Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Борис Лапин - Рассказы

Скачать Борис Лапин - Рассказы

   
   ЛУННОЕ ПРИТЯЖЕНИЕ
 
                               Рассказ
 
 
 
 
                                  1
 
    В каюте приглушенно звучал Бетховен.  Соната  "14  до-диез  минор.
"Лунная". Любимая...
    Шипулин писал письмо жене, когда  дежуривший  в  этот  вечер  Саша
Сашевич деликатно кашлянул за дверью.
    - Михаил  Михайлович,  вас  Тяпкин  вызывает.   Говорит,   срочно.
Говорит, нужно самого. Я говорю, вы отдыхаете, а он говорит...
    Шипулин с досадой отбросил  ручку,  сунул  недописанное  письмо  в
книгу, но не только не чертыхнулся, а даже нашел в себе силы пошутить,
правда, не очень оригинально:
    - Ну раз Тяпкин! Растяпкин...
    Вставая, он опять не рассчитал это  проклятое  лунное  притяжение,
хотя пора было привыкнуть за два месяца, но, наверное, и за  два  года
не привыкнешь, и опять ноги на миг  повисли  в  пустоте  и  показались
длинными и тонкими, как у паука, и опять почувствовал он  всем  телом,
какой усталостью и тяжестью оборачивается на деле эта кажущаяся лунная
легкость. "С такими работничками как раз отдохнешь, - вздохнул  он.  -
Вечно что-нибудь да случится".
    - Слушаю, Петя.
    - Михаил Михайлович, - голос  был  хриплый,  испуганный,  будто  у
нашкодившего школьника, самоуверенности как не бывало, - вы,  конечно,
извините, но без вас... Ради бога приезжайте!
    - Прямо сейчас?
    - Михаил Михайлович, тут какая-то чертовщина...
    - Что случилось?
    - Да ничего. Честное слово, ничего. Просто бур дальше не идет.
    - Знаете,  Петя,  давайте  оставим  шутки  на   завтра.   А   если
действительно что-то произошло, не валяйте дурака, говорите...
    - Да нет, честное слово, ничего такого не произошло. Только бур не
идет. И хоть лопни.
    - Если у вас алмазный бур не идет в грунт, значит, там по  крайней
мере алмазы. Тогда немедленно давайте на Землю  радиограмму:  "Закурил
трубку мира. Тяпкин". И за вами  пришлют  ракету  "Скорой  помощи".  И
отлично, важно захватить болезнь в начальной стадии.
    Тяпкин обиделся.
    - Напрасно смеетесь, Михаил Михайлович. В самом деле бур не идет.
    - Я смеюсь! Нет, вы подумайте, я смеюсь, мне весело,  что  посреди
ночи меня вытаскивают из постели. Я смеюсь! Очень мило...
    И тут его сжало, стиснуло, скрутило внезапно  ворвавшейся  мыслью:
"Да ведь это, наверное, то самое! Как же я так, всю жизнь ждал, а  вот
случилось - и сам не поверил?"
    - Хорошо, Петя, еду!
    Низко над горизонтом висел  большой  голубоватый  глобус  -  самая
прекрасная планета Вселенной.  Он  был  словно  стеклянный,  и  сквозь
полупрозрачное стекло смутно проглядывали знакомые с детства очертания
континентов. Шипулин не столько разглядел, сколько угадал в  одном  из
темных пятен  Европу,  мысленно  поставил  точку  посреди  материка  и
улыбнулся ей: там была. Ольга.
    Шипулину  нравились  лунные  ночи  с  их  мягким  земным   светом,
скрадывающим резкие,  как  провалы,  тени.  Ночами  он  отдыхал  и  от
ослепительного солнечного сияния, от которого не спасали даже  фильтры
в шлемах,  и  от  черных  теней,  на  которые  боязно  ступить,  и  от
полосатого, как матрац, пейзажа. Но главное, конечно, ночью можно было
сколько угодно смотреть на Землю.
    Еще издали, из окна тряского вездехода, увидел он  четыре  фигурки
головастиков, сидящих у подножия вышки. Значит,  буровая  простаивала.
Вспомнил график основных работ, висящий в каюте, - в  груди  неприятно
царапнуло. Заметив вездеход, головастики  встали  и  робкими  прыжками
двинулись навстречу. Сквозь шлем скафандра мелькнули растерянные  злые
глазки Пети Тяпкина - видно, ждал взбучки.
    - Ну-с, проверим, в чем дело, - спокойно сказал Шипулин.  -  Давно
стали?
    - В час десять. Автоматика  отключила  бур  -  перегрев.  Добавили
охлаждение, все проверили, включили - опять реле сработало. Уж я хотел
отключить автоматику, так пустить,  а  потом  думаю,  вдруг  установка
полетит, тогда что?
    - С чего бы ей полететь? Просто какая-то неисправность или в реле,
или в системе охлаждения. Не может быть грунта такой твердости.
    - Я не мальчик, Михаил Михайлович! Реле  уже  сменили,  охлаждение
Димка на три  ряда  проверил,  все  в  порядке.  Точно,  породы  такой
твердости не существует, но если все в порядке, а реле выключает  бур,
- что же это, Михаил Михайлович, как не дьявольщина?
    - Ладно, Петя, хорошо, что вызвали. Отключать автоматику, конечно,
нельзя. В этом проклятом космосе ожидай  любого  подвоха.  Вдруг  и  в
самом  деле...  -  он  поискал  выражение  поточнее,  чтобы  и   ребят
успокоить, и лишнего не выболтать, - нашла коса на камень. Ну  что  ж,
коли не берет алмаз, попробуем лазер.  Как  там  у  вас  аккумуляторы,
Дима?
    Когда до  конца  ночной  смены  осталось  полчаса,  Димке  удалось
выколотить  керн.  На  Груду  породы  упала  блестящая   металлическая
болванка с оплавленной поверхностью. Пять  шлемов  стукнулись  друг  о
друга, склонившись над нею.
    - Металл, - сказал Тяпкин.
    - Сталь.
    - Вот тебе и сталь. Потверже, братцы!
    - Алмаз сюда, - протянул руку Шипулин. - Старую коронку, живо!
    Богатырь Димка попробовал резануть болванку  алмазом  -  следа  на
поверхности металла не осталось никакого. Шипулин почувствовал, как со
лба по щеке побежали щекочущие мураши.
    - Везите - и сразу в лабораторию, пусть дадут состав, - сказал  он
водителю вездехода. - Да скажите, срочно, Шипулин велел.
    - Ну что, Михаил Михайлович, еще разок долбанем лазером? - входя в
азарт, спросил Димка.
    - Тебя вот долбанет оттуда. Ишь  ты,  герой  какой!  Заканчивайте,
ребята, и айда отдыхать. Кстати, Петя, давайте-ка мне ваши записи.
    Когда в тамбуре ракеты сняли скафандры,  Шипулин  сказал  каким-то
странным голосом:
    - Ну вот, наконец-то свершилось.  Не  грех  сегодня  и  шампанское
раскупорить.
    И тут же достал  из  кармана  пластмассовую  коробочку,  торопливо
кинул в рот несколько таблеток и, пошатнувшись, сел.  Лицо  его  стало
совсем  серым,  только  под  седыми   нависшими   бровями   непонятным
торжеством светились неугасимые глаза фанатика.
    ...Вечером все собрались в  столовке.  Из  угла  в  угол  несмелым
ветерком перелетал тревожный  ропот.  Если  бы  это  была  не  научная
экспедиция, а пиратский корабль, можно было подумать - назревает бунт.
Шипулин сказал:
    - На  глубине  340,4  бур  наткнулся  на   преграду   чрезвычайной
твердости. Кроме лазера, ни  один  инструмент  этот  сплав  не  берет.
Химический состав: железо, титан, кремний, цирконий, хром.  Нелепый  с
нашей точки зрения сплав. Что  это  такое,  мы  не  знаем,  дальнейшее
изучение здесь,  на  месте,  невозможно,  а  вопрос,  сами  понимаете,
слишком  серьезный.  Поэтому  за  двадцать  четыре   часа   экспедиция
сворачивается. Завтра в 19.00 личный состав  отбывает  на  Землю.  Обе
грузовые ракеты и все оборудование остается, замираем только  пробы  и
документацию, надеюсь, скоро вернемся...
    Нечто похожее на угрожающую вибрацию сотрясло зал.
    - Разрешение уже есть? - робко осведомился Саша Сашевич.
    - Разрешения  не  требуется.  Даю  радиограмму,  вот  она:  "Связи
чрезвычайными обстоятельствами экспедиция  снимается.  Подробности  на
месте. Начальник ЛН-5 Шипулин".
    - Чрезвычайные  обстоятельства?!  Что  же  тут  чрезвычайного?   -
ворвался в тишину чей-то ершистый голос. - Наткнулись на самородок - и
струсили. Ничего себе герои!
    - Времени остается немного. О готовности постов доложить. А теперь
к делу, - сказал Шипулин, вставая.
    Ноги  вытянулись  на  невообразимую   длину,   стали   тонкими   и
невесомыми, как лучи. Казалось, все, что до сих пор находилось у  него
внутри,  провалилось  в  ноги.  И  в  то  же  время  он  был  бодр   и
целеустремлен, как никогда прежде.
    За дверью каюты буровиков ораторствовал Петя Тяпкин:
    - ...ракету бы "Скорой помощи" ему.  Вот  псих!  А  болезнь  важно
захватить в начальной стадии...
    "Лунная научная пятая"  отправлялась  на  Землю  в  унынии,  будто
свершила не открытие, а какой-то позорный коллективный проступок.
 
 
Страница сгенерировалась за 0.1024 сек.