Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Триллеры

Джон Кэмпбел - Из мрака ночи

Скачать Джон Кэмпбел - Из мрака ночи


Глава 6

Сарны стояли плотными рядами вокруг трона Матери. В огромном зале
царила тишина, нарушаемая лишь легким гудением ламп и прожекторов,
напоминавшим шелест осенних листьев.
Грайт и Бартел стояли плечом к плечу перед Правительницей Земли. На
них не было малиновых плащей - официальной одежды избранников народа.
Теперь в эти плащи облачились Друнел и Рендан, стоявшие чуть поодаль.
Яркий луч утреннего солнца, падавший из узкого окна, играл на этих
плащах, превращая малиновый цвет то в красный, то в розовый.
Немигающими золотыми глазами смотрела Мать на Грайта. Долго молчала
она, и, когда заговорила, ее тонкие бескровные губы почти не двигались.
- Ты сказал, что не можешь ввести среди людей закон сарнов. И я
говорила тебе, что ты будешь смещен со своего поста. Плохой исполнитель
заслуживает наказания, а мятежник заслуживает смерти. Таков закон
сарнов. По законам людей плохой представитель также должен быть
разжалован, а изменник должен быть казнен.
- Да, и по законам сарнов, и по законам людей плохой администратор
должен быть уволен, а мятежник или предатель - казнен, - кивнул Грайт.
Он говорил спокойно и уверенно, твердо глядя в глаза Правительницы. -
Если будет доказано, что все сказанное выше относится ко мне, значит, я
виновен. Но я уверен, что ни один человек не заявит, что я плохой
представитель, потому что я всегда поступал по закону и никогда не
сделал ничего, что закон запрещает. Разве закон сарнов запрещает
представителю быть командиром легиона или использовать полицию в своих
целях? Разве закон людей запрещает представителю превышать свою власть и
заниматься чем-либо иным, кроме своих обязанностей советника? Когда я
сказал, что законы сарнов нельзя ввести среди людей, я поступал согласно
своим обязанностям советника. Я должен был сделать это, чтобы
предотвратить массовые убийства, которые неминуемо последовали бы после
введения закона о матриархате. Если бы я одобрил этот закон, то стал бы
предателем по отношению к людям. Но я не высказал своего согласия,
поэтому меня нельзя назвать ни предателем, ни плохим представителем.
- Слово Матери - это закон сарнов, - резко произнесла Правительница.
- И нет закона выше этого. Решения, которые принимает Мать, являются
законом для всей Земли. Ты поступил как плохой исполнитель и мятежник, и
закон требует смертной казни для тебя. Бартел тоже является мятежником,
и его ждет та же участь. - Немигающие золотые глаза на несколько
мгновений уставились на Бартела, затем внезапно устремились на огромные
двери зала. Грайт медленно повернулся в сторону дверей.
В искрящихся лучах утреннего солнца из небытия возникла неясная
аморфная фигура, абсолютно черная, как мрак межзвездного пространства.
Все замерли, увидев, как эта бесплотная, подобно тени или призраку,
фигура начала постепенно сгущаться и приобретать четкие очертания,
превращаясь в некое исполинское подобие человека. Существо было не
просто черным - казалось, оно состоит из мрака и тьмы.
Фигура продолжала двигаться вперед, и вот уже стали отчетливо видны
огромные руки и ноги, голова, лишенная глаз, рта и носа.
А позади него на полу, там, где ступали огромные ноги, появлялись и
расцветали белые цветы морозного инея. Фантастическое создание окутывала
аура холода.
Солнечный луч, падавший из окна, коснулся черной фигуры, ярко
вспыхнул, а потом исчез, словно сгорел.
- Эзир, - с трудом выдохнул Грайт, отступив на шаг.
В нескольких шагах от Матери сарнов черный человек остановился.
Замершие в оцепенении сарны начали понемногу приходить в себя, легкий
шепот пронесся по их рядам. И тут Эзир заговорил, но он не произносил
слова. От него исходили ментальные послания, которые проникали в
сознание всех, кто находился в зале, - и сарнов, и людей.
- Ни справедливости, ни правды нет в твоем правлении, дочь сарнов.
Твоя раса не похожа на расу моего народа, они различны. Ты должна
изменить нынешнее положение дел во имя справедливости, которую сама
провозглашаешь.
Рука Матери дернулась и, извиваясь, словно змея, потянулась к
маленькой кнопке на троне. Невидимая энергетическая стрела вылетела из
оскаленной пасти медной рептилии, вмонтированной в подлокотник трона, но
будто растворилась, коснувшись черной груди исполина.
В ярости Мать нажимала и нажимала кнопку, сотни стрел полетели в
черную фигуру, но все они бесследно исчезли в абсолютном мраке. Из
золотого диска, висевшего над троном, вырвался могучий луч, способный
превратить в пыль каменную глыбу, но и ее поглотил темный человек.
Гудение лучевого оружия стихло. Лишь эхо еще металось под сводами
высокого потолка. Эзир вновь заговорил, и снова каждый из присутствующих
услышал его мысли:
- Я не материален, и моя природа совсем не такая, как у твоих лучей,
дочь сарнов. Твоя мудрость и древние знания твоей расы бесполезны в
борьбе со мной. Ты - одна, а я представляю собой все человечество, все
пятьсот биллионов человек, которые жили и умерли на Земле. Я - те
миллиарды людей, которых ты убила во время Завоевания... Десять тысяч
поколений мечтали и боролись за свободу. Я - их концентрированное
желание, их надежда, воплощение их идеалов... На заре человечества, во
время первого ледникового периода, я умирал, разорванный когтями тигра,
но оживал в ребенке, который выжил благодаря этой жертве. Я умирал,
когда Земля была юной... И я умирал прошлой ночью под ударами сверкающих
лучей, которые ты дала этим людям... Я умирал в пламени огня и под
выстрелами духовых ружей... Я - воля, надежда и желания всего
человечества, материализовавшиеся именно благодаря тебе, дочь сарнов.
Три биллиона человек умер-, ли во время Завоевания, и их воля, надежды и
желания пропитали вечное пространство единственной мыслью - спасти Землю
от рабства. Устремления многих поколений людей слились во мне. Прошло
четыре тысячи лет, как вы пришли на Землю и уничтожили мой народ, и все
эти годы я медленно рос, пока прошлой ночью не получил новый сильный
импульс: помыслы множества погибших людей укрепили меня... Я - Эзир,
пантеон человечества, я - само человечество. Все, кто умер на этой
планете - под палящим солнцем пустыни или среди ледяных арктических
просторов, - начиная с самого первого человека, который с камнем в руках
сражался за свою жизнь и жизнь своих детей, и кончая тем, кто был на
площади перед твоим дворцом прошлой ночью и умер сегодня утром. За что
бы они ни боролись и умирали, они все мои дети, они - это я, дочь
сарнов.
Человечеству надо вернуть справедливость, ради всех тех, кто умер,
сражаясь за свободу. Грайт и Бартел боролись за справедливость - и они
должны продолжать свое дело. Друнел и Рендан продали человечество ради
собственных интересов - и они должны получить по заслугам.
Черная фигура заколыхалась. Вперед протянулась огромная рука.
Указательный палец черного человека едва коснулся лба Друнела, а затем
мертвенно-бледного от страха Рендана. Друнел зашатался, его ноги
подкосились, и он тяжело рухнул, ударившись головой о черные базальтовые
плиты пола, его замороженный череп раскололся на множество мелких
кусочков, словно ледяной шар. То же самое произошло с Ренданом, и сарны
замерли, в ужасе глядя на бездыханные тела бывших союзников.
Эзир повернулся, и сарны тотчас отступили, открыв ему широкий проход,
ведущий к длинной, поблескивающей золотом стене зала. В глубоком
молчании Эзир подошел к стене и слегка коснулся ее огромной рукой.
В то же мгновение твердый полированный камень стал мягким и расползся
в стороны, открыв широкий длинный коридор. Эзир пошел по нему. Все молча
смотрели ему вслед, пока стена вновь не сомкнулась, скрыв его из виду.
Полированные камни встали на прежнее место, но теперь они были черными,
как сам Эзир.
Мать сарнов вновь нажала на кнопку, и невидимые лучи пронзили стену,
но она по-прежнему оставалась черной, храня очертания огромной фигуры.
Затем понемногу чернота стала исчезать, и полированный нефрит вновь
обрел свой природный цвет. Ничто больше не напоминало об Эзире.
Немигающие золотые глаза Матери смотрели на Грайта. Она молчала, и
человек тоже молчал, спокойно глядя на нее. Наконец Правительница
заговорила:
- Вы можете идти, Грайт и Бартел. Вы пойдете и увидите, что в городе
людей восстановлен порядок. В час заката сегодня все оружие и короны,
которые я дала, должны быть возвращены. Закон о соотношении "один к
пяти" люди могут не соблюдать.
Глаза Матери закрылись. Грайт и Бартел повернулись и молча пошли по
длинному широкому проходу между рядами расступившихся сарнов. За ними
медленно побрели шесть человек, которые пришли сегодня утром вместе с
Друнелом и Ренданом. Покинув зал для аудиенций, сторонники Друнела
торопливо направились прочь, понуро опустив головы.
Оставшись одни, Грайт и Бартел переглянулись и вдруг увидели Уэра,
спешащего к ним через лужайку.
Техник, работавший в городе сарнов, стал настолько привычной фигурой
для его обитателей, что на него давно уже перестали обращать внимание.
Теперь он нес в руке довольно большой, закрытый на замок чемодан, в
котором, по-видимому, лежало то, над чем он работал в последнее время.
- Боги послали мне удачу, - широко улыбаясь, объявил Уэр. - Я думал,
что у меня не хватит времени закончить работу...
- Да, - улыбнулся ему в ответ Грайт, и вдруг напряжение последних
дней покинуло его. Он поднял голову, посмотрел на солнце и рассмеялся. -
Сегодня боги послали нам удачу.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0452 сек.