Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Георгий Вирен - Путь единорога

Скачать Георгий Вирен - Путь единорога

     - ...Что это вы не спите? - сказал Матвей, и вышло грубо,  будто  был
он сварливый хозяин и цеплялся к жиличке.
     Он смутно увидел ее в темном  открытом  окне,  сидящую  с  ногами  на
подоконнике, когда вышел по старой привычке  покурить  часа  в  два  ночи.
Кончался май, она переехала на дачу неделю назад и жила  незаметно,  почти
не соприкасаясь ни с хозяйкой, ни с Матвеем.
     - Я очень люблю ночь, - сказала она едва слышно. -  Я  сова.  Если  б
можно было, я жила бы ночью, а днем спала.
     - И что б вы делали ночью?  -  с  усмешкой  спросил  Матвей  и  опять
почувствовал неуместность своего тона. Но она будто не заметила этого.
     - На помеле летала бы, - серьезно сказала она.
     - А-а, так вы, значит, ведьма? - засмеялся Матвей.
     - Нет, я колдунья.
     - Злая или добрая?
     - Очень добрая.
     Глаза Матвея привыкли в темноте, и ему показалось, что он различил на
лице девушки улыбку.
     - Ну так сделайте что-нибудь хорошее.
     - А что вам нужно?
     - Мне... - Матвей задумался. -  Если  вы  колдунья,  то  сами  должны
знать!
     -  Я  знаю,  -  решительно  сказала  девушка.  -  Вам  нужна  вера  в
собственные силы.
     - Точно! - удивился Матвей.
     - Видите, я действительно знаю. Я почти все про вас знаю.
     - Расскажите, - попросил он настороженно.
     - Только не обижайтесь, я правду буду говорить. Так вот, вы не верите
в свои силы с самого детства, потому что все ребята были нормальные, а  вы
- хромой. Они бегали, играли в футбол, в хоккей, а вы  за  ними  не  могли
поспеть. И вам стало казаться, что вы - хуже. И отсюда все пошло.  Учиться
в институте вы, наверное, не стали, спрятались в этом поселке...
     - Так, так, - подбодрил Матвей, сдерживая смех.
     - ...Профессии настоящей не получили, ведь вы  не  работаете?  Завели
себе мастерскую и сидите в ней целыми днями, соседям утюги чините. Семьи у
вас нету. А все потому, что вы  не  верите  в  себя,  считаете  себя  хуже
других. А ведь это совсем не  так!  Ну  что  из  того,  что  вы  хромаете,
подумайте! - "Колдунья" увлеклась, и ее голос звонко разносился по ночи. -
Вы могли бы выбрать любую  профессию.  Мало  ли  таких  дел,  для  которых
неважно - хромой ты или нет, ведь правда?
     - Конечно, правда, - покладисто сказал Матвей.
     - Никогда не поздно начинать! Надо только поверить в себя! Вот  взяли
бы, например... и выучили какой-нибудь иностранный язык. Вы ведь ни одного
не знаете, - сказала она убежденно, и Матвей не выдержал - расхохотался.
     - Вы ужасно молодая, ужасно самоуверенная и совсем плохая колдунья! -
Он откашлялся и запел. - "Аллонз анфан де ла патри..."
     И с чувством довел "Марсельезу" до конца, подчеркнуто грассируя.
     - Вы знаете французский? - растерянно сказала девушка.
     - Да, милая колдунья, я год работал  в  Алжире,  был  и  во  Франции,
правда, недолго.
     - А кем же... А кто же вы? - совсем растерялась она.
     - В Алжире я был советником...
     - Вы - дипломат?! - почему-то ужаснулась она.
     - Нет, я был военным советником, точнее - пилотом-инструктором.
     - Вы - летчик?! А как же... нога?
     - Вот тут-то и есть главная ваша ошибка. Я не просто  хромой,  я  без
ноги, но вовсе не с детства, а всего шесть лет.
     Девушка помолчала и вдруг захихикала:
     - Ой, какая же я дура! Я думала - сидит такой бирюк в бороде, примуса
починяет...
     - Да это просто соседи иногда заходят, я и помогаю...
     - Бы не сердитесь?
     - Напротив! Вы  меня  повеселили.  Я  теперь  знаю,  как  выгляжу  со
стороны.
     - Нет, нет! Вы гораздо лучше выглядите,  честное  слово!  Я  все-таки
чуть-чуть, совсем капельку колдунья, и я угадала, что вы  не  должны  быть
таким бирюком, что вы намного лучше и интереснее. Правда!  Иначе  разве  я
стала бы все это вам говорить?
     Он засыпал с легким сердцем. Почему-то  казалось,  что,  в  сущности,
жизнь прекрасна,  в  той  самой  своей  потаенной  сущности,  столь  редко
раскрывающейся людям, она прекрасна и  чудесна,  то  есть  полна  чудес  и
загадок, разгадывать которые заманчиво и радостно. С чистой душой, готовой
верить любым обещаниям жизни, заснул он. И увидел сон о Единороге.
     Увидел  себя  маленьким,  лет  семи,   на   краю   леса.   Замшелого,
буреломного, сказочного леса. Матюша стоял на солнечной опушке, по пояс  в
траве, и слышал, как в глубине, в чащобе хрустят под грузным телом  ветки.
Мальчик знал, что там гуляет Единорог, и не боялся его. Он  сделал  шаг  к
лесу. Близко,  над  самым  ухом  невидимая  мать  попросила:  "Осторожней,
сынок". Матюшка кивнул и вошел в лес. Сразу на плечо ему спрыгнула золотая
Белка, прижалась  к  щеке,  обвила  пушистым  хвостом  шею.  "Эге-гей!"  -
раздалось издалека, и Матюша понял, что это спешат его друзья: Серый  Волк
и Иван-Царевич. Волк был ростом с мальчика,  с  длинной  шерстью,  он  пах
по-домашнему - теплом и печкой. "Здравствуй, Волк", - Матюша обнял его  за
толстую шею, спрятал лицо в шерсти, а Волк лизнул его щеку горячим  мокрым
языком. "Здравствуй, Ваня", - сказал мальчик, и Царевич (с отцовским лицом
- давним, запечатленным на фотографии военных времен, когда Матюши еще  не
было на свете, и никто не знал, ждать ли его) поклонился.  Солнце  острыми
лучами проникало в лес, и каждый  луч  падал  на  яркую  кровавую  бусинку
брусники. Шаги Единорога слышались рядом, но он не приближался,  а  словно
кругами ходил, не спеша, уверенно - то ли время не пришло ему  показаться,
то ли просто гулял сам по себе. Белка перепрыгнула с  Матюши  на  Волка  и
села у него на загривке. "Звал нас?" - спросил Царевич, и мальчик  кивнул.
"Вы обещали взять меня в лес". - "Еще не пора, - печально сказал  Царевич.
- Ты подожди немного". Совсем  рядом  шумно  вздохнул  Единорог,  а  затем
тяжело повернулся, и шаги его  удалились.  Пока  они  не  стихли,  Матюша,
Царевич, Волк и Белка молча смотрели в ту  сторону,  куда  ушел  Единорог.
"Вот видишь,  -  сказал  Царевич,  -  еще  рано".  Матюша  услышал  тихий,
облегченный вздох и понял, что это  мать,  с  опаской  следившая  за  ним,
отпустила тревогу и страх. "Хорошо, - покорно сказал  мальчик.  -  Я  буду
ждать". И снова обнял теплого Волка, прощаясь.
     Он отвернулся от друзей и, сделав всего несколько шагов, оказался  на
опушке, заросшей травами. Над ними летали бабочки,  множество  бабочек,  и
каждая оставляла  короткими  цветной  след.  Следы  вспыхивали,  исчезали,
переплетались, путались, от этого в воздухе дрожало многоцветное марево, и
спящий Матвей словно услышал мысли мальчика: "Вот лето кончится,  а  потом
зима, а потом опять будет лето, я приду сюда и обязательно увижу его".
     На этом сон кончился, но Матвей провидел, что продолжение есть, и оно
казалось ему второй жизнью. И если  от  первой  жизни  он  прожил  большой
кусок, то эта вторая  -  таинственная,  манящая  -  только  начинала  свое
медлительное  течение,  устремленное  в  баснословный  край,   исполненный
сияния.
     ...Он проснулся с разгадкой. Как будто незримый покровитель  нашептал
ему, спящему, те слова, которые Матвей искал уже два года - бился, маялся,
а найти не мог. И вот теперь  все  вдруг  стало  ясно  -  до  деталей.  Он
окончательно понял принцип Машины. Теперь дело  было  за  техникой,  всего
лишь за техникой, которая должна воплотить принцип в  реальность.  Техника
подвела Матвея только однажды, но теперь-то он знал, что тогда,  во  время
катастрофы,  не  техника  не  сработала,   а   просто   судьба,   исполняя
предназначение, повернула жизнь Матвея в иное русло. А теперь судьба  вела
его к удаче, и техника не могла подвести.
 
 
     ...Он тащил эту ветку тяжело, упрямо и с иронией думал: "Я  похож  на
муравья" - ветка была в два человеческих роста длиной и толщиной, как нога
толстяка.
     - Вы  такой  хозяйственный,  экономный,  -  сказала  она  нараспев  и
поднялась навстречу со скамеечки у крыльца. - Можно, я помогу!
     - Вот еще! - буркнул недовольно и даже отстранил ее жестом.
     Кинул ветку к дровяному сараю, отряхнул руки и закурил.
     - С чего вы взяли, что я экономный?
     - У вас полный сарай дров, а вы все тянете... ветки, ящики...
     - Понимаете, - Матвей присел рядом, - вот эта береза,  например,  моя
ровесница или около того. Если ее распилить умело и топить тоже умело,  то
хватит на три, ну четыре зимних вечера. Представляете, целая жизнь прошла,
а всего-то - на три вечера обогреть старуху да инвалида. А  если  на  весь
год - значит, нужен нам небольшой лесок. Он рос, жил, а мы  его  -  раз  и
спалим. И чтобы вырос такой же, нужно еще лет сорок.  Мне  стыдно  хороший
лес жечь. Вот и хожу, как побирушка, по поселку и вокруг, ищу сухие ветки,
деревья, старые ящики, заборы,  доски  -  если  губить,  то  отработавшее,
послужившее, не живое. Чтоб справедливо было.
     - Вы в справедливость верите? - спросила она с удивлением.
     - А почему нет? - в ответ удивился и он.
     - Но ведь жизнь несправедлива!
     Они смотрела удивленными ясными глазами, чуть-чуть недоверчиво, будто
подозревала его в подвохе  и  ждала,  что  он  и  сам  сейчас  рассмеется,
признается, что пошутил, конечно.
     - Вы уверены в этом? - спросил он и впрямь с подвохом.
     - Ой, вы же смеетесь надо мной! - как будто обиделась она. -  Ну  где
же справедливость в жизни? Все эти  случайные  смерти,  болезни,  все  эти
лавины и сели, машины с пьяными водителями, гололед, бандиты и хулиганы...
А в природе?! Ведь там тоже нет никакой  справедливости!  Жизнь  жука  или
божьей коронки так же случайна, как  жизнь  человека...  А  само  рождение
разве не случайно? А где случайность, там не может быть справедливости.
     - Философы называют случайность формой проявления необходимости...
     - Ой, да не знаю я этой философии! Я  вижу,  что  нет  в  природе  ни
справедливости, ни правды! Справедливость только в сказках... Поэтому дети
их так любят... Дети вообще хотят справедливости... а потом привыкают, что
ее нет в жизни...
     - Конечно, нет, - согласился он неторопливо. - В  природе  нет.  И  в
жизни нет... Но...
     Матвей помедлил, словно не решаясь продолжить. Затянулся в  последний
раз, затоптал бычок.
 
 
Страница сгенерировалась за 0.0976 сек.