Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Тюрин Александр, Щеголев Александр - Сеть (историческая драма)

Скачать Тюрин Александр, Щеголев Александр - Сеть (историческая драма)



                                    33

     Время  18:55.  Реконструкция  телефонного  разговора.   Смысловая   и
лексическая вероятность - прежние.

     - Тарас Григорьевич,  хорошего  вам  вечера.  Вы  мне  прощайте,  что
беспокою после такого тяжелого дня, но...
     - Кто это?
     - Це же я, Горобец! Ваш друг из Москвы.
     - Чем обязан... друг?
     - Да вот, хотел разведать, хе-хе... кто из ваших референтов  на  этот
раз отличился по части диверсий.
     - Я заметил, Алексей Опанасович, вы всегда веселитесь,  когда  другим
хреново. Ну откуда я могу знать, кто  уничтожил  копию  нашего  дублера  в
вашем, подчеркиваю - в вашем сетевом хранилище?
     - О! Дивлюсь я, вы все мои  думки  разгадываете,  Тарас  Григорьевич.
Действительно, кто?  Инструкции  в  моем,  подчеркиваю  -  моем  хранилище
выполняются  свято.  Впрочем,  мы  не  скрываем,  что  инструкции   трошки
устарели. Они сочинялись в то время, когда информацию на джай-пакете можно
было спортить тильки ломом... Знаете же, какие хитрые штучки  придуманы  в
западных ОСИНах - за щеку можно сховать,  а  пшикнет,  и  накрылась  целая
полка. Жаль, что мы  не  имеем  таких  прав,  чтобы  досматривать  каждого
посетителя.
     - Алексей Опанасович, с чего вы взяли, что диверсант проник извне?  А
мне почему-то кажется - он ваш, родной, сетевой сиськой вскормленный.
     - Принимаю, принимаю, в семье бывает не без урода. Вот, к примеру,  у
вас-то в Комиссии нашлись злодюги...
     -  Простите  меня,  старика,  но  я  ужинать  собрался.  Режим,  сами
понимаете. Я вам скажу так:  оправдываться  вы  всегда  умели.  Но  должен
заметить, что этот досадный инцидент в очередной раз  развенчивает  миф  о
свойственном ГСУ порядке. Я думаю, товарищи наверху со мной согласятся.
     - Товарищи наверху слухают нас всех, но слышат тильки факты. А  факты
дюже просты - в вашем ведомстве одно за другим производятся два  покушения
на дублера. В первом разе это сделал ваш референт, а? Мабуть, и во  второй
раз замешан хлопец, хорошо знакомый с работой Комиссии. А у  нас-то  всего
грехов - инструкции худые, да начальник смены харю заспал, дубина.  Я  все
это к тому говорю, что не надо торопиться с громкими выводами.
     - Я вас понял, мой московский друг... которого я никогда  не  забуду,
как поется в одной хорошей песне. Пока я не буду торопиться с выводами, вы
состряпаете версию о заговоре в Комиссии? Давайте говорить прямо,  Алексей
Опанасович. Из нас двоих на стуле усидит один. Чтобы дискредитировать нашу
рекомендацию, вам надо дискредитировать нас. Так?
     - Який вы резкий, Тарас Григорьевич!  Значит,  думаете,  Боливару  не
снести двоих? А ведь я ваш любимый ученик.
     - Да уж, помню. И зачем только я вас выдвигал в министры? Работали бы
сейчас у меня референтом вместо Брука, тоже, может быть, разъезжали бы  по
ночам в чужих автомобилях.
     - Боюсь, Тарас Григорьевич, я  бы  так  просто  не  разбился.  Обычно
разбиваются об меня. Еще раз прощайте, что  мешаю  государственному  делу.
Никак не можу вам сообщить головную причину своего звонка. Я тут  дознался
до одной новости. Оказывается, вашими диверсиями все это время  занимается
и отдел надзора управления ОСИН. Люди кажут  -  они  там  довольны,  много
интересного раскопали. Предупреждаю по-сыновьи.
     - Отдел надзора? А при чем здесь...
     - Ну, добре, не буду мешать. Кушайте.
     - Хватов ничего не говорил! Кто конкретно занимается этим?
     - Приятного аппетита, Тарас  Григорьевич.  Режим  есть  режим,  я  же
понимаю.
     ОТКЛЮЧЕНИЕ АБОНЕНТА "ГОРОБЕЦ".
     КОНЕЦ РЕКОНСТРУКЦИИ.



                             Комментарий N_16

     По   указанию   Шкурко   полковник    Хватов    произвел    инспекцию
Северо-Западного филиала сетевого  хранилища.  Выяснилось,  что  спонтанно
возникшие опасения подтвердились:  копия  дублера  Комиссии  действительно
оказалась приведенной в негодность.  Пока  Денис  Павлович  возвращался  в
институт, грянула новая  беда.  Нападению  уже  подвергся  рабочий  дублер
Комиссии,  восстановленный  самоотверженным  трудом  многих  специалистов.
Кто-то яростно пытался разрушить основу  будущих  экономических  побед,  и
лишь  предусмотрительность  сотрудников  институтского  Центра   обработки
информации предотвратила худшее. Обстановка накалилась до предела.
     Но полковник Хватов вновь был  на  посту  -  за  терминалом  в  своем
кабинете.



                                    34

     Время 19:10. Фонограмма личного разговора. Из архива Управления ОСИН.
Запись произведена полковником Жижей.

     - Добрый вечер. Вы - полковник Хватов?
     - Я. Вы по какому делу?
     - По-вашему. Полковник Жижа, из отдела надзора.
     - О-о... Коллега? По нашему делу, если не ошибаюсь. Только-только мне
сообщили, что грозная инстанция решила меня проверить. Может,  вам  хватит
моего дублера?
     - Нас интересует не столько дублер, сколько ваша работа. В том  числе
с дублером.
     - Извините, но  у  меня  очень  мало  времени.  Завтра  я  представлю
отчет...
     - Боюсь, завтра вы не сможете этого сделать.
     - Я не понимаю, к чему такая спешка, полковник?.. Простите,  как  вас
по имени-отчеству?
     - Моя фамилия Жижа.
     - Я вынужден связаться с вашим начальством, Жижа.
     - Попробуйте, Хватов.
     - ...тьфу, зараза! Что с телефоном?
     - Неужели не работает? Ах, какая жалость.
     - Так. Терминал вы тоже перекрыли... Знаете что, пожалуй, я аккуратно
вышвырну вас из кабинета.
     - Сержант! Загляни-ка сюда!
     - Звали, господин полковник?
     - От двери не отлучаться. Даже в туалет. И прислушиваться.
     - Э-э, коллега, так вы, оказывается, с приятелем пришли? Пускай и  он
заходит, чего под дверями маяться. Если, конечно, по габаритам пройдет.
     - Сержант Крутых здесь по долгу службы. А с вами разговор  непростой,
конфиденциальный.
     - Послушайте, полковник Жижа, я ничего не понимаю.  Вы  что,  явились
меня арестовывать?
     - Знаете, я бы арестовал, если честно. Но ордера у меня нет.
     - А что у вас есть?
     - Вот мое удостоверение, ознакомьтесь.
     - А-а... Кажется, с вами что-то проясняется, коллега.  У  меня  сразу
ваша фамилия какие-то нехорошие  ассоциации  вызвала.  Если  не  ошибаюсь,
бывший представитель ОСИН при штаб-квартире ГСУ? Можно  сказать,  адъютант
его превосходительства товарища Горобца?
     - Вы не поняли? Я сейчас работаю в отделе надзора.
     - Но неформальные связи-то остались,  конечно?  Впрочем,  с  Алексеем
Опанасовичем трудно не подружиться. Завидую.
     - Давайте без фантазий. Этим делом я занимаюсь по приказу  начальника
отдела. Вы обязаны знать, что отдел время от времени проводит  собственные
параллельные расследования. Так что, место моей предыдущей работы  вас  не
должно беспокоить.
     - Ага, понятно. Ведете расследование. На пару с тонким  аналитиком  -
вашим сержантом... как его? Крутых.
     - Успокойтесь, Хватов, зачем так нервничать?  Кстати,  насчет  вашего
телефона  и  терминала.  Просто  пришлось  срочно  проверить   техническое
состояние каналов связи, но к концу нашей беседы, я  думаю,  проверка  уже
закончится.
     - Трогательная забота... У вас, кроме намеков, есть что-нибудь  более
внятное, уважаемый Жижа?
     - К сожалению, есть. Поначалу меня удивила ваша небрежность в ведении
дела, потому что по данным оперативного архива вы значитесь, как  работник
высокой  квалификации.  Например,  вы   ограничили   свое   знакомство   с
происшествием на хордовом шоссе, я имею в виду аварию, запросом справочной
службы. Не побеседовали с сотрудниками ГАИ, непосредственно  занимавшимися
аварией. А это немаловажно, ведь не у всех же гаишников мнение совпадает с
официальными записями. Далее. Не проявили законного интереса  к  владельцу
сгоревшего автомобиля Нгомо Андрею Уильямовичу и  его  взаимоотношениям  с
Бруком.  Явно  промедлили  с  заявкой  на  установку  "Капкан-2".   Только
предусмотрительность  господина  Шкурко  спасла   дублер   от   повторного
уничтожения.  Список  упущений  можно  продлить.  Не  слишком  ли  ослабла
бдительность у офицера Хватова? Была еще одна странная особенность.  После
16 часов вы ни разу не запросили своего должностного дублера. Может  быть,
расслабились в углу на диванчике? Согласитесь, это не  могло  не  привлечь
моего внимания к вашим методам работы.
     - Браво, полковник! Блистательная речь,  достойная  уст  генерального
прокурора. Вышинский аплодирует из урны. Даже жаль, что все это не имеет к
моей деятельности никакого отношения. Боюсь, я вас разочарую...
     - А вы не бойтесь, Денис Павлович. Я с  удовольствием  послушаю  вашу
версию.
     - Рад насытить ваше юношеское любопытство. Во-первых, я работаю не  в
личном приусадебном хозяйстве, где принято все  делать  самому.  У  нас  в
органах, если вы запамятовали, разделение  труда.  Признаюсь  без  ложного
стыда, что так же мало понимаю в авариях, как  друзья  из  ГАИ  в  сетевом
программировании. А личные мнения в сеть не поступают и моим  дублером  не
обрабатываются.  Вы  что,  Жижа,  личные  мнения  ставите   выше   сетевой
информации? Слышал бы вас маэстро Горобец!.. Пункт второй - Нгомо.  Данные
на этого юношу не дали мне никаких оснований для допроса. А  если  у  вас,
коллега, есть на него что-нибудь остренькое, то  вам  правильнее  было  бы
передать мне эту информацию, чем по хлопку Горобца бросаться рыть Комиссии
яму. И последнее. "Капкан-2" вы поставили на меня, но угодили в него сами.
Вынужден огорчить - я дал заявку на подключение дублера  Комиссии  к  этой
системе  абсолютно  своевременно.   Сразу,   как   получил   сообщение   о
восстановлении программного ядра. Разве можно было подключить к защите то,
чего нет? Если да, научите. Кстати, вы помните, что я работал  всего  один
день?
     - Ну допустим, допустим. Не будем сейчас обсуждать нюансы. Я хотел бы
задать  вам  несколько  вопросов  относительно  последнего   этапа   вашей
сегодняшней деятельности. А для чего я их задаю - объясню попозже.
     - Попозже это станет ясно и без объяснений.
     - При вашей сообразительности, не сомневаюсь. Для начала: вы по своей
инициативе производили инспекцию в сетевом хранилище?
     - Нет, меня направил Шкурко.
     - Прибыв на место, вы сразу обратились  к  начальнику  смены  или  по
каким-то причинам промедлили?
     - Когда я прибыл в хранилище, на часах в вестибюле было 17:39.  Около
трех минут мне потребовалось, чтобы пройти проверку на вахте  и  подняться
на 10-й этаж в наш сектор.
     - На какой машине вы поехали в сетевое хранилище?
     - Служебным транспортом не пользуюсь, у меня есть свой. Марку и номер
машины вы, по-видимому, знаете.
     - Вы часто превышаете допустимую скорость движения, когда торопитесь?
     - Странный вопрос. Пока не ловили, значит,  либо  не  превышаю,  либо
никогда не тороплюсь.
     - Каким маршрутом вы ехали до хранилища и обратно?
     -  Обычным  маршрутом.  По  проспекту  Николая  Вознесенского,  через
площадь фон Нейманна, по переулку Ленинградских фантастов... и так далее.
     - Вы имеете  средства  особого  воздействия  на  физические  носители
информации?
     - Ага! Наконец-то!.. Наконец-то я понял, что вы хотели объяснить  мне
"попозже". В вашей голове созрела изящная догадка о том, как ниндзя Хватов
с помощью липких пальцев забрался по стене небоскреба на 10-й этаж, проник
в форточку, привел в негодность джай-пакет,  затем  спустился  и  вошел  в
дверь - уже ревизором. И все это за пару минут, потому что ему  еще  нужно
было доехать из другого конца района. Угадал?
     - Хорошо, что вы не  стали  отпираться,  Денис  Павлович.  Так  какие
средства особого воздействия у вас есть?
     - Ботинок. Знаете, если надеть его на ногу, размахнуться...
     - Я вижу вашу психологию насквозь, полковник  Хватов.  Вы  полагаете,
что ничего  доказать  я  не  могу,  и  поэтому  веселитесь  в  мой  адрес.
Сомневаюсь, что вы будете веселиться по-прежнему, когда  я  расскажу,  как
было на самом  деле.  В  17:40  вы  действительно  добрались  до  сетевого
хранилища, но только не в своем автомобиле, а в чужом. И ехали  вы  совсем
другим маршрутом, далеко не кратчайшим. На улице программиста  Сердюка  вы
сделали пересадку, угнав машину у  гражданина  Кудрика,  который  беспечно
находился в общественном туалете. Ни по какой  стене,  безусловно,  вы  не
лезли, а поступили гораздо разумнее.  Облучили  джай-пакет  именно  в  тот
момент, когда его нашли для вас и  предъявили  к  проверке.  Вам  даже  не
пришлось самолично рыскать по стеллажам. Чудовищное коварство, Хватов.  На
обратном пути вы из угнанного автомобиля запустили  программу  уничтожения
дублера Комиссии, тем самым сваливая вину на невиновного  человека.  Потом
снова поменяли автомашину на улице программиста Сердюка и  возвратились  в
институт, как ни в чем не бывало.
     - Ну и  фантазеры  работают  в  отделе  надзора!  Или  мистики?  Как,
по-вашему, я мог запороть джай-пакет под прессом беспокойных взглядов трех
служителей?
     - Не "как", а "чем", гражданин Хватов. У вас был с собой диверсионный
мазер, а привести его в действие не представило бы  труда.  Насколько  мне
известно,  такие  штуки  давно  начали  мастерить  умельцы   из   "Отрядов
гуманизации".  Кстати,  о  мазере,  который  лежит   в   бардачке   вашего
автомобиля...
     - Вы что, вскрывали мою машину?!
     - Этого нам не нужно. Машина у вас современная,  пластиковая.  Мы  ее
просветили,   сфотографировали   улику,   дверцу    не    трогали,    даже
запломбировали, чтобы вы нас не обвинили во взломе. Представляю,  как  вам
сейчас обидно. Не спрятали злосчастную игрушку,  не  выбросили,  наверное,
были уверены, что еще успеете...
     - Ну, есть у меня маломощный мазер! Приятель из  оперативного  отдела
подарил. Проступок небольшой, как вы понимаете. Тем более, хранение  таких
генераторов не запрещено законом. Я его использую в медицинских  целях,  в
частности, для волновой чжень-цзю терапии.
     - Не понял. Какой зю... терапии?
     - Что-то вроде точечного самомассажа. От остеохондроза,  от  головной
боли. Возраст берет свое. А вы чем пользуетесь, коллега?
     - Я занимаюсь спортом, Хватов. К сожалению, ваша терапия не исключает
применения прибора в  неблаговидных  целях.  Почему-то  мне  кажется,  что
экспертиза со мной согласится. Кстати, вы сами-то спортом не  занимаетесь?
Например, автомобильным?
     - Я не любитель острых ощущений, Жижа. В отличие от вас. Знаете, ваши
нелепые обвинения и версии меня даже не возмущают.  Мой  совет:  если  вам
жалко от них отказаться, напишите  сценарий  для  какой-нибудь  киностудии
попроще.
     - Ну почему же попроще, Денис Павлович?  Сцена  автомобильной  гонки,
которую вы устроили, украсит любой боевик. И как в любом хорошем  боевике,
злодей прокалывается  на  мелочи.  Пытаясь  преодолеть  значительно  более
длинный путь за имеющееся в его распоряжении время, он постоянно превышает
скорость. А на одной из точек маршрута автоматический регистратор ГАИ,  не
в пример обычному,  оказывается  исправен  и  фотографирует  провинившуюся
машину. Снимок поступает в оперативный архив ГАИ, откуда его и вылавливает
дублер коллективного пользования Балтийского РУВД, запрашиваемый капитаном
Саловым. Капитан Салов, который, как вы помните, ведет дело об угоне  этой
машины, знает, что ею  интересуется  и  ОСИН.  Он  передает  информацию  в
Управление. То есть, непосредственно мне.  На  снимке  хорошо  видно  лицо
водителя, и мой дублер без труда распознает его... Вам нездоровится, Денис
Павлович? Что-то мне не нравится ваш  вид...  Надеюсь,  теперь  ясно,  что
отвести от себя обвинение в  нанесении  ущерба  сетевому  хранилищу  будет
несколько затруднительно. А также - в попытке уничтожить  восстановленного
дублера Комиссии.
     - Зачем вы пришли?
     -  Как  зачем?   Хотел   познакомиться,   побеседовать   с   вами   в
непринужденной обстановке. Потом ведь допросы начнутся.  Когда  еще  такая
возможность представится? Собирайтесь, Денис Павлович,  возьмите  с  собой
все, что считаете нужным.
     - Так есть у вас санкция или нет?
     - Завтра получу. Ввиду чрезвычайных обстоятельств я вас задерживаю до
утра, а там начальство решит. Это нарушение, не спорю, но карать строго за
него не будут.
     - Хорошо, я поеду. Только не с вами. И не сейчас.
     - Полковник Хватов, вы хотите, чтобы я  попросил  помощи  у  сержанта
Крутых?
     - Вас послушаешь, полковник Жижа, то я как волк,  а  вы  -  козленок.
Хотя из нас двоих плотоядный - вы. Короче,  у  меня  просьба,  коллега.  Я
кое-что расскажу, а уж дальше поступайте, как знаете.
     - Конечно, Хватов. Я же сам предложил вам побеседовать.
     - Знакомы ли вы с предварительными выводами Комиссии?
     -  Мне  ли  не  знать  ваших  выводов?  Обман  Сети,   информационная
избыточность, вторая централизация... Короче, кругом виновато ГСУ.
     - Можно еще вопрос?  Согласны  ли  вы  с  необходимостью  комплексной
децентрализации?
     -  Слушайте,  Хватов,  я  думал,  вы  осознали  всю  тяжесть   своего
положения, и вдруг - грубить продолжаете.
     - Да  не  грублю  я,  а  просто  хочу  объяснить  вам  свои   мотивы!
Извините... не знаю вашего имени-отчества... что  же  поделать,  если  мои
мотивы непосредственно связаны  с  теоретическим  обоснованием  тех  самых
выводов!  Дело  в  том,  что  Ивана  Альбертовича  Брука   поразила   одна
малоприятная  догадка  -  итоговое  заседание  Комиссии,  которое   должно
состояться завтра, ничуть не послужит улучшению экономической  ситуации  в
стране. Концепция информационной децентрализации предусматривает, как вам,
конечно, известно, разукрупнить глобальные  дублеры  и  впредь  полагаться
только на местные системы обработки информации. При этом Комиссия во главе
со своим "шептуном" не учла маленькую  деталь.  Централизация  сохранится,
только станет она не "сквозной", как сейчас, а "точечной". Понимаете,  это
неизбежно,   так   как   основа   компьютерной   централизации   останется
неприкосновенной!
     - Ну-ну, теоретики с большой дороги... Вы закончили?
     - Потерпите еще немного. К сожалению, эта "основа" касается нас всех.
Принимая даже самое элементарное решение,  нормальный  человек  испытывает
целый набор разнообразных страхов, что, в конечном  счете,  ведет  его  по
пути наименьшего  сопротивления.  То  есть,  по  возможности,  решение  не
принимается вообще...




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0942 сек.