Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Приключения

Дюма Александр - Паскаль Бруно

Скачать Дюма Александр - Паскаль Бруно



     Дверь захлопнулась словно  по  мановению  волшебной  палочки;  победные
крики сменились  криками  ужаса;  раздался  топот  множества  ног  по  узкой
лестнице; несколько солдат выскочили из окон; всем этим людям казалось,  что
почва колеблется у них под ногами.  Спустя  каких-нибудь  пять  минут  Бруно
снова оказался хозяином крепости, что до  мальтийца,  то  он  воспользовался
случаем, чтобы сбежать.
     Не  слыша  более  шума,  Паскаль  подошел  к   окну:   осада   крепости
превратилась в блокаду, против всех ее входов  были  установлены  сторожевые
посты, солдаты  укрылись  за  бочками  и  повозками.  Очевидно,  был  принят
какой-то новый план кампании.
     - Они хотят, верно, взять нас измором, - проговорил Бруно.
     - У, собаки! - выругался Али.
     - Не оскорбляй несчастных животных: они  погибли,  защищая  меня,  -  с
улыбкой заметил Бруно, - и не называй людей иначе, чем "люди".
     - Отец! - воскликнул Али.
     - Что случилось?
     - Видишь?
     - Нет.
     - Вон там, светлая полоса?..
     - В самом деле, что бы это значило?.. До рассвета еще  далеко.  К  тому
же свет этот на севере, а не на востоке.
     - Деревня горит, - сказал Али.
     - Проклятие! Неужто правда?
     В эту минуту издали донеслись крики отчаяния... Бруно бросился к  двери
и оказался лицом к лицу с мальтийцем.
     - Это вы, командор? - воскликнул он.
     - Да, да, я... собственной  персоной...  Смотрите  не  ошибитесь  и  не
примите меня за кого-нибудь другого. Я ваш друг.
     - Добро пожаловать. Что там происходит?
     - Видите ли, отчаявшись захватить  вас,  начальство  приказало  поджечь
деревню. Пожар потушат лишь  тогда,  когда  крестьяне  согласятся  выступить
против вас. Властям осточертела вся эта канитель.
     - Ну а крестьяне?
     - Отказываются.
     Да... да... я так и знал: они скорее дадут  сгореть  своим  домам,  чем
тронут хоть волос на моей голове. Хорошо,  командор,  возвращайтесь  к  тем,
кто вас послал, и скажите, чтобы они тушили пожар.
     - Как так?
     - Я сдаюсь.
     - Ты сдаешься, отец? - вскрикнул Али.
     - Да... но я дал слово сдаться одному-единственному человеку  и  сдамся
только ему. Пусть потушат пожар, как я говорил, и доставят сюда  из  Мессины
этого человека.
     - Но кто же он?
     - Паоло Томмази, жандармский бригадир.
     - У вас нет других пожеланий?
     - Еще одно.
     И он что-то тихо сказал мальтийцу.
     - Надеюсь, ты не просишь сохранить мне жизнь? - спросил Али.
     - Разве я не сказал, что после моей смерти мне потребуется от тебя  еще
одна услуга?
     - Прости, отец, я позабыл.
     - Ступайте, командор, и сделайте все, как я сказал.  Если  пожар  будет
потушен, я пойму, что мои условия приняты.
     - Вы не сердитесь на меня за то, что я взялся за это поручение?
     - Ведь я же говорил, что назначаю вас своим парламентером.
     - Да, правда.
     - Кстати, - молвил Паскаль, - сколько домов они успели поджечь?
     - Горели два дома, когда я отправился к вам.
     - Вот кошелек, в нем  триста  пятнадцать  унций.  Раздайте  эти  деньги
погорельцам. До свидания.
     - Прощайте.
     Мальтиец вышел.
     Бруно отбросил далеко от себя оба пистолета,  вновь  сел  на  пороховую
бочку и погрузился в глубокую задумчивость. Юный  араб  вытянулся  на  шкуре
пантеры, служившей ему постелью, и остался лежать в полной  неподвижности  с
закрытыми глазами, можно было  подумать,  что  он  спит.  Зарево  от  пожара
побледнело: условия Бруно были приняты.
     Прошло  около  часа,  дверь  комнаты  отворилась,  и   на   ее   пороге
остановился человек; видя, что ни Бруно, ни  Али  не  обращают  на  него  ни
малейшего внимания, он несколько  раз  нарочито  кашлянул:  это  был  способ
деликатно заявить о своем присутствии, который,  как  он  видел,  с  успехом
применялся на подмостках мессинского театра. Бруно поднял голову.
     - А, это вы, бригадир? - проговорил он, улыбаясь. -  Одно  удовольствие
посылать за вами: ждать вас не приходится.
     - Да... они встретили меня в четверти мили отсюда на пути  к  вам.  Мой
отряд перебросили сюда... и мне передали вашу просьбу.
     - Да, мне хотелось доказать вам, что я человек слова.
     - Ей-богу, я и так это знал.
     - Я обещал дать вам заработать те пресловутые  три  тысячи  дукатов,  и
мне захотелось выполнить свое обещание.
     - Черт!..  Черт!  Черт  возьми!  -  произнес  бригадир  с  возрастающим
чувством.
     - Что вы хотите этим сказать, приятель?
     - Хочу сказать... хочу сказать... что лучше бы я заработал  эти  деньги
другим манером... получил бы их за что-нибудь другое... к  примеру,  выиграл
бы в лотерею.
     - А почему, спрашивается?
     - Да потому, что вы храбрец, а храбрецов  не  так  уж  много  на  белом
свете.
     - Полно, не все ли равно? А для вас это повышение, бригадир.
     - Знаю, знаю, - ответил Паоло в полном отчаянии. - Итак, вы сдаетесь.
     - Сдаюсь.
     - Сдаетесь именно мне?
     - Именно вам.
     - Честное слово?
     - Честное слово. Можете отослать весь этот  сброд;  не  желаю  иметь  с
ними никакого дела.
     Паоло подошел к окну.
     - Разойдитесь! - крикнул он.  -  Я  отвечаю  за  пленника.  Сообщите  в
Мессину об его аресте.
     Солдаты встретили это сообщение громкими криками радости.
     - Теперь, - сказал Бруно, обращаясь к бригадиру, - садитесь за стол,  и
давайте закончим ужин, который был прерван этими болванами.
     - Охотно, - ответил Паоло, ведь я  только  что  проделал  за  три  часа
целых восемь миль. Умираю от голода и жажды.
     - Ну что ж, - продолжал Бруно, - раз вы  так  хорошо  настроены  и  нам
остается провести вместе одну-единственную ночь, надо  провести  ее  весело.
Али, сбегай за нашими дамами. А пока что, - продолжал  Бруно,  наполняя  два
стакана, - выпьем-ка за ваше производство в унтер-офицеры.
     Пять дней спустя после описанных нами событий князю де Карини  сообщили
в присутствии красавицы Джеммы,  которая  лишь  неделю  назад  вернулась  из
монастыря, где она отбывала наложенную  на  нее  епитимью,  что  его  приказ
наконец выполнен: Паскаль Бруно схвачен и заключен в мессинскую тюрьму.
     - Превосходно, - сказал он, - пусть князь  де  Гото  уплатит  обещанные
три тысячи дукатов, а затем велит судить и повесить бандита.
     - О,  мне  было  бы  так  интересно  взглянуть  на  этого  человека,  -
проговорила Джемма тем нежным, ласкающим голоском, которому князь ни  в  чем
не мог отказать. - Я никогда не  видела  его,  а  ведь  о  нем  рассказывают
чудеса...
     - Не беспокойся, мой ангел, - ответил князь.  -  Мы  прикажем  повесить
его в Палермо!





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0427 сек.