи. Если хочешь встретиться,
тебе придется совершить  небольшое  путешествие  по  Лувру.  Не
удивляйся,  за  мной  идет настоящая охота, и я просто вынужден
быть осторожным.
 
     - О'кэй, - сказал я и осекся.
 
     - Возвращайся в фойе, - приказал голос.
 
 
Страница сгенерировалась за 0.0731 сек.