Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Александр Житинский - Старичок с Большой Пушкарской

Скачать Александр Житинский - Старичок с Большой Пушкарской


Глава 4 СКРЫТНЫЕ ЖИТЕЛИ
Телефонный звонок раздался под утро.
Санька мгновенно проснулась, скатилась с антресолей, но трубку сразу
не сняла - чего-то испугалась. В ранних телефонных звонках есть некая
угроза. Несколько секунд Санька неподвижно смотрела на аппарат, но потом
догадалась: это же мама звонит! Наверное у нее поезд пришел рано, вот
она и звонит. Она уже так звонила из Мышкина, на третий день после
отъезда.
Санька схватила трубку.
- Это я, Альшоль, - раздался знакомый голос. - Прости, что разбудил
тебя. Меня сейчас забирают, мне позволили предупредить тебя, чтобы ты не
волновалась, когда сегодня придешь.
- Куда забирают?! - закричала Санька.
- Я не знаю. Они собираются меня лечить.
- Стой там! Ничего им не говори, никуда не соглашайся ехать! Я сейчас
бегу! - выпалила Санька, бросила трубку и принялась одеваться, как на
пожар.
Проснувшаяся Аграфена с ужасом следила за ней.
- Сиди, Аграфена! Я сейчас! - крикнула Санька и выскочила из дома.
На Большом проспекте дорогу Саньке преградили поливальные машины, ко-
торые шли уступом, брызжа из раструбов плоскими струями воды. Саньку об-
дало облаком мельчайших брызг. Это освежило ее и придало решимости.
Она подбежала к телефонной будке и увидела фургон с красным крестом,
двух рослых санитаров в белых халатах и милиционера в фуражке. Санитары
пытались посадить в фургон Альшоля. Он упирался, болтая в воздухе ногами
и извиваясь под своей зеленой рясой.
Санька, не раздумывая, кинулась к ним.
- Дедушка! - завопила она, обнимая Альшоля и стараясь оторвать его от
санитаров. - Ты нашелся! Пойдем скорее домой!
Санитары отпустили Альшоля и уставились на Саньку с недоумением.
- Это мой дедушка, - принялась она тараторить, чтобы не дать санита-
рам опомниться. - Мама уехала на гастроли, а дедушка десять дней назад
пошел на Сытный рынок и пропав И вот нашелся! У него бывают провалы в
памяти, это результат контузии на войне...
Первым опомнился участковый инспектор.
- Какая контузия! Какой дедушка! - воскликнул он, подойдя к Альшолю и
взяв .за рукав хламиды. - Это "бомж" Альшоль, приехал из Фассии. У меня
все зафиксировано.
- Да, Альшоль! Так его звали в детстве! - вдохновенно врала Санька. -
На самом деле это мой дедушка Игорь Павлович Потапов, ветеран войны и
труда, полковник бронетанковых войск в отставке, кавалер орденов Боевого
Красного Знамени и Красной Звезды!
Альшоль только смущенно хлопал ресницами, ничего не понимая.
- А чего же он будке ночует?
- Я же говорю: он забыл дорогу домой. Провалы... У вас разве не быва-
ет провалов?
- У меня провалов не бывает, - хмуро заявил Мулдугалиев. - А откуда у
него этот халат? - он подергал Альшоля за зеленый рукав.
- Дедушка борется за чистоту окружающей среды, - выпалила Санька, еще
не успев сообразить ответ - слова вылетали сами собой. - Он носит все
зеленое! Зеленые носки, зеленые трусы, зеленые рубашки! Раньше он ездил
в зеленом танке!
Восточные глаза лейтенанта Мулдугалиева остановились. Он не мог пере-
варить обрушившуюся на. него информацию.
- Значит, все равно лечить надо, наконец подвел он итог своим раз-
думьям. - Сажайте! - указал он санитарам на Альшоля.
Те снова подхватили Альшоля под мышки и принялись запихивать в фур-
гон, причем Санька повисла на воображаемом дедушке и, отчаянно крича,
отбиваясь вместе с ним от санитаров. Участковый Мулдугалиев безуспешно
пытался оторвать девочку от Альшоля.
И тут все увидели, что со стороны кинотеатра "Молния" к месту проис-
шествия стремительно приближаются три крепкие мужские фигуры в спортив-
ных брюках и майках. Они бежали молча и целенаправленно, согнув руки в
локтях и блистая очаровательными мускулами.
Их вид не вызывал сомнений, что сейчас санитарам и милиционеру при-
дется туго.
Санитары отпустили Альшоля и повернулись лицом к нападающим, приняв
боевую стойку. Лейтенант попятился, шепча что-то про Аллаха.
Альшоль воспользовался их замешательством и потянул Саньку в сторону.
Они провалились в подворотню. Там было темно, пахло сыростью.
- Стой! - крикнул Мулдугалиев, метнувшись за ними.
- Не трожь старика! - заорал культурист Федор, набрасываясь на сани-
таров.
Те приняли бой. Санька услышала, как с уханьем и бодрящими выкриками
враждующие принялись осыпать друг друга ударами.
Мулдугалиев от боя уклонился. Он тоже оказался в подворотне, пресле-
дуя Саньку и Альшоля.
- Быстрее! - шепнул Альшоль. Он подтолкнул Саньку к обитой ржавым же-
лезом двери, на которой висел огромный замок.
Сзади прыжками приближался Мулдугалиев.
Тетипуспро сталуйжапо! - проговорил Альшоль, обращаясь к двери, а за-
тем впрыгнул в нее, тащя Саньку за собой.
Окованная железом дверь оказалась податливой, как кисель. Санька про-
летела сквозь нее, ощутив легкое дуновение, будто пересекла поток тепло-
го воздуха. Дверь сомкнулась за ними, как ряска на поверхности пруда, а
с той стороны уже бился в ржавое железо лейтенант Мулдугалиев.
- Стой! Открой, говорю! - кричал он, грохоча кулаками и ботинками в
жесть. Но дверь снова обрела твердость и неприступность.
Санька со старичком оказались в темном коридоре, в конце которого
слабо мерцало пятно света. Осторожно ступая, они пошли на свет. Крики
инспектора за спиной стихли, Саньку и Альшоля окружила тишина, в которой
слышались лишь звуки падающих с потолка капель.
Наконец они достигли круглой комнаты, где стоял стол с горевшей на
нем свечой. Санька не сразу разглядела, что у стены, прямо на полу, си-
дит немолодая женщина в ярком сарафане, похожая на цыганку.
- Рыйдоб черве! - сказал Альшоль.
- Вепри! - ответила женщина. - Чассей дембу шатьку!
- Босиспа, - поклонился ей Альшоль.
Она поднялась с пола и вразвалку ушла куда-то по другому коридору.
Оттуда послышалось звяканье посуды.
Санька наклонилась к уху Альшоля.
- Где мы? - спросила она.
- Тс-с! Мы у скрытников. Потом объясню.
- А на каком языке ты говоришь?
- На оборотном, - сказал Альшоль. - На нем говорят скрытники и обо-
ротни.
- Я же ничего не понимаю!
- А ты слушай внимательно. Очень простой язык. Каждое слово разбива-
ется на слоги, потом слоги произносятся в обратном порядке. Тебя как зо-
вут? Сань-ка? А по-оборотному будет Касань.
- А тебя - Шольаль?
- Ну да! "Корова" будет по-ихнему "вароко", "птица" - "цапти". И так
далее...
- А"хлеб"? - спросила Санька.
- Так и будет: "хлеб".
Женщина вернулась с двумя алюминиевыми мисками, в которых было что-то
желтое, похожее на тыквенную кашу. Она швырнула миски на стол, следом
полетели ложки.
- Бычто вам сявитьдапо! - сказала она.
Альшоль и Санька присели на табуретки и принялись есть кашу.
Каша была довольно вкусная, однако Альшоль после первой же ложки
сморщился и сказал:
- Якака достьга!
- Ясвинь ты янадаргоблане! - широко улыбнулась женщина.
Санька вздрогнула, переводя в уме эту фразу. Скрытница назвала Альшо-
ля "неблагодарной свиньей". Почему они ругаются?
Альшоль между тем доел с аппетитом кашу и даже тарелочку вылизал.
- Екожутлопой! - сказал он. Санька перевела уже почти автоматически:
"жуткое пойло".
- Проваливайте к чертям собачьим, - сказала женщина по-оборотному,
убирая тарелки. Саньке показалось, что она очень довольна.
- Без тебя знаем, что нам делать, старая карга! - ответил Альшоль на
ее языке.
И они пошли по новому коридору туда, где виднелась дверца.
За дверцей оказалась крутая лестница, затем еще коридор и короткая
вертикальная железная лесенка, которая упиралась в круглую крышку люка.
Альшоль поднялся по лесенке первым, подлез под крышку и с усилием при-
поднял ее плечом. Крышка сдвинулась в сторону, освобождая проход.
Альшоль и Санька вылезли из люка и оказались посреди улицы, прямо на
проезжей части Большой Пушкарской.
Санька огляделась по сторонам и застыла в ужасе, пораженная удиви-
тельной и страшной картиной: вокруг вздымался этажами утренний город,
это были знакомые дома на Пушкарской и улице Ленина, но все они имели
фантастический вид. Вместо окон зияли темные провалы, в которых бесшумно
скользили летучие мыши, стены домов были покрыты мхом и плесенью, ветхие
крыши коробились ржавой жестью, обнажая подгнившие клетки стропил. Коро-
че говоря, город был похож на заброшенный много лет назад средневековый
замок. И, конечно, в нем не было ни души - ни на улицах, ни в окнах до-
мов.
Санька потерянно пошла к тротуару и заглянула' в Окно первого этажа
того дома, куда она когда-то ходила в детский сад. В просторном помеще-
нии группы было пусто, сквозь доски пола росли репейники и чертополох. В
углу сидела большая жаба, раздувая белый мешок на шее.
Санька в ужасе отпрянула от окна, повернулась к Альшолю.
- Где мы?
- В Ленинграде, - сказал Альшоль. - Точнее, это место называется
Граднинле по-оборотному.
- А где же все жители? Куда они девались?
- Не волнуйся, все живы-здоровы. Только они остались в прямом мире, а
мы с тобой попали в оборотный. Прямой и оборотный мир - это как матреш-
ка. Мы сейчас у нее внутри. Здесь живут только скрытые жители.
И действительно, оглядевшись, Санька обнаружила то тут, то там чело-
веческие фигуры, стоящие неподвижно у подвальных окошек.
Они двинулись, по направлению к детской площадке, куда Саньку водили
гулять в детском саду. Посреди площадки возвышался холм, весь изрытый
крупными норами. Как только Альшоль и Санька подошли к нему, из нор ста-
ли выползать скрытники. Они были в точности такие же, как и люди, но на
верхней губе скрытников, там, где у нормальных людей расположена ямочка,
разделяющая губу на две половинки, у скрытников было
Скрытники были одеты в грубые, но яркие одежды: длинные цветастые
платья у женщин, клетчатые штаны у мужчин, пятнистые рубахи.
Завидев гостей, скрытники двинулись к ним, на ходу изрыгая проклятья
на своем оборотном языке.
- Кто вас сюда звал? - кричали они. - Уходите, гады!
- Посмотрите, какие у них человеческие морды!
- Сразу видно - негодяи!
- Особенно этот, седобородый. Вот уж прохвост, так прохвост!
Санька сжалась. Ругательства обидели ее. Ведь они с Альшолем не сде-
лали скрытникам ничего дурного!
Но Альшоль обрадовался. Расплывшись в улыбке, с довольным видом пог-
лаживая седую бороду, он обрушил на скрытных жителей целый град прокля-
тий.
- На себя посмотрите, черви ненасытные! Ноги моей у вас больше не бу-
дет. Ненавижу всех и каждого лютой ненавистью! В клочки бы порвал, раз-
веял прах по ветру!
Толпа скрытников вдруг бурно зааплодировала, обмениваясь впечатления-
ми от краткой, но энергичной речи Альшоля.
- Нет, вы слыхали когда-нибудь такую ругань! Да он же законченный по-
донок!
- Мерзавцы... - с любовью пробормотал Альшоль.
И тут Санька не выдержала. Она выступила вперед с глазами, полными
слез, и заговорила горячо и взволнованно:
- Граждане скрытники! Мы же у вас впервые. За что вы нас ругаете?
Разве вы не знаете, что гостеприимство - главный закон общения? У нас
принято с любовью относиться друг к другу....
Альшоль одернул ее.
- Ни слова про любовь! - шепнул он.
Скрытники озлобились.
- Любовь, говоришь! Плевали мы на вашу любовь! Ненависть движет ми-
ром! Да здравствует ненависть! - выкрикнул один из них в грубых шерстя-
ных штанах, сшитых из верблюжьего одеяла.
- Да здравствует ненависть! - подхватили остальные.
Толпа придвинулась ближе, глаза скрытников горели злобным огнем.
- Девочка - дура, - сказал Альшоль. - Полная идиотка. Не обращайте
внимания.
- То-то... - проворчал главный скрытник, и толпа жителей оборотного
мира стала рассасываться по норам.
Альшоль и Санька отошли в сторонку, присели на мокрое замшелое брев-
но. Санька не выдержала и расплакалась.
- Прости меня, - сказал Альшоль, поглаживая Саньку по руке. - Ты са-
мая добрая и красивая девочка, каких я встречал в жизни. А я жил как-ни-
как семьсот пятьдесят лет!
- Зачем же... Зачем же ты так говорил? - рыдала Санька.
- Ты еще не поняла? В этом мире так принято...
И Альшоль рассказал Саньке о главном законе оборотного мира, где все
основано на ненависти.
- Как же они при такой злобности не уничтожили друг друга?
- В том-то и секрет, - улыбнулся Альшоль. - У скрытников никогда дело
не доходит до убийства и даже до драки, хотя они могут изрыгать страшные
ругательства. Вся злоба и ненависть выходит со словами, а в душе остает-
ся жалость и нежность. Они презирают людей, потому что у людей все нао-
борот.
- На словах - любовь, а за душой - злоба? спросила Санька.
- Вот именно. Вспомни, сколько зла, войн, убийств свершилось на Земле
во имя так называемой любви, - сказал Альшоль.
- Но не все же такие! Есть и те, которые любят по-настоящему, - ска-
зала Санька.
- Скрытники таких уважают и ругают самыми отборными словами. Ты заме-
тила, как свирепо ругали нас? Это потому, что любят.
- За что же нас любить?
- По правде сказать, они любят только меня, тебя они еще не знают. А
я научил их открывать дверцы в прямой мир. Скрытные жители страшно любо-
пытны, теперь они имеют возможность по ночам посещать прямой мир и осы-
пать его проклятиями. За это они даже хотели поставить мне памятник -
вырезать мою фигуру из дерева. Милиция не дала...
К Саньке незаметно подполз маленький скрытник лет пяти, он был одет в
надувной разноцветный мяч из пластика, в котором были прорезаны дыры для
рук ног и головы.
- Точь-в-точь твоя кошка Аграфена, Так же одет, - заметил Альшоль. -
Наверняка украл этот мяч в прямом мире, в магазине "Олимпиец"... Скажи
ему что-нибудь ласковое.
- Пошел прочь, ворюга! - заорала Санька.
- От ворюги слышу! - парировал маленький скрытник, и они расстались,
довольные друг другом.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0559 сек.