Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Маркович Дан - Предчувствие беды

Скачать Маркович Дан - Предчувствие беды



     ***
     Мне говорят, как вы можете сравнивать, живое и неживое...
     Но картины для меня  живые существа,  я думаю, они не  менее живы, чем,
скажем,  деревья... Я представляю, как трудно  будет  с  ними  расставаться,
когда придет мое время. И они ближе  мне, чем  растения... они как мои дети,
хотя зачастую намного  старше меня.  С ними  у меня гораздо  больше  общего,
представьте, что  деревья обладают разумом,  нашлись  бы у нас  с ними общие
интересы?.. Сильно сомневаюсь. А с картинами есть о чем поговорить...
     Но разве  не странно иметь в  доме  тысячу лет живущее существо,  зачем
собирать картины, если есть музеи?.. что за страсть такая?..
     Обладание  ценными вещами  меня не  привлекает.  Увлечение  началось  с
вопросов. Что в этих изображениях такого, на что я не решился, не  сумел или
побоялся  сказать сам?.. Чего же я лишен, черт возьми!.. Не в выучке дело, я
упорно  учился, причем в  сознательном  возрасте... копировал,  дрессировали
меня  нещадно...  Вышел на волю  -  и полный паралич!  С  натуры  скучно, по
воображению не получается... Вопросы  бьются в голове, хочется иметь  ответы
перед глазами. Бывает, проснешься  ночью, встанешь,  подойдешь к  висящим на
стене картинам... как будто  стараешься застать врасплох,  чтобы выдали свою
тайну.  Никаких тайн,  все на  виду,  чем  лучше  сделано,  тем  бесполезней
спрашивать.
     Так ничего и не понял, зато картины полюбил.
     Со  временем  привык  к  собственной  неспособности, почти  успокоился,
оказался талантлив в ином  деле, оно полуискусство, ручной труд, и утвердило
меня  в жизни,  ведь  каждый  ищет  свою нишу, если  не родную,  то хотя  бы
приемлемую.  Я нашел  такую,  свою хирургию любил и уважал.  Но без страсти.
Страсти не было. Может,  к лучшему, разумные люди опасны, когда их побеждает
страсть, они становятся маньяками, мне говорили...
     И  все  равно  оказался  маньяк, хоть и  не решился  писать картины, но
пристрастился к коллекционированию.  Начал с исследования да рассматривания,
а кончил глубокой привязанностью.

     ***
     Конечно,  без  любви и привязанности  тяжко... но чтобы выжить нужны не
высокие  материи, а что-то очень простое. Так  меня  учили с детства, и даже
перестарались. Если б я был посмелей... А я жил по своим несложным правилам,
глубоких  истин не  искал,  усердно  чинил потрепанную  кожу  знаменитостей,
боролся с чужими  складками и морщинами... гонялся  за  картинами...  Помимо
интереса  и  понимания, в  этом  деле приземленные правила  важны,  денежные
хитрости, связи,  а  как  же... Во  всем  этом варился  годами...  Оглянулся
несколько  лет  тому назад,  вижу,  заброшен  в  современность  из  далекого
прошлого, и, можно сказать, обречен - слишком быстро изменился климат жизни,
этого  и  мамонты   не   выдержали  бы...  Отношение  к   культуре,   камень
преткновения,  она  для  людей  моего круга  не  забава,  не десерт,  к чему
склоняется сегодняшнее поколение, а самая глубокая реальность.
     Потерял почву под ногами, это подкосило меня.
     Как-то  сидел в  своем кресле  перед  осенним небом... прошлой  осенью,
да... Мигеля  больше  нет, новых картин не будет. Жизнь катилась в  холод  и
темноту... И я подумал, не  хватит ли... стоит ли ждать боли и маразма?.. На
глубокие  истины не  претендую, но в  общих чертах понял, как все  устроено,
чего ждать от себя, от людей, от  всего живого мира, с которым связан... Тем
более, как медик,  имею  все  возможности безболезненно удалиться.  Бога  не
боюсь, готов распорядиться собой, как сочту нужным...

     ***
     Нет,   кое-какой  интерес  еще  остался,  и  главное,  привязанность  к
искусству... без нее, наверное, не  выжил  бы...  Спокойные домашние вечера,
рассматривание изображений...  это немало... Да  и  надежда еще есть - через
глухоту и пустоту протянуть руку будущим разумным существам,  не отравленным
нынешней барахолкой.  Как по-другому  назовешь то,  что процветает в  мире -
блошиный  рынок, барахолка... А вот  придут  ли  те, кто захочет оглянуться,
соединить разорванные нити?..
     Я не люблю выкрики, споры, высокомерие якобы "новых", болтовню о школах
и  направлениях,  хлеб  искусствоведов...  Но если  разобраться,  имею  свои
пристрастия. Мое собрание сложилось постепенно и незаметно, строилось как бы
изнутри меня, я искал все, что вызывало во мне сильный и моментальный ответ,
собирал  то, что  тревожит, будоражит, и  тут же входит в жизнь. Словно свою
дорогую вещь находишь среди чужого хлама. Неважно, что послужило поводом для
изображения - сюжет, детали отступают, с ними отходят на задний план красоты
цвета, фактура, композиционные изыски... Что же остается?
     Мне важно,  чтобы в картинах с  особой  силой  было выражено внутреннее
состояние  художника.  Не  мимолетное впечатление импрессионизма, а  чувство
устойчивое  и  долговременное, его-то я и  называю Состоянием. Остановленный
момент  внутреннего  переживания.  В   сущности,  сама  жизнь  мне   кажется
перетеканием в  ряду  внутренних состояний.  Картинки позволяют  пройтись по
собственным следам, и я  с все чаще  ухожу  к себе,  в тишине смотрю простые
изображения, старые рисунки...
     Отталкиваясь от них, я начинаю плыть по цепочкам своих воспоминаний.
     Живопись  Состояний  моя  страсть. Цепь  перетекающих  состояний -  моя
жизнь.

     ***
     Но как ни старайся, мы эту цепь не выбираем - состояния выбирают нас.
     А  в шестнадцать  я  хотел  все выбирать  сам, дойти до  истин, и  свои
чувства  разумно  направлять. Оттого и пошел на  медицинский, днями и ночами
зубрил, резал трупы... никакой тебе личной  жизни и увлечений,  два года как
один  долгий день... И  как только появилась  рядом мордашка, не  разбираясь
женился,  вот  и  "разумно  направил  свои чувства"... Так бывает  с  людьми
отвлеченными от конкретной жизни - влип. На третьем  курсе...  время надежд,
шестидесятые... люди связаны были недавним страхом,  бедностью, теснотой, но
теплей, душевней было, искренней, что ли, чем сейчас... так не толкались, не
суетились... Никто не думал о семье всерьез, с большой ответственностью, все
больше "как-нибудь..." Повсеместное чувство облегчения после прошлого, войны
и лагерных ужасов - "теперь-то ничего, теперь хорошо... уж как-нибудь..."
     А через  год  развелся,  детей к  счастью  не  получилось. Нужны опыт и
время,  чтобы понять свои интересы и пристрастия. Сначала  обманываешь  себя
общими представлениями о жизни, в юности хочется влиться в общий поток, или,
как говорят, "понять жизнь"... я не избежал этого, и прочих обманов времени,
и  всех разочарований. Потом  стал  искать свои  пути,  чтобы  в несвободной
стране остаться свободным. Если  всерьез подходить,  то нет никакой свободы,
но  если смотришь  веселей  и проще, то можно найти  вкус жизни даже в самом
закрытом обществе.  Вкус одиночества!.. Я  эгоист, одному  мне лучше, легче,
свободней,  у  меня  свои  ходы  по  жизни,  чтобы   всерьез  ни  с  кем  не
сталкиваться. Не выношу толкучки, соревнований, насильственных  столкновений
лбами,  встреч,  которых  не можешь  избежать...  Откуда  я  такой, не знаю,
видимо, по своей генетике одиночка, хотя в  то же время деятельный  человек.
Сколько помню,  был предоставлен самому  себе... А когда начался мой роман с
живописью... это особая жизнь,  уходишь в нее, все остальное тогда отходит и
бледнеет.
     Живи я в  иное  время, был  бы общительней и мягче, не  сомневаюсь.  И,
наверное,  так не  относился  бы к своему дому  -  как к убежищу.  А в эпоху
перемен нужны  берлоги  да тайники...  Следуя этому убеждению, я  купил дом,
квартиру  на  Чистых Прудах,  построил убежище за  городом...  Бывает  время
убийц, тогда не скроешься, теперь время воров и хамов, выжить можно, правда,
с чувством блевотины во рту, но жизни  это не  угрожает, главное, иметь свой
угол. Без него я бы пропал, совсем пропал. И без медицины, что бы я делал?..
а ведь нос воротил, мечтал переметнуться в  свободные художники... Профессия
оставляет мне  время, я даже не  каждый  день занят,  и  долгие  часы  сижу,
разглядываю  любимый  хлам  -  английские   акварели,  голландский  рисунок,
немецкие  миниатюрки  маслом на  бумаге,  это  прелесть...  Разве  жизнь  не
доказывает ежечасно, что ей не нужна подобная чепуха? Вот мы, такие как я, и
разбежались  по  норам,  встретимся   -  шепчем  друг  другу  -  "пройдет...
вернется..." Ничто  не  вернется, глубокому искусству  пришел  конец, вместо
культуры   свалка  крикливых   ничтожеств,   ярмарка  тщеславия,  забавы  на
потребу...

     ***
     Может, и  не вернется, но надежда-то осталась... Если б не  надежда, не
нашел бы я своего Мигеля.
     А на днях  сосед уговорил  пойти, посмотреть гения  современности. "Без
очереди  проведу..."  Роскошные залы,  в центре  столицы,  народ  валит... Я
только глянул от  дверей,  подойти не  смог,  сослался  на внезапную  боль в
груди... торопясь ушел. Шлемы да мечи, грубый пошлый цвет, каменные челюсти,
маскарадные   красотки,   олицетворяющие   национальный   дух...   И   домой
возвращаться  не хотелось,  потянуло  взглянуть  на домик  свой. Там  теперь
чужие,  мне  делать  нечего,  но  с  местом  многое  связано,  и вот  иногда
подкрадываюсь, смотрю из-за  сосны,  которую  посадил  сам...  В  пригороде,
недалеко  от  вилл  больших начальников. Я  сдаю дипломатам, на это безбедно
существую.  Немного  легче стало,  пришел  домой на  Пруды, пил кофе, сидя в
кресле у  окна...  За  мной  на  стене Мигель,  молчаливые улочки  города, в
котором все оставлено и ничто не забыто, а вернуться - некуда вернуться. Мне
не надо на них смотреть, знаю, они смотрят на меня, и спокоен, сижу и глазею
в небо. Обожаю высоту...

     ***
     А  в те  дни перед  поездкой... тоже  душное лето, даже не верится, год
прошел...
     Все  ночи спал в своем  убежище  на  окраине,  полчаса  на автобусе  от
последней  остановки  метро, не скажу какой... проход между двумя пустующими
заводами, один неживой, второй  еле теплится.  Участок,  огороженный высокой
проволочной  изгородью, в  глубине кирпичное  строение  в  два этажа, раньше
здесь был ремонт  машин.  Дом  я купил, даже бомжи не хотели жить, настолько
продут ветрами и обчищен. Но  я и не  пытался обустроить, все  мое глубоко в
земле. Вход ко мне никто  не знал,  массивная тумба,  на ней когда-то стояла
одной ногой доска почета. Тумба легко поворачивается, если,  конечно, знаешь
тонкости, под ней несколько ступенек вниз, и перед вами бронированная дверь.
Кодовый  замок,  два  поворота ключа,  и  я  у  себя,  60  метров  тишины  и
безопасности.
     В  восьмидесятые я был  уже богатый  человек,  нанял бригаду  мастеров,
провели  сюда  свет, тепло,  все удобства, воду...  благо под  домом  многое
сохранилось,  бывший  гараж. Здесь  у  меня был комфорт, но  без  излишеств,
всегда одинаково и  спокойно. Мне нужно,  чтобы жизнь хотя  бы в  одном моем
углу стояла  на месте,  без изменений день за  днем, год за годом... иначе в
моей стране жить невозможно, а  другой знать не хочу. А в молодости мечтал о
разрывах,  разломах... Теперь бы только оставили в  покое...  и чтобы всегда
один и тот же вид на стене перед кроватью... Спальня, кровать, торшер, полка
с  любимыми книгами,  я много  читаю...  оказывается,  и не  такие  еще были
времена, это успокаивает... Кухня... и большое помещение, хранилище  картин,
полки,  на  них  папки  с   рисунками,  по  стенам   холсты...   натюрморты,
голландцы...
     Построил  вовремя,  все  чаще  приезжал,  забирался  надолго.   Желание
исчезнуть с лица земли, да, возникало... Но не "холодным сном могилы", а вот
так закапываться в свою удобную и теплую нору, исчезать  и появляться, когда
хочу и где хочу. Иногда думаю, что в  пятьдесят с хвостиком, да при отличном
здоровьи...  не  должно  быть  таких  мотивов, но  кто сейчас веселится?.. -
мерзавцы и дураки.
     Вернулся  от  Мигеля, все потерял  -  и  коллекцию,  и тайное  убежище.
Говорить не хочется, как-нибудь потом... Главное жив, сохранил интересы, что
похоже на  чудо... даже спокойно  сплю, на рассвете воскресаю, сижу  в своей
квартире на  Прудах,  пью  кофе, смотрю в  небо, слушаю  шаги  на  лестнице,
перебранку в глубине двора... еду в автобусе, потом в метро, люблю ездить  в
толпе... встречаюсь с немногими, говорю,  смеюсь, хожу  к художникам, терплю
их глупые разговоры, иногда покупаю, и  снова  исчезаю. А  потом появляюсь в
больничном  коридоре, белый халат,  шапочка, звякание  инструментов... здесь
по-прежнему мой второй мир.
     Но что-то безвозвратно сломано после возвращения... чувствую, никогда к
прежнему состоянию не вернусь.  Что скрывать, раньше я жил легко,  несколько
удач, неудач, к которым одинаково привык... всегда свой угол, кофе по утрам,
картины,  картины...  удовольствие  от  мастерства  своих  рук...  Обычно  к
пятидесяти годам, если не  совсем дурак, все  печальное и страшное можно уже
предвидеть,  но  человек  так  устроен,  что  умеет  ускользать,  и  по мере
приближения  границы света и  тени, переползать к свету. Вот и я  ускользал,
ускользал... а теперь попался, и чувствую, что навсегда.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0949 сек.