Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Приключения

Майн Рид - Голубой дик

Скачать Майн Рид - Голубой дик

X. Индейцы и их пленники
 
   Вскоре перед ними открылась лощина, откуда Желтый вождь хейенов  двинулся
на лагерь переселенцев.
   Краснокожие наслаждались отдыхом и, похоже,  чувствовали  себя  в  полной
безопасности в этом убежище.
   День  был  в  разгаре;  солнце  медленно  плыло  по  безоблачному   небу,
приближаясь к зениту.
   На первый взгляд могло бы показаться,  что  в  расположении  индейцев  не
произошло никаких перемен. Но это не так. Прежде  всего,  прибавилось  много
новых людей, да и прежние вели себя иначе, чем тогда, когда мы в первый  раз
увидели их ночью при свете луны и костра. Тогда индейцы держались тихо  и  с
достоинством, как следует воинам, отправляющимся в  экспедицию.  Теперь  же,
опьяненные победой и вином, они предавались  самому  необузданному  веселью,
выражающемуся в диких движениях, прыжках, беготне, громком крике и хохоте.
   Одни бесцельно шныряли взад и вперед по лощине; другие лежали  в  высокой
траве и, размахивая руками, что-то бормотали заплетающимися языками;  третьи
исполняли отвратительную пляску, сопровождая ее наводящим ужас  гиканьем,  и
только  немногие,  сдерживаемые  уважением  к  вождю,  настолько   сохранили
самообладание, что могли наблюдать за лагерем и за пленными.
   Пленные были разделены на три группы,  расположенные  отдельно,  недалеко
одна от другой; к каждой приставлен караульный.
   Негры -  мужчины,  женщины  и  дети  -  сидели  тесной  группой  в  углу,
образуемом двумя утесами. Хотя они  и  не  были  связаны,  но  убежать  было
невозможно, потому  что  при  первом  подозрительном  движении  их  убил  бы
караульный.
   Впрочем, пленники и не думали бежать. Ведь их положение в сущности  очень
мало изменилось: они только перешли из рабства в плен, а это почти одно и то
же. И, если  бы  не  боязнь  быть  убитыми,  они  оставались  бы  совершенно
спокойны.
   Вторая группа состояла из пяти белых женщин и  пятнадцати  детей,  самому
старшему из которых лет тринадцать, а младшему - пять.
   Среди этих женщин особенно выделялась одна, возле которой нет детей. Хотя
она уже в таких летах, что тоже могла бы быть  матерью,  но  по  ее  лицу  и
фигуре было видно, что она еще девушка.
   Это мисс Клара Блэкаддер.
   Сидя отдельно от своих подруг по несчастью, она была погружена в грустные
размышления.
   Да, у нее нет детей, за которых трепетало бы ее сердце... Но  ее  терзали
воспоминания о тех, кто пал жертвами индейцев, а главное - за своего старого
отца: на ее глазах он был убит и оскальпирован. Никогда Клара  Блэкаддер  не
забудет ужасного зрелища, при виде которого она лишилась чувств!
   И теперь, как только бедная девушка  поднимала  глаза,  она  видела  этот
скальп, надетый на копье, воткнутое в землю. С него капля за каплей на траву
стекала кровь: та самая кровь, которая течет и в жилах Клары.
   Третья группа пленников состояла из шести  связанных  белых.  В  караване
находилось девять белых мужчин; трое из них были убиты.
   И, действительно, рядом с копьем,  на  конце  которого  прикрепили  седой
скальп эсквайра Блэкаддера, были еще два  других  со  скальпами,  снятыми  с
убитых. Разумеется, подобная участь постигла бы и оставшихся пленников, если
бы Желтый вождь не распорядился взять их живыми.
   Среди них мы знаем только двоих: Блонта Блэкаддера и бывшего надсмотрщика
плантации мистера Снивели.
   У последнего на  правой  стороне  лица  зияла  глубокая  рана,  очевидно,
нанесенная  копьем.  Бледность  этого  человека  и  раньше   не   отличалась
привлекательностью, теперь же она была ужасна.
   Индейцы сожгли все имущество несчастных переселенцев. Забрали  себе  лишь
деньги, драгоценности и одежду, которая может  пригодиться  для  их  жен.  С
одной повозки бандиты сняли кузов и устроили из него шатер для своего вождя.
В эту минуту он как раз отдыхал. Вождь не спал всю прошедшую  ночь,  поэтому
прилег днем.
   Вход в шатер охранялся Вабогой с воином, приставленным к вождю как слуга.
Оба индейца охраняли покой предводителя не потому, что он  мог  быть  кем-то
нарушен, к примеру, пьяными воинами, а просто оттого, что так принято.
   Да и по опыту они знали, что вождь проспит недолго и прежде  всего  будет
нуждаться в их услугах.
   Полуденный зной клонил воинов ко сну, но они  изо  всех  сил  противились
искушению прилечь тут же на траве и закрыть глаза; минутная  слабость  могла
им дорого стоить, потому что вождь шутить  не  любил  и  не  простил  бы  им
подобной слабости.
   Белые пленники  говорили  друг  с  другом  шепотом,  высказывая  опасения
относительно их ближайшего будущего.
   Они страдали не только от всего пережитого, от ран и от своего настоящего
положения, но и при мысли о том, что их того и гляди убьют.
   Более всего они опасались пыток, которым,  как  известно,  индейцы  любят
перед смертью подвергать своих пленных.
   - Хорошо, - говорил Снивели, - если бы злодеи сразу убили  нас,  но  они,
вероятно, задумали что-то другое. Иначе бы не стали возиться с нами и тащить
сюда, а прикончили бы там, где напали на нас...  Впрочем,  кто  знает,  быть
может, они вовсе не тронут нас, а только будут держать в  плену  и  заставят
работать. Бывает иногда и так. Дай  Бог!  Тогда  у  нас  все-таки  останется
надежда когда-нибудь убежать. Зачем им, в сущности, наша смерть?
   - Им не смерть наша нужна, - произнес лежавший рядом  со  Снивели  бывший
плантатор и приятель Блэкаддера, - а наши скальпы. Разве вы не  знаете,  что
индейцы больше всего дорожат скальпами, особенно  молодые,  которым  хочется
отличиться? Ведь с каждым скальпом растут доблести воина... Нет, они никогда
не  откажутся  воспользоваться  этими  трофеями  ради  каких-нибудь   других
интересов.
   - Увы, это верно! - со вздохом подтвердил третий.
   - Однако, я слышал, - снова заговорил Снивели, - что скальпы считаются  у
них почетными трофеями только тогда, когда сняты во время битвы с живых  или
мертвых врагов... Но коль они берут кого-то в плен, то никогда не снимают  с
него скальпа. Мы же взяты в плен, поэтому едва ли нам это грозит.
   - Ну, я не думаю,  чтобы  эти  негодяи  были  способны  на  такие  тонкие
разграничения, - заметил плантатор. - Да вы  только  посмотрите:  две  трети
мертвецки пьяны, и им каждую  минуту  может  прийти  в  голову  позабавиться
скальпированием. Я дрожу каждый раз, когда кто-нибудь из этих зверей смотрит
в нашу сторону.
   - Успокойтесь, - сказал Снивели,  -  вождь  запретил  им  приближаться  к
нам... Я слышал это собственными ушами и уверен, что никто, как  бы  ни  был
пьян, не осмелится ослушаться его. Наконец, и караульный не  пропустит  сюда
никого из них. Нет, пока мы в полной безопасности, а  вот  проснется  вождь,
тогда неизвестно, что будет.
   Один Снивели не терял бодрости духа и надеялся на благоприятный исход, но
все его товарищи высказывали самые мрачные опасения и дрожали от страха.
   Что же касается пленниц, то они до такой степени были удручены  постигшим
их несчастьем и так боялись будущего,  сулившего  им  нечто  хуже  смерти  -
бесчестье, что даже и разговаривать не могли. У одной из них убили  мужа,  и
его скальп она видела на копье, другая  таким  же  образом  потеряла  брата.
Остальные пленницы пока еще не потеряли никого, но боялись за  участь  своих
детей и за собственную судьбу.
   Поэтому все сидели молча, вздрагивая при каждом взгляде индейцев.
   Вабога и его товарищ, расположившись около палатки вождя,  вели  довольно
оживленную беседу, стараясь говорить как можно тише.
   - Как думаешь, - спросил Вабога, - кому достанется та  красивая  девушка,
которая сидит в стороне от подруг? Я прозвал ее  про  себя  Белой  Лилией...
Лакомый кусочек, что и говорить! Я всю дорогу ею любовался.
   - Достанется она, конечно же, вождю, - ответил его собеседник.
   - Да, это верно. Мне кажется, вождь ради нее и затеял все это дело.
   - Что ж, не мудрено: он мог раньше видеть  эту  бледнолицую  красавицу  и
прельститься ею. Вот и выследил ее, налетел, по своему обыкновению, орлом  и
взял в плен. Теперь она от него не отвертится.
   - Да, уж он своего не  упустит...  А  если  бы  ты  видел,  как  он  весь
задрожал, когда увидел ее. И это при том, что умеет скрывать свои чувства.
   - Ну, это его дело, - перебил хейен. - Он вождь, и  не  нам  его  судить.
Похоже, Вабога, ты слишком долго вертелся среди бледнолицых и научился у них
всех судить! А по-нашему, кто выше нас, того нам судить не следует.
   - Да я только так говорю... Чтобы провести время, -  начал  оправдываться
хоктав. - Я ведь тоже  всю  ночь  не  спал  и  готов  задремать,  поэтому  и
разговорился - это лучшее средство отогнать сон.
   - Я тоже не спал, но умею держать язык за зубами, - ответил хейен.
   - Ну, а я так не могу. Я должен болтать всякий вздор, чтобы  не  заснуть,
потому что привык спать, хоть немного, но каждую ночь.
   - И этому ты научился у бледнолицых: они тоже спят каждую  ночь.  Да,  ты
совсем уже не похож на индейца, Вабога... Осталось только рожу белой краской
вымазать, чтобы окончательно перестать быть краснокожим. Одежду  и  язык  ты
давно изменил.
   - Да ведь я это сделал для вашей же пользы! Разве иначе я мог  бы  водить
за нос бледнолицых?
   - Верно. Но, по-моему, лучше действовать напрямик, чем так...
   Неизвестно, что еще хотел сказать хейен, но в это время  произошло  нечто
неожиданное, заставившее его замолчать. Один из пьяных  с  громкими  криками
подбежал к шатру и выразил желание видеть вождя, чтобы  потребовать  у  него
бледнолицую красавицу, сидевшую в стороне от всех.
   Охрана вождя бросилась урезонивать пьяницу, но это удалось им не сразу, и
только с помощью крутых мер; скандалист до тех пор не унимался, пока ему  не
скрутили руки и ноги и не заткнули рот кляпом.
   - Вот вы говорили, что они боятся вождя... - прошептал  Снивели  один  из
пленников. - Трезвые, может быть, действительно боятся, а пьяным -  море  по
колено! Видите, один хотел даже ворваться к вождю,  насилу  усмирили...  Ах,
нет, я так и жду, что они сейчас набросятся на нас и начнут сдирать скальпы!
   - Успокойтесь, они не сделают этого, - возразил Снивели.  -  Насколько  я
понял из криков этого краснокожего, - я ведь немного знаю их  язык,  -  дело
шло о  Кларе  Блэкаддер,  которая  им  кажется  лакомым  кусочком...  Бедная
девушка! Я хоть и не из жалостливых, но за нее мое сердце болит.
   - А каково мне видеть жену и детей во власти этих  дьяволов?  -  произнес
еще один из пленных, раненный в плечо. - Если бы представилась  возможность,
я лучше убил бы их собственными руками, чем отдавать на поругание.
   - Да, и я сделал бы то же самое, - отозвался другой. -  И  нужно  же  нам
было послушать старого дурака Блэкаддера, уговорившего следовать за ним!  Он
всему виной.
   На это замечание Блонт Блэкаддер, наверное,  резко  возразил  бы.  Но  он
крепко спал.
   Вдруг из шатра послышался голос вождя, звавшего к себе часовых. В  лагере
все встрепенулись. Пленники умолкли  и  со  страхом  стали  ждать  появления
человека, который должен решить их судьбу.
 
 
Страница сгенерировалась за 0.1117 сек.