Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Алексей Лебедев, Кирилл Воронцов - Тени Асгарда

Скачать Алексей Лебедев, Кирилл Воронцов - Тени Асгарда


31. Профессор Коллинз
Честно говоря, раньше я никогда не интересовался местной
политикой, а имя Джеймса Хэрриша было для меня пустым звуком. В
выборах я не участвовал, полагая это мероприятие бессмысленной
тратой времени и денег. Мышиная возня, и больше ничего.
Позволю себе напомнить историю вопроса. Первоначально
колония создавалась для нормального жизнеобеспечения
научно-исследовательских станций. Это потом сюда понаехало
множество сомнительных личностей и просто случайных людей,
которые развернули здесь свой бизнес и принялись делить сферы
влияния. Мотивы были, вероятно, самые разные, но корень у всех
один - лень и бездарность, неумение или нежелание наладить свою
жизнь там, на Земле. Разве могли эти люди понять всю ценность и
значимость ведущихся здесь научных исследований? Увы. После
распада последней сверхдержавы мир погряз в мелочных склоках, и
никто не думает о будущем; все меньше уделяется внимания
фундаментальной науке - ее место занимают культы и суеверия. А
наше поколение уже слишком старо, чтобы противостоять этому
безумию.
Та знаменательная ночь ничем не отличалась от предыдущих.
Нет, я не ждал появления Звезды, примкнув глазом к окуляру
телескопа. Современная астрономия опирается прежде всего на
компьютерные технологии. Вся информация собирается и
обрабатывается автоматически, а затем выводится на мониторы.
Даже дежурство - простая формальность. Настоящая работа
заключается в интерпретации полученных данных...
Итак, в четыре утра локального времени сработала программа
регистрации Сверхновых, и аппаратура переключилась в особый
режим. Здесь нам действительно пришлось посуетиться. Как всегда
в подобных ситуациях выявился ряд недоработок и просто
откровенной халтуры. В общем, нам удалось замерить спектры
электромагнитной, гравитационной и нейтринной волн, возникающих
при коллапсе. Более подробная информация, боюсь, будет непонятна
неспециалистам.
Спать мне в ту ночь почти не пришлось, а утром лаборант
сообщил, что со мной хочет поговорить какой-то журналист по
поводу Сверхновой.
Я был рад лишний раз привлечь внимание общественности к
научным проблемам. Полагаю, даже закоренелому обывателю иногда
полезно обратить свой взор к небу. Тем более, надо думать и о
молодежи, которая придет нам на смену.
Журналист оказался прилично одетым, но несколько развязным
молодым человеком. Я попытался изложить ему современные взгляды
на строение и эволюцию звезд, но оказалось, что мы говорим на
разных языках. Его вопросы весьма удивили меня.
Он спросил, как я оцениваю факт сбывшегося предсказания
Хэрриша и какое влияние может оказать вспышка на исход
предстоящих выборов. Разумеется, я ответил, что ни о каких
предсказаниях мне ничего не известно, и что не следует путать
астрономию с астрологией. Взрыв Сверхновой за сотни парсек от
Солнечной Системы ничем нам не грозит.
Журналист, в свою очередь, также был удивлен моей
неосведомленностью в местных интригах. Узнав, что я не имею
привычки смотреть телевизор и читаю только специальную
литературу, он начал снисходительно разъяснять мне ситуацию, и
чем больше он рассказывал, тем большим безумием это казалось. Я
поспешил откланяться, сославшись на усталость...
А ведь он оказался прав. В тот день весь город говорил о
"Звезде Хэрриша". "Взошла звезда новой эры!" - трубили средства
массовой информации. Общественные обсерватории, ранее посещаемые
только туристами, заполнились народом, жаждущим увидеть чудо.
Другие граждане толпами бродили по Луне, задрав головы к небу и
распевая молитвы. Через несколько дней сияние стало угасать, но
исход выборов был уже предрешен.

32. Номер Тринадцатый
- Да уберите вы эту чертову лампу!
- Пожалуйста. Только лампа эта - ваша. Все, что вы здесь
видите, почерпнуто из ваших личных представлений.
- Знаю, я ведь не новичок... в ваших краях.
- Тогда, возможно, пребывание в мире гномов навело вас на
некоторые мысли, и мы сможем более конструктивно продолжить нашу
беседу.
- Возможно. "Не мечите бисера перед свиньями" - это вы
хотели сказать? По-моему, слишком жестоко для Света. Значит, я
всю жизнь занимался никому не нужным делом, спасая людей,
недостойных спасения? Думал, что служу силам добра, а сам играл
в игрушки и тешил свое самолюбие?
- Вы ничего не поняли, жаль. Попытаюсь объяснить. Речь идет
не о ваших деяниях, а о вашей душе. Ваше первое, человеческое
"я" - карлик в руинах былого величия. Ваше второе "я" -
рыцарь-защитник всех карликов. Благородно, конечно, но для наших
целей недостаточно. Ни в первой, ни во второй ипостасях вы нам
не нужны. По закону вас следует вернуть в Колесо Жизни, причем
на более низкий уровень. И все начнется сначала.
- Значит, все уже решено?
- Не совсем. У вас есть выбор.
- Какой?
- Третья ипостась. Вы должны найти ее в себе. Станьте тем,
кто построил город и начертал руны. Верните себе былое
могущество. Иначе ваша борьба бессмысленна.
- Сколько у меня времени?
- Вся вечность. Но у ваших друзей на Луне его осталось не
так уж много, а вы ведь хотите им помочь, верно?

33. Игорь Белкин
В очередной раз я плюнул против ветра.
Получив информацию из первых рук, быстренько обработал ее,
выделив наиболее важные моменты, и получилась прекрасная статья
- гимн современной науке и отповедь суевериям.
Честно говоря, мне просто не хотелось, чтобы "Лунная
радуга" - газета, которой я отдал несколько лет жизни,
участвовала в общем мракобесии. По этому поводу редактор устроил
мне нагоняй. Оказывается, по данным социологических опросов,
наука народу не нужна, а излишнее умствование может нанести
травму чувствительной душе обывателя.
Что ж, пускай. Я не стал спорить. Механически вернулся на
свое рабочее место и уставился в темную пустоту монитора, словно
в окно в грядущее. Мысли были разные. Первая и наиболее легко
осуществимая - бросить все и вернуться на Землю. Там, конечно,
тоже не сахар, но тем не менее... А здесь нас все равно разгонят
к чертовой матери или заставят писать какой-нибудь бред. Уже
сейчас куча желающих этим заниматься. Жаль, редактор этого не
понимает. Уж больно прост, одно слово - американец. Целая страна
не заметила, как развалилась. Мы-то это сто лет назад прошли...
Однако собирать вещи я не спешил, а вместо этого взялся за
свою картотеку. Речь шла о письмах читателей, небезразличных к
моим статьям. Письма, конечно, были разные - одни за здравие,
другие за упокой. Судя по последним, я давно уже попал в "черный
список" тех, кому при новой власти придется несладко. А те, что
поддерживали меня, могли пригодиться. Не письма, конечно, а люди.
Не занимающие никаких постов, не вошедшие ни в какие партии,
разобщенные, смутно ощущающие приближение беды и ищущие, с кем
поделиться. Молодые и старики, рабочие и служащие, бизнесмены и
интеллектуалы...
У меня захватило дух: я понял, что можно сделать. И вместе
с тем это означало перейти невидимый Рубикон, из пленника
истории стать ее творцом. Но разве не об этом я мечтал всю
жизнь?

34. Шериф Кеннеди
- Нет, - сказал я. - Никаких незаконных вооруженных
формирований. Иначе будете иметь дело с полицией. Даже не
думайте.
Я стоял лицом к окну, чтобы не смотреть Белкину в глаза.
Стыдно сказать, но я дошел до того, что в каждом встречном видел
тайного агента и все время ожидал каких-то провокаций. Когда
психопаты правят бал, и сам потихоньку становишься с приветом.
- Но почему? Не будьте бюрократом, - в голосе журналиста
звучала досада. - Если плохие парни хорошо организованы, всем
хорошим парням тоже надо объединиться, - помолчав немного, он
добавил: - Это не я сказал, а Лев Толстой.
- Неужели? А я решил, что вы боевиков насмотрелись.
- Послушайте, люди Хэрриша наглеют с каждым днем. Против
этих "вооруженных формирований" вы ничего не имеете?
- Они вполне законны.
- Да бросьте! Вы прекрасно знаете, какое давление было
оказано на Совет. Это просто насмешка над демократией.
- Закон есть закон.
В этот момент я, должно быть выглядел тупым самодовольным
кретином. Собственно, многие меня таким и считают. Иногда это
даже бывало полезно, но не сейчас.
- Скажу вам только одно. Пока я шериф, я буду защищать
закон - даже от вас.
Журналист неожиданно улыбнулся.
- А если вы не будете шерифом?
- Тогда и поговорим.
- Заметано! - Белкин заговорщицки подмигнул мне.
- Вон! - прорычал я. Терпеть не могу фамильярностей от
малознакомых людей.
Хотя кое-какие мысли он во мне посеял. Я не слишком
обольщался на свой счет в случае победы оппозиции, но полагал,
что до конца исполню свой долг. Теперь я видел, что конец этот
может легко перейти в начало. Там, вероятно, соберется кучка
романтиков-идеалистов, не знающих, с какого конца держать
излучатель. Человек с моим опытом будет просто необходим.
Пожалуй, Лев Толстой был прав.

35. Майкл Петрович
Вот и настал он - последний день, когда ничего уже нельзя
изменить. Когда изнурительная гонка должна смениться тоскливым
ожиданием. Еще вчера ты вновь и вновь пытался достучаться до
чужих умов и сердец, а сегодня у тебя связаны руки. Осталось
выполнить свой - возможно, последний - гражданский долг.
Помнится, в прошлый раз я сомневался, этично ли голосовать
за самого себя. Но в глубине души, должно быть, лукавил. Теперь
вопрос уже не стоял. Потому что решалась не моя личная судьба, а
судьба всего этого маленького мирка, что стал нам так дорог.
Под утро мне снились кошмары. когда я вынырнул из их темной
круговерти, обратно возвращаться уже не хотелось. Я поднялся с
постели, привел себя в порядок, выпил две чашки черного кофе для
бодрости и отправился на окружной избирательный участок.
Народу на улице было немного: воскресным утром большинство
предпочитало поспать. Редкие прохожие узнавали меня - одни
приветливо улыбались и здоровались, другие хмурились исподлобья
и бормотали что-то нелицеприятное. На подходе к участку меня
словила съемочная бригада - молодые, симпатичные ребята,
готовившие репортаж о выборах. Несмотря на их живой интерес, мне
показалось, что они не воспринимают ситуацию всерьез. Для них
политика была частью индустрии развлечений. Что ж, иногда и мне
представлялось, что мы все участвуем в бесконечной пьесе абсурда
на потеху неведомым зрителям.
Обстановка вокруг участка была напряженной. Что-то недоброе
витало в воздухе. Меня пробрал озноб. Весело болтавшие репортеры
притихли. Представшая нашим взорам картина не предвещала ничего
хорошего.
Во-первых, здесь были штурмовики. В этот день по приказу
Хэрриша они занимались "охраной правопорядка" на всех
избирательных участках "в целях защиты свобод граждан и во
избежание провокаций". Эти, судя по всему, с удовольствием
выполняли возложенную на них миссию, поигрывая бейсбольными
битами и железными цепями, посасывая пиво из банок и распугивая
слабонервных избирателей.
Во-вторых, здесь были несколько темных личностей, в которых
по нелепым балахонам и рогатому знаку Луны легко было узнать
адептов секты "Лунная жизнь". Нечасто они одевали в миру свою
парадную форму, разве что по большим праздникам своего странного
культа. Я знал, что "лунатики" тоже на стороне Хэрриша, что это
они подкинули ему идейку о Новом Асгарде. Но формально
придраться было, как всегда, не к чему. "Наблюдатели от
общественных организаций" пользовались своими неотъемлемыми
Должно быть, они торжествовали, но, в отличие от штурмовиков,
молча.
Я увидел, как трое парней преградили дорогу маленькому, но
гордому японцу и вступили с ним в дискуссию. Как оказалось
впоследствии, ему объясняли, что узкоглазым макакам голосовать
не положено; японец в ответ цитировал Декларацию прав человека
на безупречном английском.
- Что здесь происходит? - начальственным тоном спросил я,
полагая, что во главе свиты из репортеров и приставших по дороге
сторонников выгляжу достаточно внушительно. В конце концов, я
все еще был мэром. Но этим глумливым физиономиям было, похоже,
все равно, лишь бы покуражиться.
- Кто это? Никак, господин мэр!
- Какой мэр? Не видишь, что ли, это русский медведь.
- Эй, медведь, катись в свою Москву.
- Пожалуй, не стоит пускать его в участок.
- Он там нагадит. Эти русские везде гадят.
- Смотрите, какая рожа - сейчас зарычит...
- Дорогу! - рявкнул я.
Штурмовики неохотно расступились, пропуская нас.
- Мы еще поохотимся на тебя! - злобно шептали мне вслед.
Я прошел внутрь и направился прямиком к столику за
бюллетенем...
У клерка из комиссии было что-то с лицом: оно гнило прямо
на глазах. Белесые черви копошились в чернеющем мясе, и
обнажались желтые кости черепа. Сама Смерть смотрела на меня.
Мне не было страшно - кто в наши дни не знает, что такое
наведенная галлюцинация? - но стало невыносимо противно и жалко
себя. Почему именно я должен противостоять силам Тьмы? Я закрыл
глаза, чтобы не видеть ничего, но омерзительное видение все еще
стояло перед глазами, а в воздухе пахло гниющим мясом и серой.
И тогда вдруг мое сознание провалилось куда-то в иной мир.
Я оказался под сумрачными сводами храма. Горели свечи. Невидимый
хор пел осанну. Рядом стояла она - моя последняя любовь -
светлые волосы убраны под черный платок, а голубые глаза сияют
как прежде. Она смотрела на меня, улыбаясь, но видела дальше.
Тонкие губы шевелились, и нежный голос звучал в моей душе
повторяя слова молитвы. И сила Того, Кому она служила, освободила
меня.
Должно быть, это продолжалось всего мгновение. Когда я
открыл глаза, злобный морок уже испарился. Кто-то держал меня
под руку, сочувственный голос произнес:
- Что с вами, Майкл Петрович? Вам плохо?
- Ничего, все в порядке. Голова закружилась.
- Может, присядете? Принести лекарство?
- Нет, не нужно. Я буду голосовать...
Сделав то, что я должен был сделать, я вышел из участка и,
не обращая внимания на происходящее вокруг, добрел до дому. В
тот день я больше никуда не ходил и ни с кем не разговаривал,
отключив телефон - возможно, зря. Время от времени включал
телевизор, чтобы посмотреть новости о ходе выборов. Сообщения
эти только больше вгоняли меня в тоску.
Где-то к полуночи стали известны результаты голосования.
Кого выбрали, вы сами знаете. С горя я напился, как свинья. А
проснулся уже в совсем другом месте.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1027 сек.