Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Фэнтези

Александр Бачило - Проклятье Диавардов

Скачать Александр Бачило - Проклятье Диавардов

 
                                    2
 
     ...В очереди за крупой говорили разное. Одни считали ночной налет  на
продовольственные   склады   новой   "визиткой"   Кольки   Крутого   и   в
доказательство  приводили  косвенный  слух,  будто   налетчики   были   на
мотоциклах. Банда Кольки росла и крепла день  ото  дня,  молодежь  к  нему
валом  валила,  последний  пацан  понимал  теперь,  что  жизнь   в   банде
безопасней, прибыльней и,  главное,  интересней  чем  зыбкая,  беззащитная
самостийность.
     Кому же и быть с мотоциклами, говорили в  очереди  как  не  Колькиной
шпане?
     Да какие там мотоциклы,  возражали  другие.  Много  ты  на  мотоцикле
увезешь? А склады-то пустые стоят! Ветер гуляет. Куда  продукты  девались?
Известно, куда. Сами же складские и разворовали. Главную  часть,  конечно,
раньше, а остатки - этой  ночью.  Погрузили  на  десять  грузовиков  и  по
начальству развезли. Вот тебе и ограбление.
     Олег не особенно прислушивался к разговорам. Он,  как  и  большинство
стоявших за крупой, был уверен, что налет на склады - дело рук  покойников
с Базы. Первый раз, что ли? Догнивающая в лесу падаль только  так  себя  и
снабжала. Правда, какие-то грузы туда, в бывший поселок ликвидаторов,  еще
возили по старой памяти, но год от года все реже, да этим и не  прокормить
было разросшееся тамошнее население. Оно, конечно, со  временем  поголовно
вымирало, но непрерывно обновлялось за счет стекавшихся туда зараженных.
     А вообще-то, покойники, банда или  начальство  -  не  все  ли  равно?
Главное, что продуктов теперь нет, и пока их  откуда-нибудь  не  подвезут,
нечем будет отоваривать талоны. Олег сплюнул.
     И так в очередях настоишься за каждым куском, а теперь что  будет,  и
вовсе неизвестно. С утра, едва  прошел  слух  об  ограблении,  весь  район
кинулся занимать очереди у  дверей  магазинов  в  надежде  запастись  хоть
последними, не распроданными еще продуктами. Вряд  ли  сегодня  хоть  один
человек вышел на работу, кроме торговых. Эти-то, конечно, прибежали,  кому
надо и не надо. Однако магазин открывать не торопились, отвешивали сначала
себе и своим, у служебного входа ведь тоже собралась очередь.
     Олег встал на цыпочки и попытался пересчитать  головы  впереди  себя.
Что ж, шансы есть, может и хватить. Интересно, как там у Зои? Жена  стояла
у кондитерского с талонами на сахар. Его на складах, правда, не было и  до
налета, но, говорят,  вчера  в  кондитерский  успели  завезти  карамель  и
сегодня могут выкинуть по сахарным талонам...
     Когда-то Олег терпеть не мог стоять в очереди, предпочитал обходиться
без дефицитных излишеств и радовался введению талонов, гарантирующих,  как
он говорил, "удовлетворение нормальных потребностей". Но талонами сыт-умыт
не будешь, а муки и  мыла,  спичек  и  хлеба  не  хватало  не  то  что  на
нормальные, но  даже  и  на  самые  усеченные  потребности.  Пришлось-таки
становиться в очередь.
     Магазин открыли перед самым обедом. Сейчас же откуда-то из-за угла  с
ревом налетела толпа посторонних и, не обращая внимания на очередь,  пошла
на штурм дверей.  Какого-то  мужика,  обеими  руками  сжимавшего  огромную
охапку талонов, подняли над головами и забросили в магазин. Оттуда мешками
пошла крупа. Трое человек  штабелевали  мешки  на  газоне,  еще  пятеро  -
охраняли подступы.
     Народ взвыл. Задние надавили на передних, в дверях произошла короткая
свалка, волна отхлынула было, но сейчас же навалилась  с  новой  силой,  и
очередь вдруг с нехорошей быстротой пошла вперед. Зажатого со всех  сторон
Олега внесли на крыльцо, где под ноги попалось что-то живое,  дергающееся,
в дверях стиснули так, что крикнуть не хватило  бы  воздуха,  и,  наконец,
запихнули в магазин. Здесь в груде шевелящихся тел  еще  мелькали  обломки
сметенного толпой прилавка и разорванные в клочья  мешки.  Крупа  устилала
пол, а на ней в два слоя копошились люди. Олег  полез  было  в  карман  за
сумкой,  но  ее  не  оказалось,  наверное,  вытряхнули  в  давке.  Однако,
раздумывать  было  некогда,  он  рванул  за  плечи  одного  из  ползавших,
втиснулся вместо него и принялся подгребать крупу под себя...
     - Сегодня в школе опять покойника гоняли,  -  сказал  Пашка,  уплетая
кашу.
     - Зачем же его гонять? - Олег отложил газету и  строго  посмотрел  на
сына. - Он ведь не виноват.
     - А чего он ходит? Заразу носит... Да и зачем ему теперь школа?
     - Если бы к ним не лезли, никакой заразы бы не было, - сказал Олег. -
А то ваши балбесы устроят драку, носы  раскровавят  друг  другу,  а  врачи
потом удивляются: как это в школе вирус передается?
     Официально считалось, что ретровирус "СВС" или, попросту, покойницкий
глаз, передается исключительно через кровь, и носители его для  окружающих
не опасны, если соблюдать кое-какие предосторожности. Но в народе бытовало
свое  мнение  на  этот  счет.  Зараженных  звали  покойниками  и  падалью,
старались избавиться от них любыми средствами.
     - Ну и как же его гоняли? - спросил Олег.
     - В ихнем классе, когда узнали, сначала сговорились на уроки не идти,
он один в школу притащился. Училка, как увидела это, сразу  все  поняла  и
тоже - ходу. Ну, вышел он из класса, а там его уже ждали,  кто  с  палкой,
кто камней набрал...
     - Звери какие-то, а не дети! - возмутился Олег. - Мать, ты слышишь?
     В кухню вошла Зоя.
     - Слышу, слышу.  Неужели  нельзя  принять  такой  закон,  чтобы  всех
выявленных сразу отправлять на Базу?
     - Ну да, корми их там... - буркнул Олег. Он  изо  всех  сил  старался
относиться к покойникам, как все, но у него пока  плохо  выходило.  Не  то
чтобы жалость овладевала им, скорее - удивление. Он никак не  мог  понять,
за что ему ненавидеть этих вчерашних людей, заживо похороненных сегодня  в
сознании окружающих.
     - А когда они тайком сюда пробираются, это лучше, да? - сказала  Зоя.
- Ты, Пашка, смотри, чтоб на пушечный выстрел  к  покойнику  не  подходил!
Лучше дома сиди, пока его из школы не спровадят,  я  разрешаю...  Как  его
фамилия-то была?
     Пашка, опустив нос в тарелку, тихо сказал:
     - Зарецкий.
     - Что?! Костя?!
     Пашка молча кивнул и, выбравшись из-за стола, ушел  в  комнату.  Олег
посмотрел на жену.
     - Да ведь он же из нашего дома! - испуганно прошептала Зоя.
     Словно в ответ ей во дворе раздался звон стекла и раскатистый  хохот,
подхваченный сразу десятком голосов.
     - Начинается! - Олег открыл окно и выглянул во двор.
     Перед домом  уже  собралась  толпа,  изо  всех  окон  торчали  головы
жильцов. Со стороны четвертого  подъезда  -  как  раз  там  была  квартира
Зарецких - доносились неразборчивые крики  и  размеренные,  гулкие  удары.
Хлопнул выстрел.
     - Ого! Палят! - сказал Олег.
     - Убери голову! Отойди от окна сейчас же! - всполошилась  Зоя.  -  Не
хватало еще пулю из-за падали получить!
     - Да это  внутри,  в  квартире.  Непонятно,  отстреливаться,  что  ли
решили? Сумасшедшие...
     - Да им теперь все равно...
     - И где это Зарецкие оружие взяли? - Олег покачал головой. - Разорвут
ведь их...
     Но выстрелы больше не повторялись. Из подъезда вдруг  повалил  народ,
толпа на улице раздалась, оставляя широкий  проход.  Последним,  поминутно
оглядываясь, вышел человек с топором.
     - Идут, идут! - Олег еще дальше высунулся в окно.  Зоя  тоже  подошла
посмотреть.
     Во дворе наступила такая тишина,  что  стали  отчетливо  слышны  шаги
нескольких человек, медленно спускавшихся по лестнице.
     Первым показался Зарецкий с Костей на  руках.  Голова  мальчика  была
запрокинута, рука повисла  плетью.  Следом  Зарецкая  вела  мать.  Старуха
голосила - молилась, что ли? - и тут  же  грозила  кому-то,  потрясая  над
головой сухонькими кулачками.
     Никто из них словно бы и не замечал выстроившейся вдоль дороги толпы.
Они ни разу не оглянулись назад, на оставляемый дом, и  ушли,  без  вещей,
одетые кое-как, по направлению к шоссе, ведущему в лес.
     Олегу стало не по себе. Зое, видимо, тоже, она поспешно произнесла:
     - Так и надо! Не будут путаться с кем попало.
     - Откуда ты знаешь, что они путались?
     - Да кто ж не знает, как вирус подхватывают?
     Олег пожал плечами.
     - По-разному...
     Толпа  во  дворе  зашевелилась,  но  проход   по-прежнему   оставался
свободным, людям не хотелось и наступать  на  то  место,  где  только  что
прошли покойники. Шум  постепенно  усиливался,  кто-то  предложил  поджечь
квартиру, и уже двинулись было обратно  в  подъезд,  но  соседи  закричали
страшно, умоляли пощадить, клялись  протравить  и  просмолить  в  квартире
каждый сантиметр, а вещи сжечь во дворе сегодня же.
     Кое-как уговорили, высыпав всем подъездом, повернули толпу  и  повели
ее прочь от дома, затем,  дескать,  чтобы  проследить,  не  попытаются  ли
покойники как-нибудь остаться в городе.
     Олег схватил пиджак и направился к двери.
     - Куда ты? - испуганно спросила Зоя. - Смотри, же  темнеет!  Чего  ты
там не видел?
     Да никуда... сейчас вернусь!
     Он и сам еще толком не знал, что собирается делать Острая  неотвязная
тоска, сдавившая вдруг сердце, не давала ему  покоя,  гнала  из  дома,  он
чувствовал, что должен куда-то пойти и что-то увидеть.
     Двор опустел, в четвертом подъезде тоже никого  не  было  (почти  все
жильцы ушли провожать толпу). Олег беспрепятственно поднялся  на  площадку
второго этажа и остановился перед дверью квартиры Зарецких.
     Дверь  рубили  топором,  а  затем  вырвали  вместе  с  косяком,  хотя
открывалась она вовнутрь. Изнутри ее  подпирали  одежный  шкаф  и  большой
письменный стол, но все это тоже было изрублено и сокрушено.
     Олег осторожно пролез в пролом и оказался  в  коридоре  квартиры.  На
полу поблескивала лужица крови, он постарался обойти ее как можно  дальше.
Цепочка засохших кровавых пятен тянулась от лужицы в комнату. С виду здесь
все осталось  нетронутым,  только  место,  где  стоял  шкаф,  обозначилось
пыльным прямоугольником.
     Значит, драки тут не было, подумал Олег. Как только до них добрались,
они без сопротивления покинули квартиру. Тогда чья это кровь? И кто в кого
стрелял?
     Дорожка из пятен пересекала ковер и уходила в спальню. Олег  заглянул
туда. Постель была не заправлена, подушка залита  кровью,  везде  валялись
осколки стекла из выбитого окна...
     А на полу возле кровати лежал пистолет.
     Стрелял сын. В себя. Олег понял это, едва  окинул  взглядом  комнату.
Для Кости Зарецкого это был  единственный  способ  спастись  от  озверелой
толпы и целого года мучений в ожидании смерти.
     Да, подумал Олег. Лучше так. Год жить покойником - кто это  выдержит?
Мы зовем их падалью. Да они и в самом деле не люди - так, источник заразы.
И не в том дело, что они не заслуживают сочувствия, а в том,  что  никакое
сочувствие им уже не поможет. Им ничто не поможет, не позже чем через  год
их не будет.
     Вот  люди  постепенно  и  привыкли  -  не  жалеть.  Это  ведь  только
обреченный не может привыкнуть к тому, что он обречен.  У  остальных  есть
заботы поважней. Добро бы, думаем, было навалом еды, навалом жилья,  всего
навалом - можно было бы  как-то  помогать  зараженным,  кормить,  одевать,
сострадать. Но ведь сил не хватает! Пойди-ка, возьмись помогать,  когда  у
тебя у самого в доме нет хлеба, нет воды, нет  тепла,  когда  тебе  нечего
надеть, и все вокруг волком  смотрят  друг  на  друга.  С  подозрением,  с
завистью. А тут еще бандиты обнаглели, разбойничьи шайки открыто бродят по
улицам и среди бела дня лезут в окна и двери - грабить.
     Лечить покойницкий глаз нечем - тут ничего не по делаешь, а значит, и
делать ничего не надо. А чтоб самим не заразиться - гнать эту  падаль  вон
из города! Жечь их барахло вместе с квартирами! Не спасти, так уничтожить!
- вот наш любимый принцип.
     Но ведь зараженный вчера еще считался человеком! Бедным, голодным, но
полноценным, не хуже других. Каково ему в  одночасье  поставить  крест  на
всей своей жизни и начать относиться к самому себе,  как  падали?  Да  еще
окружающие постараются напоминать ему, кто он есть, при каждом  удобном  и
не удобном случае...
     Хорошо, если он вооружен. Тогда можно хоть...
     На лестнице вдруг раздались шаги, зазвучали голоса. Сам  не  понимая,
зачем, Олег шагнул в спальню, поднял с пола пистолет и сунул его в карман.
 
 
Страница сгенерировалась за 0.1076 сек.