Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Документальные

Писарева - Елена Петровна Блаватская

Скачать Писарева - Елена Петровна Блаватская


Глава 3. Второй период Странствия

Если взять географическую карту и отмечать на ней передвижения Елены
Петровны за период от 1848 до 1872 г., получится такая картина: от
1848 по 51 год* путешествие по Египту, Афинам, Смирне и Малой Азии;
первая неудавшаяся попытка проникнуть в Тибет; в 1851 году (дата дана
в ее собственных заметках) она едет в Англию, и там происходит ее пер-
вая встреча с Учителем, который появлялся ей в детстве и которого она
звала своим Покровителем; с 1851 по 53 г. путешествие по Южной Америки
и переезд в Индию, вторая неудавшаяся попытка проникнуть в Тибет и
возвращение через Китай и Японию в Америку; от 1853 по 55 или 56 г.
странствования по Северной и Центральной Америке и переезд в Англию;
от 1855 или 56 по 58 г. - возвращение из Англии через Египет и Индию и
третья неудавшаяся попытка проникнуть в Тибет. Вот здесь является про-
тиворечие: гр. Вахтмейстер, ближе всех стоявшая к Елене Петровне в
последние годы ее жизни, в своей речи, произнесенной в Теософском
об-ве в Лейпциге 30 сентября 1899 года, передавала, что первое ее пу-
тешествие в Тибет произошло в 1856 году.** В декабре 1858 г. Елена
Петровна появляется неожиданно в России у своих родных и остается
сперва в Одессе, а потом в Тифлисе до 1863 года. В 1864 году она про-
никает наконец в Тибет, оттуда уезжает на короткое время (в 1866 г.) в
Италию, затем снова в Индию и, через горы Кумлун и озеро Палти, снова
в Тибет. В 1872 году она едет через Египет и Грецию к своим родным в
Одессу, а оттуда в следующем 1873 году уезжает в Америку, и этим кон-
чается второй период ее жизни.
Всматриваясь в это 20-летнее скитание (если вычесть 4 года, прове-
денные с родными) по земному шару, совершенно бесцельное с виду, так
как мы имеем дело не с ученым изыскателем, а с женщиной, не имевшей
никаких определенных занятий, - единственным указателем на истинную
цель всех этих скитаний являются снова и снова возобновляющиеся попыт-
ки проникнуть в Тибет. Помимо этого указания, не существует никаких
определенных сведений об этом периоде ее жизни. Даже горячо любимые ею
родственницы, ее сестра и тетка, с которыми ее связывала самая нежная
дружба, и те не знали ничего определенного об этой эпохе ее жизни. Од-
но время они были уверены, что ее нет уже в живых.
В воспоминаниях Марии Григорьевны Ермоловой, о которой я упоминала
во 2-ой главе, лично знавшей все обстоятельства девичьей жизни Елены
Петровны, есть одна подробность, не упоминаемая нигде, которая могла
сыграть большую роль в ее судьбе. Одновременно с Фадеевыми в Тифлисе
жил родственник тогдашнего наместника Кавказа, кн. Голицын, который
часто бывал у Фадеевых и сильно интересовался оригинальной молодой де-
вушкой. Он слыл, по словам г-жи Ермоловой, "не то за масона, не то за
мага или прорицателя".*
В своем рассказе о неожиданном замужестве Е. П., г-жа Ермолова свя-
зывает это событие с отъездом князя Голицына из Тифлиса. Непосредс-
твенно вслед за его отъездом по городу пошли слухи, что внучка генера-
ла Фадеева скрылась и никто не знает, куда она отправилась. В высших
сферах Тифлисского общества, к которому принадлежала молодая девушка,
исчезновение ее объясняли тем, что она последовала за князем Голицыным
и что только этим можно объяснить согласие ее семьи на такой неравный
брак с пожилым Блаватским, который, со светской точки зрения, был не-
объяснимым mйsalliance.
М. Г. Ермолова хорошо знала Блаватского, потому что он служил чинов-
ником по особым поручениям в канцелярии ее мужа, губернатора; он был
скромный, ничем не отличавшийся человек средних лет и был во всех от-
ношениях не пара для молодой, восемнадцатилетней девушки из влиятель-
ной, высокопоставленной семьи.
Г-жа Ермолова, знавшая хорошо условия, в которых протекала жизнь Е.
П., была убеждена, что дедушка и бабушка Елены Петровны согласились на
этот брак своей внучки, чтобы "спасти положение" и прекратить небла-
гоприятные для ее репутации слухи. Благодаря связям генерала Фадеева,
было нетрудно создать для скромного чиновника "приличное положение", и
его перед свадьбой назначили вице-губернатором Эривани. Относительно
побега Е. П. из родительского дома, г-жа Ермолова думала, что это был
с ее стороны не более как необдуманный поступок, целью которого было с
помощью князя Голицына войти в сношение с таинственным мудрецом Восто-
ка, куда направлялся князь Голицын. Если сопоставить эти обстоятельст-
ва и последующее бегство из дома мужа через три месяца после брака,
который по всем данным был фиктивный, можно с большой вероятностью
предположить, что в разговорах с "магом" кн. Голицыным, следовательно
с человеком, сведущим в области медиумизма и ясновидения или по край-
ней мере интересующимся подобными явлениями, Елена Петровна могла по-
лучить много указаний, которые и подействовали на ее решение во что бы
то ни стало вырваться из стеснительных условий светской девичьей жиз-
ни. Весьма вероятно, что она рассказала заинтересованному собеседнику
о своих видениях и о своем "Покровителе" и получила от него ряд указа-
ний, может быть и адрес того египетского копта, о котором упоминают
как о ее первом учителе по оккультизму. Подтверждением этому служит и
то обстоятельство, что, покинув Эривань и доехав до Керчи со своими
слугами, Елена Петровна отсылает их под выдуманным предлогом с парохо-
да и, вместо того, чтобы ехать к отцу, как предполагали ее родственни-
ки и слуги, отправляется на Восток, в Е
и путешествует не одна, а со своей знакомой - гр. Киселевой. Возмож-
но, что встреча их была случайная, но возможно, что было и предвари-
тельное соглашение. Если мое предположение верно, весь характер ее ис-
чезновения на Восток совершенно меняется: вместо бесцельного искания
приключений является определенное стремление к намеченной цели.
Через три года происходит самое важное событие этой эпохи ее жизни -
ее первая встреча с Учителем. Об этой встрече, которая произошла в
Лондоне в 1851 году, упоминают Г. Олькотт, гр. Вахтмейстер и г-жа
Безант. Все значение этой встречи выясняется лишь в связи с герои-
ческим характером пламенной, никогда не ослабевавшей, преодолевавшей
все препятствия, верной до последнего вздоха преданности ее своему
Учителю. Эта преданность, раскрывающая весь размер ее
души, и была тем ярко зажженным маяком, который направлял все действия
ее последующей жизни. При свете этого маяка все ее скитания, вся нео-
бычайность ее переживаний, ее снова и снова возобновлявшиеся попытки
проникнуть в Тибет, где она надеялась приблизиться к нему, все это по-
лучает совершенно новый, глубокий смысл.
Ее враги, а также и все судящие по одним видимостям, предполагают,
что таинственность ее жизни скрывает за собой нечто предосудительное,
иначе "почему бы ее жизнь не была открытой, как у всех добрых людей"?
Да, ей было что хранить в тайне, но не пошлые искания приключений на-
полняли эту таинственную часть ее жизни, а неукротимая тяга большой
души к большой цели.
Чтобы верно понять эту сторону ее жизни, необходимо знать, что такое
"ученичество", в чем оно состоит, какого рода обязательства оно на-
лагает на ученика и каково на Востоке отношение ученика оккультной
школы к своему Учителю. Без приблизительного хотя бы понятия об этих
вещах невозможна верная оценка жизни Елены Петровны, которая несом-
ненно была ученицей высоких адептов восточной Мудрости (Брахма
Видья). Для европейцев, утерявших всякое понятие об эзотеризме,
представляется какой-то сказкой самое существование восточных Учите-
лей, живущих совершенно особой жизнью, где-то среди неприступных Ги-
малаев, никому неведомых, кроме горсти теософов-мечтателей.
Но это представление совершенно меняется, когда начинаешь знакомиться
с внутренним смыслом религиозных учений Индии. Разница умственной и
духовной жизни материалистического Запада и мистического Востока очень
глубока, и непонимание со стороны Запада самых существенных особеннос-
тей Востока вполне естественно. На Востоке никто не сомневается в су-
ществовании высоких адептов Божественной Мудрости. В газете "Boston
Courier" от 18 июля 1886 года, как раз по поводу обвинения Елены Пет-
ровны в фиктивности ее общения с несуществующими Учителями Мудрости,
появился протест, подписанный семьюдесятью пандитами из Негапатама,
рассадника знатоков древних религиозных учений Индии, в котором они
утверждают, что "махатмы или садху не измышление г-жи Блаватской, а
Высшие Существа (Superior Beings), в существовании которых никто из
просвещенных Индусов не сомневается, которых знали наши деды и праде-
ды, с которыми и в настоящее время многие Индусы, ничего общего с Тео-
софским обществом не имеющие, находятся в постоянных сношениях".* Это
- свидетельство ученых Востока. Но и западные ученые, по крайней мере
наиболее передовые, не отрицают возможности сверхнормальных психичес-
ких способностей, которые у большинства людей находятся в скрытом сос-
тоянии и только со временем разовьются до полного своего проявления; а
если это так, совершенно нелогично отрицать возможность все более и
более высоких ступеней психической и духовной эво

, следовательно и появления таких "Высоких Существ", душевные силы и
свойства которых еще неведомы на нашей низшей ступени развития. Мно-
гих смущает тайна, окружающая их. Но на это существуют важные причи-
ны, из числа которых наиболее понятной для европейского ума должно
быть естественное утончение всей нервной системы; в какой степени
такая утонченная организация должна страдать
от наших современных условий жизни, это поймут все, обладающие "тонки-
ми нервами". Если взять ту же чувствительность, только в неизмеримо
усиленной степени, нетрудно представить себе предел, за которым шумы и
вибрации городской суеты и скопления множества негармонично настроен-
ных людей станут даже опасными для сильно утончившихся нервных провод-
ников. В этом главная причина того факта, что люди, достигавшие свя-
тости, которая неизбежно сопровождается утончением всей нервной систе-
мы, всегда стремились в уединение, скрывались в пустынях и джунглях.
Когда же человеку с исключительно тонким психическим развитием - по
свойствам его жизненной задачи - все же приходится оставаться среди
многолюдья, он должен сильно страдать. На на очень высокой ступени
развития без предосторожностей, известных оккультисту, он даже и не
мог бы выдержать грубых шумов современной городской жизни.*
Если рассматривать весь характер жизни Е. П. Блаватской, владея хотя
бы самыми элементарными понятиями об оккультных явлениях, можно с уве-
ренностью сказать, что весь второй период ее жизни был сначала - под-
готовлением к ученичеству, а затем и самим ученичеством; что же каса-
ется последних лет ее жизни, они носят на себе ясную печать определен-
ной духовной миссии. Доказательством служат многие обстоятельства ее
жизни, а также и характер ее литературного творчества. Во-первых,
Станцы "Дзиан", к которым все три тома ее "Тайной Доктрины" служат
комментариями, могли быть доступны лишь ученику высокого Адепта, кото-
рый - по соображениям высшего порядка - нашел своевременным обнародо-
вать их в конце прошлого столетия. Будь это не так, Станцы эти были бы
давно уже известны, если не западным ученым, то, по крайней мере, вос-
точным пандитам, а этого не было, и Станцы эти действительно впервые
даются миру через Е. П. Блаватскую. Иначе в Индии давно уже поднялись
бы громкие протесты со стороны ученых браманов, которые не преминули
бы раскрыть самозванство женщины, к тому же из презираемой ими в душе
расы варваров,** которая приписала себе первую передачу такого драго-
ценного древнейшего документа. Другая ее книга. "Голос Безмолвия", не
раскрывает ее "ученичества" только для европейцев, совершенно утеряв-
ших религиозный эзотеризм; для тех же, которые понимают истинный смысл
евангельского изречения: узок путь и тесны врата, ведущие в Жизнь, и
немногие находят их и знают, что такое восточный религиозный "путь",
для них совершенно очевидно, что Е. П. Блаватская была ученицей эзоте-
рической школы Востока, ибо только там могла она приобрести эти изре-
ченья, насквозь проникнутые духовностью древнего Востока, кото сомнен-
нее всяких документов говорят за то, что она соприкоснулась с этой ду-
ховностью и черпала свое вдохновение не из вторых рук, а из первоис-
точника. Только истинный чела, с великим напряжением перестраивающий
всю свою душевную жизнь по новым линиям, сжигающий всю свою низшую
природу в огне внутренней битвы, способен выразить опыт духовного под-
вига так, как выразила его Е. П. Блаватская в своей книге "Голос Без-
молвия".
Вторым доказательством подлинности ее "ученичества" служат ее посто-
янные сношения с учителями Востока, удостоверенные множеством свидете-
лей, как европейцев, так и индусов. Сношения эти носили различный ха-
рактер: реже всего они были непосредственно физические, чаще - пись-
менные и еще чаще - ясновидяще-психические; в широкую область послед-
них входят и астральные сношения (ясно виден образ и слышен голос фи-
зически отсутствующего), и внутренне психические, намеком на которые
может служить "внушение".
Но на той ступени развития, которой достигали психические силы Елены
Петровны, сношения последнего рода между учителем и учеником, или гуру
и челой, как выражаются на Востоке, могут достигнуть такой же отчетли-
вости и непрерывности, как и физические общения. Между ними устанавли-
вается нечто в роде беспроволочного телеграфа. Существует множество
свидетельств, как, даже во время оживленного разговора, когда внимание
Елены Петровны было устремлено на определенный предмет, она внезапно
останавливалась, как бы прислушиваясь, и вслед за тем каждый раз появ-
лялось или письмо, или внутреннее указание, которое она и спешила вы-
полнить. Никто при этом не слыхал каких-либо звуков, кроме нее; лишь
до ее раскрытого внутреннего слуха ясно доносились внутренне произно-
симые слова Учителя, которые и передавались посредством соединявших их
магнетических токов.
Все такие явления, как ясновидение и яснослышание, психометрия, те-
лепатия, внушение и т. д., казавшиеся еще недавно явлениями сверхъес-
тественными, начинают регистрироваться в летописи научных наблюдений,
но объяснить их современная наука не будет в состоянии до тех пор, по-
ка не начнет считаться с духовной природой человека, с его духовной
эволюцией.
До сих пор одни только оккультисты разбираются правильно во всех
"ненормальных" психических явлениях, но они не считают их ненормальны-
ми, а лишь преждевременно и односторонне, поэтому и негармонично раз-
вивающимися свойствами человеческой души. При естественном ходе эволю-
ции силы эти будут раскрываться очень медленно и постепенно и притом в
определенных взаимных сочетаниях. При ускоренной эволюции они могут
проявляться или негармонично, а следовательно и нежелательно, как у
большинства медиумов, у которых развитие проводников опередило разви-
тие духа, или же они могут пройти через правильную внутреннюю культу-
ру.
В последнем случае необходим Учитель, сам прошедший через такую
культуру, необходимо то, что можно назвать посвящением в высшую об-
ласть духа, и если у идущего по этому "пути" хватит душевных сил, что-
бы вынести огромное напряжение сознательной внутренней перестройки
всей своей психики, тогда он может чрезвычайно опередить свою расу, -
и те силы, которые у остальных действуют еще стихийно, у него будут
подчиняться его собственной воле; он станет господином над ними, и
вследствие этого освободит огромное количество энергии на высшую рабо-
ту духа. Наоборот, те психические силы, которые развились преждевре-
менно и остаются стихийными, не подчиненными сознанию и воле, могут
служить только во вред тому, кто обладает этими силами: не он распоря-
жается ими, а они владеют им и вводят в смятение. И хотя до его преж-
девременно развитого внутреннего слуха и зрения и достигают наиболее
грубые световые и звуковые явления невидимого мира, но от этого он не
становится ни духовнее, ни умнее. Он не разбирается в них и не понима-
ет взаимной связи в фактах сверхфизического мира.
Правильная культура высших психических сил имеет свою науку, свои
строго обоснованные дисциплины, свой многовековой опыт, своих учителей
и свои школы; в одну из таких восточных школ и была принята Е. П. Бла-
ватская, доказательством чему служат последние годы ее жизни, когда
уже совершенно ясно обнаружились результаты систематической культуры
ее чрезвычайно сильных сверхнормальных психических способностей. "Тог-
да (речь идет о 1859 и 60 гг.) все эти феномены были вне ее власти и
контроля", сообщает ее сестра В. П. Желиховская, "а когда мы снова
увидали ее в 1884 году, то все эти проявления сил невидимых агентов...
были ей вполне покорны и никогда не проявлялись без ее воли и прекра-
щались мгновенно по ее желанию. Та же перемена проявлялась и в случаях
ее ясновидения. Ранее она, не желая, часто видела вещи, ни ее, и нико-
го особенно не интересовавшие, а двадцать лет спустя она переносилась
духовным взором туда, куда хотела, и видела только то, что хотела ви-
деть".*
Именно эти психические силы, развитые до полной сознательности и
вполне подчинявшиеся ее воле, и служат самым неоспоримым доказательст-
вом, что психическое ее развитие прошло через правильную культуру ок-
культной школы. Силы эти можно разделить на несколько групп:
а) Внушение, вызывающее различные иллюзии - световые, звуковые, ося-
зательные, вкусовые и иллюзии обоняния у того, кто подвергается вну-
шению. б) Ясновидение всех видов, чтение чужих мыслей и настроений
(изменения в ауре наблюдаемого). в) Сношения на расстоянии с лицами,
одаренными таким же или большим психическим развитием. г) Сильно
развитое высшее ясновидение, дававшее ей возможность черпать знания
не доступным для большинства способом (чтение космической хроники в
свете Акаши). д) Запечатление объективных представлений актом воли
(осаждение - precipitation - на бумаге или ином материале). Картины,
произведенные Еленой Петровной таким способом, т. е. наложением руки
на чистый лист бумаги, были представлены экспертам в 1895
году, через промежуток в 17 лет, и можно было ясно различить рисунок,
сделанный как бы водяными красками, голубым, красным и зеленым каран-
дашами, чернилами и золотом. Во всех таких случаях, сосредоточенное
воображение является творцом, сила и материя - его работающими орудия-
ми. Все эти способы известны только в восточных школах оккультизма, ни
один западный медиум не владеет ими.
е) Явления, требующие знания первичных свойств природы, силы сцепле-
ния, образующей различные агломераты из атомов, и знания эфира, его
состава и потенциальности. Другие ее психические силы излишне и пе-
речислять, так как объяснить их мог бы только тот, кто знает столько
же, сколько знала сама Е. П. Блаватская. Следующим доказательством
ее высокого оккультного развития служит ее упорное молчание относи-
тельно всех обстоятельств этого таинственного периода ее жизни. Это
доказательство особенно важно ввиду ее характера, до такой степени
откровенного и
несдержанного, что она - по словам ее близких - никогда не разбирала,
что и перед кем говорила, и тем чрезвычайно себе вредила, сама давая
против себя оружие своим недоброжелателям. Кто знаком с условиями ок-
культного обучения, для того подобное умалчивание не только в порядке
вещей, но оно одно из самых верных показателей, что данный человек
действительно ученик оккультной школы. Можно прожить с ним под одной
кровлей всю жизнь и не узнать о его принадлежности к школе, и, наобо-
рот, когда встречаются оккультисты, а такие в последнее время встреча-
ются нередко, чуть не на улицах объявляющие через своих приближенных о
своем "посвящении", можно быть совершенно уверенным, что здесь нет ни-
чего серьезного. Ни один истинный чела никогда, ни при каких условиях,
не говорит о своей принадлежности к школе и ни о чем, относящемся к
его оккультному обучению. Это - необходимое условие, которое имеет
очень серьезные основания. А когда далеко стоящие от тонких явлений
высшего сознания бросают упреки по поводу "тайны", ссылаясь на то, что
все хорошее должно совершаться явно, на этот упрек можно ответить од-
но: оккультная школа действительно развивает высшие силы в своих уче-
никах, а среди этих сил есть и такие, как способность видеть в ауре
человека его истинный характер и все его скрытые свойства, а также
способность внушать людям свою волю и свои мысли. Нетрудно себе предс-
тавить, какие потоки новых бедствий устремились бы на без того уже
трудную земную жизнь, если бы развитие с
сил стало доступно для всех, вплоть до эгоистов с нечистыми намерени-
ями! Следующим доказательством служат ее постоянные и неизменные за-
явления, что не она автор своих книг, что она только орудие, только
пишущая под диктант и т. д. Если бы это было неверно, если бы за ней
не стояли Учителя и она сама придумала свою
"Тайную Доктрину", со всеми ее бесчисленными ссылками и цитатами, она
оказалась бы не только обладательницей огромной учености, неизвестно
где приобретенной, но и величайшим гением, потому что такого индивиду-
ального творчества, как ее "Тайная Доктрина", не найти ни в одной эпо-
хе. И что могло заставить ее лишать себя заслуженной славы, почета и
уважения своих современников и упорно приписывать свое личное твор-
чество несуществующим призракам?
Какие силы могли бы заставить человека, который собственными усилия-
ми приобрел такую массу знаний, отрекаться от них в пользу создания
своей фантазии, вызывая лично к себе оскорбительное недоверие, насмеш-
ки и непонимание со всех сторон, даже со стороны близких и дорогих лю-
дей? Только одно безнадежное сумасшествие могло бы вызвать такое неве-
роятное положение вещей, а между тем Елену Петровну обвиняли в очень
многих грехах, но в этом ее не обвиняли никогда.
Приведенных доказательств, вероятно, достаточно, чтобы осветить ис-
тинный смысл второго, таинственного периода ее жизни, а те немногие
фактические подробности, которые близкие люди знали об этом периоде,
указывают на те же черты, которыми отличались и последние годы Елены
Петровны, протекавшие на виду у многочисленных свидетелей: та же же-
лезная воля, та же героическая отвага, та же беззаветная преданность
идее и пламенный энтузиазм, та же неукротимая энергия. Весьма возмож-
но, что эта вторая часть жизни Елены Петровны была богата и личными
яркими переживаниями, хотя можно поручиться, что он не были ни мелки-
ми, ни пошлыми, но все эго совершенно не важно в сравнении с тем внут-
ренним смыслом ее жизни, который раскрывается перед нами.
Один из эпизодов ее путешествия по Монголии, который упоминается в
"Разоблаченной Изиде", дает понятие о том, в каких положениях приходи-
лось ей бывать во время ее скитаний. Это было в 1855 г., когда ей было
24 года и когда она в третий раз пыталась проникнуть в Тибет. Из Каль-
кутты она трогается в путь с тремя товарищами, и они едут через Кашмир
под эгидой татарского шамана. Товарищи ее уехали недалеко: двоих вер-
нули назад правительственные агенты, а третий заболел жестокой лихо-
радкой, и отважная Елена Петровна отправилась далее одна с шаманом,
стремясь все в ту же "запретную страну". Во время отдыха в монгольской
степи, под раскинутой палаткой, шаман склонился на просьбу своей моло-
дой спутницы показать действие своего талисмана, который он постоянно
носил при себе; вместо всяких объяснений, он проглотил его, и почти
немедленно впал в глубокий транс. Два часа провела молодая женщина с
его окоченелым телом в одиночестве, среди монгольской степи, и прове-
ла, по-видимому, очень интересно, потому что заставляла астральное те-
ло шамана путешествовать по свету и рассказывать ей, что делают ее
друзья. Одна из них, старая румынская дама, появилась даже собственной
особой в углу палатки с письмом в руках. Впоследствии оказалось, что
дама эта во время чтения означенного письма потеряла сознание и "уви-
дала Елену в каком-то пустынном месте под цыганской палаткой". Под ко-
нец Елена Петровна отправила астрального шамана за помощью; и, дейс-
твительно, через некоторое время целая партия всадников подъехала к
палатке и освободила ее из становившегося неприятным положения.
Прежде чем перейти к дальнейшим годам жизни Елены Петровны, приведу
интересный документ, относящийся ко второму ее пребыванию в Тибете,
между 1866 и 1871 годами, который напечатан в недавно вышедшей книге
А. Безант "Е. П. Блаватская и Учителя Мудрости". Документ этот был
доставлен необычайным образом любимой тетке Елены Петровны, Надежде
Андреевне Фадеевой, которая следующим образом описывает его появление
в письме, помеченном 26 июня:

"Я писала г-ну Синнетт... по поводу письма, полученного мной чудес-
ным образом, когда моя племянница была на противоположном конце света,
или, вернее сказать, когда никто не знал, где она находилась; обстоя-
тельство, которое повергло нас в большую тревогу. Все наши старания
узнать, где она, не привели ни к чему. Мы уже готовы были считать ее
мертвой, когда - я думаю, что это было приблизительно в 1870 г., - я
получила письмо от того, кого вы называете Учителем, принесенное ко
мне самым необычайным и таинственным образом в мой собственный дом
посланником с азиатским лицом, который тут же исчез с моих глаз. Это
письмо, в котором меня просят не беспокоиться и уверяют, что она здо-
рова, находится у меня, но осталось в Одессе. Когда я вернусь, я пе-
решлю его к Вам и буду очень рада, если оно пригодится. Извините меня,
но мне с трудом верится, чтобы были люди настолько неразумные, чтобы
думать, что моя племянница или Вы выдумали этих людей, которых вы на-
зываете махатмы.
Мне неизвестно, как долго Вы знали их лично, но моя племянница гово-
рила мне о них, и очень обстоятельно, много лет тому назад. Она писала
мне, что возобновила отношения с некоторыми из них ранее, чем написала
"Изиду". Зачем бы ей придумывать их? С какой целью? И как бы они могли
сделать ей столько добра, если бы они не существовали? Ваши враги, мо-
жет быть, недурные и небесчестные люди, но они во всяком случае неум-
ные, если обвиняют Вас в этом. Если я, которая надеюсь остаться до мо-
гилы ревностной христианкой, верю в существование этих людей (хотя и
не во все чудеса, приписываемые им), почему бы и другим не верить? По
крайней мере существование одного из них я могу засвидетельствовать
лично. Кто мог прислать то письмо в момент, когда я так сильно нужда-
лась в успокоении, если не один из этих адептов, о которых они толку-
ют? Правда, я не знаю почерка, но способ, которым оно было передано
мне, был так необычаен, что никто, кроме адепта оккультных знаний, не
мог совершить ничего подобного. Оно обещало мне возвращение моей пле-
мянницы, и обещание это было исполнено. Во всяком случае я пришлю Вам
письмо через две недели, и Вы получите его в Лондоне".

Письмо было получено через десять дней, завернутое в письмо самой
г-жи Фадеевой; оно было написано на китайской рисовой бумаге, наложен-
ной на глянцевитую бумагу ручного производства, какая употребляется в
Кашмире и в Пенджабе, и вложено в конверт из той же бумаги. Адрес был
такой: Высокочтимой Госпоже Надежде Андреевне Фадеевой в Одессу (To
the Honourable, very Honourable Lady Nadiejda Andriewna Fadeeff, Odes-
sa). В углу конверта заметка рукой г-жи Фадеевой на русском языке,
сделанная карандашом: Получено в Одессе 7-го ноября о Леленьке, веро-
ятно из Тибета, 11-го ноября 1870 года. Надежда Ф. Само письмо следую-
щего содержания: "Благородные родственники Е. Блаватской не должны пе-
чалиться. Она жива и желает передать тем, кого любит, что она здорова
и чувствует себя очень счастливой в далеком и неизвестном убежище, ко-
торое она избрала. Пусть принадлежащие к ее семье леди успокоятся. Ра-
нее чем пройдут 18 новых лун, она возвратится в свой дом". Письмо и
адрес написаны хорошо знакомым для многих почерком махатмы К. Х.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0436 сек.