Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Сказки

Гете Иоганн Вольфганг - Рейнеке-лис

Скачать Гете Иоганн Вольфганг - Рейнеке-лис



     ПЕСНЬ ШЕСТАЯ

     Так Рейнеке снова оказался в милости короля. Король поднялся на высокую
скалу и, обратясь  ко всему собранию с приказом  соблюдать тишину,  произнес
такую речь:
     -- Слушайте внимательно, звери  и  птицы, бедняки  и богачи, великие  и
малые! Слушайте, мои  бароны, мои придворные и все мои слуги! Отныне Рейнеке
находится под моей  защитой. Мы собирались  его повесить,  но он открыл  нам
такую тайну, что я  поверил ему и вернул ему свою милость. Королева, супруга
моя, тоже  просила его простить. Я помирился с Рейнеке, даровал ему жизнь  и
снова к  нему  расположен. Вам же  всем я объявляю:  вы обязаны  под страхом
смерти оказывать Рейнеке, жене и детям его все надлежащие  почести. Жалоб на
лиса я больше слушать не буду: все, что он прежде совершал дурного, прощено.
Что же касается будущего, то  я верю  в его  исправление.  Завтра  утром  он
возьмет  котомку и посох и отбудет  на богомолье в Рим, а оттуда за море,  в
Святую землю. Он не вернется, пока не получит отпущения всех своих грехов.
     --  Ну,  пропали  наши труды и  хлопоты!--  злобно  прошипел  кот Гинце
медведю и волку.--  Теперь, когда Рейнеке снова  в милости,  он сделает все,
чтобы нас  троих  уничтожить. Один  глаз  я уже потерял, теперь  опасаюсь за
второй. Ох как хорошо было бы очутиться где-нибудь подальше отсюда!
     -- Дороже, чем добрый совет, ничего нет!-- насмешливо отозвался медведь
Браун.
     А волк Изергим проворчал:
     -- Непонятная  вещь! Надо  поговорить с самим государем. Волк и медведь
подошли  к королю и королеве  и  долго говорили им  против  Рейнеке.  Король
рассердился:
     -- Где у вас уши! Я ведь  ясно сказал, что  вернул  лису  свою милость!
Вконец разгневавшись, король  повелел немедленно схватить обоих  жалобщиков,
связать их и запереть. Он хорошо запомнил рассказ Рейнеке об участии медведя
и волка в заговоре.
     Так, за какой-нибудь час, все вдруг переменилось: Рейнеке был спасен, а
его обвинители посрамлены. Коварный плут добился  даже того, чтобы с медведя
содрали кусок шкуры для  пошивки  лису паломнической' котомки. Мало того, он
попросил у королевы разрешения содрать с лап волка и волчицы по паре сапожек
ему на дорогу.
     -- Они носят  по две пары  сапожек, -- сказал он,-- а с них хватит и по
одной, особенно Гирмунде: ведь она как хозяйка почти всегда сидит дома.
     Королева сочла его просьбу вполне справедливой.
     -- Конечно,-- согласилась она,-- им  хватит  и по  одной  паре. Рейнеке
шаркнул   ножкой,   низко   поклонился  и   рассыпался  в   комплиментах   и
благодарностях...
     Так волк  Изергим лишился пары передних  сапожек, снятых с  его ног  по
самые  когти. Не пощадили  и госпожу Гирмунду-волчиху. Стянули с  нее задние
сапожки. Опозоренные, с окровавленными лапами,  жалкие и страдающие,  лежали
они рядом с медведем  Брауном  и жаждали смерти.  А  наглый  ханжа  Рейнеке,
получив  котомку и сапоги,  подошел к ним  и стал издеваться над беспомощной
волчихой.
     -- Какая  вы добрая,-- насмехался он,-- ваши сапожки  пришлись  мне как
раз впору!  Вот, полюбуйтесь! Надеюсь, что они хорошо  мне  послужат.  Много
труда вы  затратили, чтобы меня погубить,  но я тоже не  жалел усилий и, как
видите, неплохо успел. Недавно  торжествовали вы  -- теперь моя очередь! Так
уж ведется на свете, и с этим  приходится мириться. Прощайте, в  пути я буду
думать о милых родственниках...
     Госпожа Гирмунда страдала ужасно, но у нее хватило сил поднять голову и
сказать с тяжелым вздохом:
     --  Это в  наказание за наши грехи  бог посылает  удачу вам! Изергим  и
Браун  лежали  молча,  стиснув зубы, жалкие,  израненные,  осмеянные  своими
врагами. Не было здесь кота Гинце. Рейнеке сумел бы отомстить и ему.
     ...На следующий  день рыжий  лицемер смазал  сапожки,  содранные с  его
родичей, и поспешил на прием к королю.
     --  Ваш верный слуга, государь,-- сказал он,-- готов вступить на святую
дорогу. Сделайте милость,  ваше величество, повелите придворному  священнику
благословить меня в путь.
     Баран  Бэллин,  бывший  в  то время придворным  писцом, исполняя  также
обязанности капеллана'.
     -- Ну-ка,-- приказал ему  король,-- прочитайте-ка  над Рейнеке молитву.
Ваши священные слова -- благословите его в путь.  Да побыстрее! Наденьте  на
богомольца котомку и дайте ему в руки посох.
     Бэллин заколебался:
     -- Государь, вы сами  слышали,  что  Рейнеке  отлучен  от церкви  самим
папой, и отлучение  с него еще не снято. Если дело дойдет  до епископа  то я
могу очень  пострадать. Я лично к  Рейнеке  ничего не имею, и если  бы я был
уверен, что мне не нагорит от церковного начальства, если бы...
     -- Молчать!-- рассердился  король,--  Бросьте вы все эти ваши песни  на
"если"! Рейнеке уходит богомольцем в  Рим, а  вы его задерживаете. Подумаешь
-- церковное начальство!
     Бэллин в растерянности почесал у себя за  ухом и  принялся  читать  над
Рейнеке положенную молитву. Однако лис его не слушал -- он думал лишь о том,
чтобы вся эта комедия поскорее окончилась.
     Наконец  Бэллин  произнес  последнее  благословение,  повесил  на  лиса
котомку и  вручил ему посох.  И тут Рейнеке вдруг зарыдал. Притворные  слезы
ливнем  покатились по щекам пройдохи, заливая ему бороду. Казалось, что он в
чем-то горько кается. И  он действительно каялся, но не в своих грехах,  а в
том, что отомстил лишь трем из своих недругов.
     Низко всем  кланяясь и прося  каждого помолиться  о  нем, лицемер вдруг
заторопился. Он предпочитал поскорее уйти из  королевского  замка; ведь  все
может внезапно повернуться иначе. Лучше быть подальше!
     Король    приказал   господам   придворным    торжественно    проводить
лжепилигрима, А в  это время Изергим с  Гримундой и Брауном, плача от боли и
горя, мучились в темнице...
     С посохом и  котомкой Рейнеке важно прошествовал до ворот  королевского
замка,  радуясь тому,  как ловко он перехитрил короля.  А все  его  недавние
обличители,  боясь  ослушаться  своего властелина-льва,  молча  следовали за
рыжим негодяем.
     Лис на прощание сказал королю:
     -- Ваше величество!  Примите  меры, чтобы подлым изменникам  не удалось
убежать. Держите их  в тюрьме, в оковах. Стоит  им выйти на  волю,  и  вашей
жизни вновь будет угрожать опасность. Не забывайте об этом, мой государь!
     Смиренно потупив глаза, коварный плут ушел. Король удалился во  дворец,
а  его  придворные, проводив  лиса  еще  немного, тоже  стали  возвращаться.
Дерзкий  обманщик  сумел  прикинуться   таким   кротким,  что  у   некоторых
сердобольных особ  вызвал даже  сочувствие.  Больше  других  огорчался  заяц
Лямпе.
     Рейнеке заметил это.
     --  Милый  мой  Лямпе,--  обратился он к нему,--  мне очень не  хочется
расставаться с  вами так  скоро.  Быть может, вы и  баран Бэллин согласитесь
проводить  меня  до  моего  замка?  Поверьте,  я  буду  вам  за  это  весьма
признателен.  Вы  оба  очень  милые  спутники  и  честнейшие  лица  во  всем
королевстве. Оба вы благочестивы и живете праведно -- питаетесь лишь зеленой
травкой  и листьями.  Совсем как я, когда я  был монахом  и не брал в рот ни
мяса, ни рыбы, ни всяких разносолов.
     Похвалы  лиса так  польстили .обоим простакам, что они проводили его до
самого Малепартуса. Здесь Рейнеке попросил барана:
     -- Подождите  меня,  пожалуйста,  дорогой Бэллин,  и  полакомьтесь пока
свежей зеленью. В наших горах очень много всякой  растительности, и полезной
и вкусной. А Лямпе пусть зайдет ко мне и утешит мою бедняжку жену: она и без
того горюет обо мне, а если  услышит, что я  ухожу на богомолье, то и совсем
расстроится.
     Сладкие  слова  Рейнеке обманули обоих, и  Лямпе  последовал  за  ним в
замок. Эрмелина в глубокой тревоге лежала возле своих детей: ей не верилось,
что Рейнеке благополучно вернется домой. Увидев же его с посохом и котомкой,
она крайне удивилась.
     -- Рейнгарт,  мой милый, расскажите скорей,  что с  вами случилось! Вы,
наверное, много настрадались?
     --  Да,-- ответил лис,--  я был осужден и  приговорен  к повешению,  но
государь в своем милосердии  даровал мне жизнь и свободу. Теперь я ухожу  на
богомолье, а Изергим и Браун закованы в  цепи и  сидят в темнице. Мало того,
для искупления  обиды король отдал мне  зайца. Лямпе,  мол, тебя оклеветал и
поэтому заслуживает суровой кары. Так делай же с ним что хочешь.
     Услышав эту  страшную выдумку лиса, Лямпе ужаснулся и хотел  бежать, но
рыжий разбойник отрезал ему путь и схватил беднягу за горло.
     -- Бэллин! Бэллин!- закричал с  пронзительным визгом заяц.-- Я погибаю!
Паломник режет меня! Скорее! На помощь!..
     Но  он  тут  же  замолк  --  Рейнеке  перегрыз ему  горло.  Таково было
гостеприимство лиса!
     -- А теперь,--- сказал  Рейнеке жене и детям,-- давайте-ка съедим  его.
Зайчик  упитанный  и  вкусный.  Хоть на  что-нибудь  пригодился. Жаль  кий и
никчемный трусишка! Ну, ябедник, жалуйся сколько угодно!
     Ловко содрав с убитого зайца шкуру, Рейнеке с женой и детьми
     с наслаждением съели его. Эрмелине он особенно пришелся по вкусу
     --  Спасибо королю и королеве!-- умилялась она.-- Каким чудесным обедом
обязаны мы их милости!
     --  Кушайте, кушайте!-- угощал Рейнеке жену  и  детей.-- Надеюсь, что в
дальнейшем  я буду добывать еще больше: каждый,  кто напакостил Рейнеке-лису
или собирался ему напакостить, рано или поздно заплатит за это жизнью!
     --   Осмелюсь  спросить  вас,  дорогой  муженек,--  обратилась  к  нему
Эрмелина,-- как это вы все-таки остались в живых и вырвались на свободу?
     -- Э, -- ответил Рейнеке,-- мне не хватит и суток, чтобы рассказать вам
подробно, как ловко я провел короля. Впрочем, говоря по правде, дружба моя с
государем висит на очень тонкой ниточке, а что тонко, то скоро рвется. Стоит
ему узнать правду, и  гнев его будет ужасен. Тут уж пощады не жди: петля мне
обеспечена. Нужно удирать куда-нибудь подальше...
     Убежим-ка  мы в Швабию. Там нас не знают, условия жизни там отличные, и
мы быстро привыкнем к  новому месту. О господи, что за роскошь нас  ожидает!
Куры, гуси, индюшки, кролики, зайцы, сахар, финики, фиги,  изюм... Хлеб  там
выпекают только  сдобный. Вода чиста  и  прозрачна,  воздух свеж  и приятен.
Имеется там и  рыба, та самая,  которой я  питался, когда был  в  монастыре.
Глубоко нырять за ней  не приходится, а зовется она: галлина, пуллус, галлус
и  анас[2].  Словом,  женушка, если ты хочешь  зажить припеваючи,
приготовься вместе со мною в путь на новые места...
     Дело,  видишь ли, заключается в том, что король дал мне уйти живым лишь
потому,  что  я наговорил ему  и  королеве с три  короба про  несметный клад
короля Эммериха и преподнес их величествам эти  несуществующие сокровища.  Я
назвал  им место, где якобы  я  спрятал  их. Но когда они  явятся  туда, то,
разумеется,  ничего  не найдут, даром только разроют землю. Вот и  представь
себе,  как взбесится король,  убедившись, что я его одурачил.  Ох женушка! И
чего я там только не насочинял! Ведь петля была уже у меня на  шее. Не хотел
бы я  снова попасть  в  такую  переделку! За  всю мою жизнь я так страшно не
трусил. Нет,  никто  уже больше не  уговорит меня вновь  явиться  ко двору и
отдать себя во власть  короля! Кабы не  моя изумительная сметка, мне никогда
бы не вырваться из его пасти.
     -- Ах!--печально вздохнула госпожа Эрмелина.--Стоит ли идти  на риск  и
искать  приключений на  чужбине? Ведь где бы мы ни очутились мы  везде будем
пришельцами и чужаками. А здесь мы живем, как НАМ хочется, здесь мы в полной
безопасности. Если б даже король двину против нас все свои силы и его войска
окружили наш замок, мало ли есть у нас скрытых выходов и тайных тропинок? Мы
всегда  сможем спастись. И не об этом я тревожусь. Ваша клятва отправиться в
заморское путешествие -- вот что меня огорчает. Что будет с нами без вас
     -- Милая моя женушка!-- рассмеялся Рейнеке.-- НЕ печалься! Знай страшно
не  клясться, а страшно попасться! Один мудрый священник сказал мне однажды,
что клятва по принуждению недорого  стоит.  И  мне  лично  начхать  на  свою
благочестивую клятву! В так называемых  святы  местах, в Риме и  Иерусалиме,
мне делать нечего. Поэтому я туда и не пойду, несмотря на все свои обещания.
Ты  права -- места  лучше, чем  здесь, я нигде не найду. Король мне, правда,
постарается  задать перца,  но,  как он ни могуч,  я, бог даст,  исхитрюсь и
снова нахлобучу  дурацкий  колпак  на его венценосную голову. Он еще у  меня
узнает, где рак зимуют! Уж ты мне поверь!..
     Но тут за воротами нетерпеливо заблеял баран Бэллин:
     -- Лямпе! Что вы там застряли? Пора отправляться  обратно! Услышав  его
призыв, Рейнеке поспешно выскочил из замка.
     -- Милый мой Бэллин!-- воскликнул  он.--  Лямпе просит у вас извинения:
он  счастлив  побеседовать  подольше с тетушкой  Эрмелиной и просит  вас  не
обижаться  на это. Не нарушайте радость их  встречи ступайте себе  не  спеша
обратно.
     -- Но,-- возразил Бэллин,-- я слышал крики.  Лямпе звал меня  к помощь.
Что вы там с ним сделали?
     -- Вы ошиблись,  мой милый,-- ответил  Рейнеке. --  Как  только сообщил
жене  о  своем пилигримстве,  бедняжка от горя  потеряла сознание. Тут Лямпе
перепугался и в ужасе  закричал: "Бэллин, спасите! Скорее! Тетушке нехорошо!
Боюсь, что она не очнется!"
     --  Мне помнится, --  усомнился  Бэллин, --  что  Лямпе  кричал  что-то
другое... И как-то особенно страшно...
     -- Да что вы! Ни один волосок на нем не пострадал, -- уверял рыжи плут.
-- Пусть меня постигнет любое несчастье, если это не  так, -- поклялся он.--
Но поговорим лучше о более важном деле. Государь  поручи  мне вчера написать
ему из дому несколько писем и высказать в них мое мнение по некоторым важным
вопросам. Может быть, дорогой друг, вы согласитесь доставить эти письма? Они
уже  готовы: пока Лямпе и тетушка  Эрмелина приятно беседовали,  я  успел их
написать...




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1261 сек.