Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Сергей Подгорный - Вторая возможность

Скачать Сергей Подгорный - Вторая возможность


   20

   Лишь через несколько часов до Евтеева и Швартина  начала  по-настоящему
доходить вся трагичность их положения. Гоби заманивала  в  свои  безлюдные
просторы, но не хотела отпускать назад. Впервые она попыталась оставить их
в себе навсегда, когда бросила под колеса  машины  незасохший  такыр.  Они
избежали ловушки и не вняли предостережению. И тогда Гоби, смеясь  над  их
неопытностью и беспечностью, сомкнула объятия...
   Чем дольше длилось молчание, тем тягостнее  и  невыносимее  становилось
оно для Евтеева. Надо было что-то делать, но только  не  сидеть,  медленно
поджариваясь на солнце.
   - Я пойду поищу машину, - с невольной виной сказал  он,  поднимаясь  на
ноги.
   - Да, -  кивнул  Швартин,  -  посмотри,  что  там  осталось  из  нашего
снаряжения, что можно еще использовать.
   Он долго с печальной грустью смотрел на худую спину Евтеева,  торопливо
шагавшего вдоль русла селевого потока.
   "Вот и все... - думал Швартин.  -  У  нас  нет  даже  одного  шанса  из
тысячи... Как странно играет с нами судьба... Мог ли я подумать,  что  моя
жизнь кончится в тридцать восемь лет да еще в пустыне Гоби...
   Мы, конечно, обречены: контрольный срок возвращения в Баян-Гоби истечет
только через шесть дней, тогда лишь отправятся на наши поиски. Хотя бы  не
на лошадях... - вдруг усмехнулся он. - К  этому  времени  мы  погибнем  от
жажды, если случайно не набредем на источник...
   Конечно, не набредем: мы будем очень медленно брести с  моей  сломанной
ногой, слишком мало проходить за  день...  Борис  не  сможет  меня  нести,
сможет только поддерживать... Даже костыли  не  из  чего  сделать  в  этом
каменном пекле...
   Обречены - это яснее ясного, хотя за жизнь будем, конечно, бороться  до
конца: что же делать еще?.. Но вот что странно: я все понимаю и  в  то  же
время не чувствую страха  перед  смертью.  Почему?..  Может,  потому,  что
кажется, будто еще не скоро придет ее минута?.. Нет страха перед тем,  что
жизнь уходит, с сегодняшней ночи отсчитываются ее последние дни...  А  что
есть? - Швартин с напряженной пристальностью вслушивался и всматривался  в
себя. - Есть мудрое и спокойное сожаление, - с удивлением понял он. - Если
выразить его словами, то будет, пожалуй, так: "Жаль, что  так  получилось,
но что же? Это не повод для малодушия. Твоя жизнь все-таки не прошла  зря.
Ты уходишь, но остаются другие..."
   Но вдруг это философское ослепление прошло, и Швартин ощутил, как остро
защемило сердце. "А как же Лена, как Игорешка, как же брат, родители?.." -
с жалостью и тоской подумал он. Швартин, словно наяву, увидел  по  очереди
их лица. Вдруг он остро пожалел, что  на  этот  раз  не  застраховал  свою
жизнь: не оказалось свободных денег, когда  приходил  страховой  агент,  а
занимать не захотелось; Крутиков потом, на  профсоюзном  собрании  отдела,
присовокупил это, как еще одно свидетельство его общественной пассивности.
"А Лене и Игорешке пригодились бы эти деньги, - пожалел Швартин. -  Пенсию
им за меня не дадут, не летчиком ведь испытателем работал..."
   Уходящий, он еще долго думал об остающихся, потом,  разморенный  зноем,
усталостью от прошедшей ночи и боли в ноге, впал в тяжелую дрему.
   Его разбудил  возбужденный,  может  быть,  слишком  возбужденный  голос
Евтеева:
   - Проснись, Степа, проснись! Вода!..
   Швартин с трудом открыл глаза и тупо взглянул. Перед ним  на  корточках
сидел Евтеев, между его колен стояла пластмассовая канистра.
   - Нашел одну из наших канистр, ее выбросило  на  берег,  -  возбужденно
говорил он, пока Швартин приходил в себя. - Иду, смотрю - лежит. А тут как
раз и колдобина с водой, еще не высохшая... Пей, Степа... - совал  он  ему
канистру.
   Пить  очень  хотелось,  но  Швартин  сделал  лишь  несколько  экономных
глотков.
   - А машина? - спросил он, переводя дыхание.
   Евтеев, сразу понурившись, безнадежно вздохнул.
   - Ну что ж, уже неплохо: дня три будем с водой, - сказал Швартин.  -  Я
думаю, что нечего нам здесь прохлаждаться. Наш  путь  лежит  на  север,  -
почти весело подмигнул он. - Помоги-ка подняться...
   Они шли, вернее - ковыляли, с короткими частыми остановками,  до  самой
темноты, но вряд ли одолели даже семь километров. В одной руке Евтеев  нес
канистру с водой, другой поддерживал изнуренного Швартина, обнимавшего его
за шею.
   - Ничего, Боря, главное - движемся... - ободряюще говорил Швартин,  при
каждом "шаге" морщась от боли. - Зловещие просторы,  сама  отрешенность  и
безразличие... Нигде я не ощущал этого так, как здесь...
   - Дойдем... - стараясь, чтоб голос звучал уверенно, говорил  Евтеев.  -
Нам главное - найти какой-нибудь источник, какую-нибудь воду,  а  тогда  -
все в порядке. Тогда можно будет просто ждать помощи...
   Ночью Евтеев жутко мерз: свою ковбойку он отдал Швартину и постелил ему
свои брюки. Слушая, как тяжело дышит, порой  стонет  сквозь  сон  от  боли
измотанный за день Степан, он с холодным ужасом, так что замирало дыхание,
думал: "Неужели он умрет?.. - И глупо спрашивал себя: - Что тогда?.." Своя
жизнь была для него ничто в сравнении с жизнью Швартина: у  Швартина  ведь
семья, и это он, Евтеев, заманил его в Гоби, он вчера по неопытности, но и
беспечности допустил привал в старом русле селевых потоков. "Неужели мы не
выберемся отсюда?.." - в отчаянии спрашивал неизвестно кого Евтеев и молил
неизвестно кого, и уверял себя, что нет,  все  в  конце  концов  окончится
благополучно...
   Весь следующий день сквозь тяжелый зной они продолжали медленно, упрямо
двигаться на  север.  Нога  у  Швартина  распухла,  обтягивающая  ее  кожа
приобрела лиловый оттенок и глянцево блестела. Каждый новый  шажок  вперед
давался ему с трудом и болью, но Швартин все же не падал духом, хоть порой
в его шутках сквозила мрачность.
   - Не утонули, чтоб поджариться... - пытался он  улыбнуться  сквозь  уже
ставшую обычной на его лице гримасу  боли.  -  Вот  это  настоящая  ирония
судьбы.
   - Я вот о чем думаю... - тяжело дыша от усталости, говорил Евтеев. - Мы
с тобой эти последние дни словно стоим на  краю,  и...  каждый  из  нас  о
многом передумал... - Он искоса взглянул на Швартина, и тот молча  кивнул.
- Я имею в виду - по-новому оценил прожитую жизнь и  что-то  решил  насчет
будущей, когда это останется позади.
   Швартин снова молча кивнул.
   - Так вот, я думаю, неужели то, что каждый из  нас  теперь  так  твердо
решил, все-таки забудется, когда мы выберемся из Гоби?..  Вопрос,  а?..  -
грустно подмигнул он.
   - Вопрос... - согласился Швартин.
   ...К вечеру  они,  пошатываясь,  едва  переставляли  ноги,  но  все  же
продолжали идти до самой темноты.
   -  Покурить  бы...  -  проговорил  Швартин,  когда,  наконец,  без  сил
опустились, легли на горячие еще камни, уже не думая ни о фалангах,  ни  о
скорпионах.
   - Покурим... - сказал Евтеев и сам ощутил в своем  голосе  сомнение.  -
Покурим!.. - поэтому повторил с нарочитой уверенностью.
   Швартин, до предела измотанный дневным  переходом  и  сломанной  ногой,
быстро уснул. Сон  его  был  тяжел,  несколько  раз  он  начинал  невнятно
бредить. Евтеев сидел, обхватив руками колени, и тоскливо глядел на звезды
на  горизонте.  Хотелось  пить,  но  мутной  воды  в  небольшой   канистре
оставалось только-только на завтрашний день. Уже завтра под  вечер  начнет
мучить настоящая жажда и, проснувшись, им нечем будет ее утолить.
   "Сможет ли Степан завтра подняться?.." -  с  тоскливой  тревогой  думал
Евтеев, чувствуя головокружение от усталости и голода. Гоби безжалостно  и
стремительно отбирала силы, ее угрюмое равнодушие рождало  отчаянье.  "Вся
надежда только на помощь... - наверно, в тысячный раз за эти два дня вновь
понимал Евтеев. - Даже если найдем воду - вся надежда только на помощь..."






 
 
Страница сгенерировалась за 0.1214 сек.