Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Сказки

Марк Сергеев - Волшебная голоша или необыкновенные приключения Вадима Смирнова, его лучшего друга Паши Кашкина и 33 невидимок из 117-й школы

Скачать Марк Сергеев - Волшебная голоша или необыкновенные приключения Вадима Смирнова, его лучшего друга Паши Кашкина и 33 невидимок из 117-й школы

 
   ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
   о том, что голод - не тетка, а Кузька очень похож на Зеленобородого
 
   Тимофей Митрофанович и  Сергей  Николаевич-слесари  парка  электропоездов
метро-с некоторых пор стали задерживаться  на  работе  позже  обычного.  Оба
сухощавые, невысокие,  они  походили  на  братьев.  Только  один  -  Тимофей
Митрофанович - чуть постарше и чуть повыше, а второй - Сергей  Николаевич  -
помоложе, поживее.
   - Чего это они по ночам шарят в поездах?  -  удивлялись  их  товарищи  по
работе. - Никак, ищут клад в кожаных диванах?
   И, встречая дружков, подмигивая, спрашивали:
   - Ну как? Еще не нашли?
   - Да пока нет...-смущенно  говорил  Тимофей  Митрофанович  и  косился  на
шагающего рядом напарника.-Ты, поди, разболтал? - строго спрашивал он, когда
они оставались одни.
   -Да ты что.-обижался Сергей Николаевич.- Я думал, это ты не вытерпел...
   Подозрительных разговоров в электропоездах с  той  памятной  ночи  им  не
довелось слышать, но  зато  среди  работников  метро  разговоров  было  хоть
отбавляй. Кто-то из депо побывал на суде, и об истории с пирожками знали все
без исключения.
   Друзья каждую ночь  обходили  вагоны,  ведя  производственные  разговоры.
Чтобы не спугнуть невидимок,  они  делали  вид,  что  тщательно  осматривают
состояние обшивки на сиденьях. Но все безрезультатно: невидимок,  о  которых
под большим секретом неделю назад рассказали им в милиции, не  было.  Как  в
воду канули.
   Однажды, устав  после  тщательных  и  безрезультатных  поисков,  искатели
"клада" присели на коричневый диван.
   - Знаешь, Тимофей, какая мысль у меня вот уже несколько дней  не  выходит
из головы?
   -Ну?
   - А ведь мы. должно быть, вспугнули птичек, и  они  теперь,  может,  спят
себе спокойным сном... на другой линии.
   - Правда твоя. Сергей. Ну, конечно, спят они сейчас, милые голубчики,  да
над нами посмеиваются: тоже, мол, сыщики в метро нашлись!  /  -  Я  вот  что
думаю: не сообщить ли об этом в милицию?
   - Да, пожалуй, надо...
   Слесари вышли из вагона и вдруг остановились: в соседнем поезде слышались
знакомые голоса.
   - Ты вот что,-шепотом сказал Тимофей Митрофанович,- беги звонить, а я тут
покараулю.
   Он  подошел  поближе  к  окну,  из  которого  слышался  довольно  громкий
разговор.
   - Так он и не пришел?
   - Нет. Целый день простоял я там на углу - все без толку.
   - Понимаешь, мне  кажется,  что  этот  человек  в  сером  пальто  и  есть
Зеленобородый. Значит, надо следить.
   - А как же он в Москве оказался?
   - Вот этого-то я и не  знаю.  Но  ведь  раз  он  волшебник,  значит,  он,
наверное, может как-нибудь передвигаться. А если даже не он-все  равно  этот
парень должен знать секрет: как из невидимок стать видимками.  Помнишь,  как
он ловко из пузырька что-то выпил - и готово!
   - Что же мы будем теперь делать? Есть хочется  страшно.  Хоть  бы  хлебца
маленько... Может, домой нам поехать?
   - Как же уехать, если Зеленобородый где-то здесь. Без него мы пропали.  А
потом, что мы скажем ребятам? Ведь это я их превратил в невидимок. И как это
меня угораздило?
   - Да, пожалуй...
   - И потом, еще эти пирожки...
   - Я уже подсчитал, нам нужно восемнадцать рублей, чтобы отдать долг Дарье
Матвеевне.
   - Стоп! Нас, кажется, подслушивают...
   Тимофей Митрофанович, который  приблизился  к  окну  настолько,  что  его
заметили, торопливо отскочил назад. Но было уже поздно.
   - Паша! Надо уходить. Это что-то подозрительное.
   - Хлопцы! - взволнованно сказал тогда слесарь. -  Дело  вот  какое.  Ваши
родители беспокоятся о вас. Они прислали письмо в  Москву,  просят,  значит,
помочь найти Вадима Смирнова и Павла Кашкина. Это ведь вы, не правда ли? Вот
я вам скажу сейчас приметы: Вадим Смирнов, ученик пятого класса, одиннадцати
лет, волосы русые...
   - Похоже, что я.
   - Вот видите. Глаза серые есть?
   - Есть.
   - Нос прямой, над верхней губой родинка есть?
   - Есть.
   -  Ну  вот  видите!  Теперь  Кашкин  Павел.   Волосы   рыжеватые,   глаза
светло-карие...
   - Кажется, есть.
   - Рот большой, нос чуть вздернутый...
   - Одну минуточку. Димка, у меня, что, и вправду большой рот?  Нет,  здесь
ошибка. Что значит большой рот? У меня самый нормальный,  можете  посмотреть
сами.
   - А нос чуть вздернутый и подбородок круглый - уже менее уверенным  тоном
спросил Тимофей Митрофанович. - Это есть?
   - Так точно! Все на месте!
   - Вы тут вот, хлопчики, горевали о еде. Может, поедем  ко  мне?  Поедите,
поспите как полагается, досыта. А? Я  живу  за  городом.  Может,  слышали  -
Расторгуево? От Павелецкого вокзала рукой подать. Не слышали? Ну ничего, что
не слышали. Стало быть, у вас все впереди.
   - Спасибо вам, но только нам нельзя к вам ехать.
   - Почему же?
   - А вы нас отправите в милицию.
   - Зачем же обязательно в милицию? А потом, если вы люди честные, так чего
вам милиции бояться? Она, наоборот, помочь в беде может. Это не про  вас  ли
пропечатали в газете,  что  вроде  девчонку  из-под  машины  спасли,  Марусю
Логинову.
   - Было такое.
   - Ну вот видите, - оживился слесарь. - А ведь она, Марусенька, начальнику
городского-то управления милиции дочкой приходится. Полковнику Логинову. Вот
оно как. Так что в случае чего прямо к Логинову, Василию Михайловичу. Он  уж
вас в обиду не даст. - А далеко это Расторгуево?
   - Дом-то мой? Да нет, недалечко. Минут сорок езды. А то и меньше.
   - Может, поедем, а, Димка?
   - Ну хорошо. Мы поедем. Спасибо -вам большое. Сергей Николаевич  вернулся
через несколько минут и застал своего напарника в обществе  ребят.  Об  этом
можно было догадаться по оживленному разговору, который слышался из вагона.
   - Значит, вы были знакомы  с  Зеленобородым?  -  с  недоверием  спрашивал
мальчишеский голос.
   - Да вот так, как сейчас с тобой разговариваю, так разговаривал с ним.
   - Вот здорово! Нам, Димка, просто повезло!
   -  Все  равно  до  утра  ждать  электрички.  Может,  расскажете  нам  про
Зеленобородого?-попросил Вадим.
   - Ну что ж, это можно,-согласился Тимофей Митрофанович. - Благо  времечко
есть. Отчего и не вспомнить, что было да чего и не было.
   Старик почесал в затылке, хитро улыбнулся -  одними  глазами  -  и  начал
издалека...  
 
   ПЕРВАЯ ЛЕГЕНДА О СТАРИКЕ ОЗОРНИКЕ
   Давно это было, недавно ли. А только жил  да  поживал  на  свете  паренек
один. Кузьмой его звали. Ну, кто и Кузькой назовет - тоже  не  обижался.  Он
ведь сам-то любого мог обозвать как угодно. Озорник  был  -  свет  таких  не
видывал. Бывало, девчонки на вечерку соберутся, а он чертом обрядится  да  и
давай их за косы-то дергать. Другая и знает, что это Кузька развлекается,-да
все одно страшно. Черт-черт и есть. Верили тогда люди во всякую чепуху.
   Ну, завтра, конечно, все  срамят,  проклинают  Кузьку,  а  он  нет  чтобы
повиниться, исправиться там. Он  еще  какую  проказу  выдумает,  да  похлеще
первой. То двух коров хвостами свяжет и стеганет их  крапивой,  то  скамейку
подпилит, сядут на нее старухи посумерничать - хлоп на землю. Одним  словом,
озорник, и только.
   Ничего сделать не могли с ним.  Собрались  раз  старики  и  промеж  собой
говорят: "Надо, мол, его проучить разок-другой. Да  так  проучить,  чтоб  он
озоровать-то бросил". Долго думали. День думали. Ночь  думали.  Еще  ночь  с
днем прихватили. И придумали наконец.
   Вот, однажды Кузьма снова пришел на вечерку, распугал девчат. А  одна  не
боится его вроде. Стоит себе, семечки пощелкивает. Кузька даже удивился, что
за смелая за такая. Вот я тебя, мол, крапивой сейчас. Сорвал  крапивы  да  к
ней, значит. Да и очутился в яме. Бился он, бился, а выбраться не может. Ну,
ночью кое-как вылез, ушел домой.
   А только учеба-то впрок ему не пошла. Хуже прежнего стал шуметь по  селу.
девушке этой просто проходу не дает. Однажды поймал да и привязал косами  за
дерево. А в одном доме окна и двери ночью заколотил. Люди выйти хотят, ан не
тут-то было.
   Разозлились люди на озорника - сил нет. Снова собрались старики.  День  с
ночью думали, еще день с ночью, да еще третьи сутки прихватили. И  придумали
наказание Кузьке. Поймали его всем селом вечером,  в  мешок  завязали  да  и
понесли на берег озера. У нас за селом озеро широкое, берега круты.  Я  ведь
сам-то родом тоже из Сибири. Вот бросили Кузьку  в  озеро  и  пошли.  Пришли
домой и говорят:  "Ну,  все!  Был  Кузька  -  да  не  стало.  Некому  больше
озоровать".
   А Кузька-то, верите не верите, лежит себе на дне озера  и  думает:  "Куда
это я попал?" Выбраться из мешка все же  не  может.  Чувствует,  худо  дело.
Сперва было катался, бился, потом примолк. Вдруг слышит рядом снаружи голос,
хитрый, старушечий:
   - Что, сынок, попался?
   - Попался так попался, - отвечает Кузька.
   - Хочешь, выручу?
   - Хочу.
   - Только уговор: за выручку ты отдашь то, что у тебя есть, а я тебе - то,
чего у тебя нету.
   - Ладно, - согласился Кузька, а сам подумал: "У меня  в  карманах  ничего
вроде ценного нет, а у старухи и подавно. Так что баш на баш и выйдет. Да  и
обмануть старуху завсегда можно".
   Исчезла старушка А Кузька все лежит в мешке да лежит. Час прошел, другой,
третий пошел. Кузьке тошней тошного стало.
   Вдруг опять голос снаружи:
   - Лежишь?
   - Лежу. А ты что не выполнила обещание? Развязывай мешок скорее, старуха!
   - Я, во-первых, не старуха, а во-вторых, это обещала тебе моя бабушка.
   - Ну, все равно развязывай! Бабушка-дедушка!
   - Давай сперва меняться.
   - Опять меняться! Обалдели вы все, что ли?! Хватит! Развязывай, говорю!
   - Ну, не хочешь - не надо. Лежи себе.
   - Эй, эй! Постой! Чего торопишься? Не дает человеку подумать. Ну, куда ни
шло - давай меняться, только выпусти меня отсюдова.
   - Ладно, выпущу, только отдай мне то, что у тебя есть. а я тебе то,  чего
у тебя нет.
   - Согласен.
   И снова никого. "Что за чудеса? - думает Кузька. - Видимо, что-то у  меня
есть самое дорогое, ради чего они все стараются. Только что?" Думал, думал -
ничего не придумал. АН, вот опять кто-то  подошел.  Али  подплыл?  Не  может
ничего понять Кузька.
   - Значит, меняешь? - Голос опять новый.
   - Да, меняю, меняю! Вот привязались!
   - А что на что меняешь?
   - Будто не знаешь: что есть на то, чего нету.
   В ту самую минуту мешок и раскрылся. Вылез Кузька и видите вода кругом  -
спереди, сзади, сверху. А снизу дно, усеянное мелкими камнями. И висят прямо
перед ним в воде три темные тени. Вот одна опустилась на дно и  превратилась
в старуху. Из ушей и носа ее торчал мох, морщинистое  лицо  было  похоже  на
кожуру грецкого ореха.
   - А, золотой, молодой! - с ехидной улыбкой  сказала  водяная  старуха.  -
Отдавай, что обещал.
   - А я и не отказываюсь. - И Кузька выворотил карманы.
   - Бери что хочешь! Старуха злобно засмеялась:
   - Хитришь!  Зачем  мне  всякое  барахло!  Молодость-то  у  тебя  есть,  а
старости-то нет! Вот и подавай мне свою молодость, забирай мою старость.
   - Э, нет, - сказал Кузька, укладывая в карман свое добро. - Так  дело  не
пойдет!
 
   И вдруг голос его стал хриплым, старческим, а старуха расправила плечи  и
стала молодой красавицей со злым взглядом зеленых глаз. Кузька  взглянул  на
ее зеленовато-белые руки, которые стали теперь гладкими и нежными,  а  потом
на свои и вскрикнул. Кожа  на  его  руках  обвисла  и  сморщилась.  Поясницу
заломило, скрючило ноги.
   Тут опустилась вниз вторая тень - это был огромный черный таймень.
   - Ну, Кузьма Озерович, давай меняться.
   Кузька похолодел.
   - Хватит, - несмело сказал он. - Я уже отдал все  самое  дорогое,  что  у
меня было, - молодость свою отдал.
   - Нет,  милый  дружочек,  не  все.  И  не  самое  дорогое.  Есть  у  тебя
человеческий облик, а нет облика рыбьего. Отдавай мне человеческий,  забирай
себе рыбий.
   Открыл Кузька рот, чтобы ответить, а вылетел изо рта только  писк.  Хотел
Кузька руками взмахнуть, а вместо рук у него плавники. А таймень превратился
в молодого красавца со злым взглядом зеленых глаз.
   - Пойдем, дорогая, - сказал он бывшей старухе очень любезно. - Мы  тысячу
лет ожидали этого дурака.
   Кузька что-то кричал, бил хвостом и успокоился только тогда, когда кто-то
постучал ему в  бок.  Кузька  оглянулся.  Рядом  с  ним  плавал  малюсенький
плешивый старичок:
   - Эгей, Кузька! Ты со мной еще не рассчитался!
   - Да у меня же забрали все,-запищал Кузька и заплакал. И слез его не было
видно - кругом вода.
   - Нет, не все, - захихикал старик. - Не все, не все! У тебя  еще  остался
твой длинный рост. Теперь он тебе не нужен. Какая разница: будешь ты большой
рыбой или маленькой? А в обмен я сделаю тебя волшебником.
   - Ну хорошо,-согласился Кузька.-Давай меняться...
   Тимофей Митрофанович умолк.
   - А дальше, дедушка, а дальше?
   - А дальше будет в следующий раз, - ответил чей-то незнакомый голос.
   Мальчики оглянулись в дверях вагона стоял лейтенант милиции. Это был Леня
 
 
Страница сгенерировалась за 0.0707 сек.