Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Криштоф Агота - Толстая тетрадь

Скачать Криштоф Агота - Толстая тетрадь



ОБВИНЕНИЯ
     Однажды  вечером  денщик  заходит  к нам  на  кухню. Мы не  видели  его
довольно давно. Он говорит:
     -- Вы идти помогать разгружать машину.
     Мы  обуваемся и  выходим  наружу  --  там,  у  калитки,  стоит легковой
вездеход, джип. Денщик дает нам ящики и  картонные  коробки, а мы носим их в
комнату офицера.
     Мы спрашиваем:
     -- Что, офицер приезжает сегодня? Мы еще так и не видели его.
     Денщик говорит:
     --  Офицер  нет  приезжать  здесь зима.  Может,  никогда.  Он  не  есть
счастливый в любви.  Может,  потом найти другой. Вы забывать, не слушать  --
такая история не  есть  для вы. Вы приносить теперь дерево для  печка, греть
комната.
     Мы  приносим  дрова,  растапливаем  маленькую  железную  печку.  Денщик
открывает коробки и ящики и  ставит на стол бутылки с вином, бренди, пивом и
разную еду  --  колбасу,  мясные и овощные консервы, рис, печенье,  шоколад,
сахар и кофе.
     Денщик откупоривает бутылку, отпивает и говорит:
     -- Я  греть еда в котелке, на керосинка. Сегодня есть, пить, петь песни
с друзья. Мы праздновать победа над врагом. Скоро мы выиграть войну  с новый
чудо-оружие!
     Мы спрашиваем:
     -- Война скоро кончится?
     Он говорит:
     -- Да, совсем скоро!  Зачем вы так смотреть на еда на  этом столе? Если
вы есть голодный, вы кушать шоколад, печенье, колбаса.
     Мы говорим:
     -- Люди умирают от голода.
     -- И что? Не  надо думать про это. Много людей  умирать от голода и еще
от разное. Не думать про это. Мы кушать, и мы нет умирать.
     Он смеется.
     Мы говорим:
     -- Мы знаем слепую и глухую женщину, которая живет неподалеку отсюда со
своей дочерью. Они не переживут эту зиму.
     -- Это не есть мой вина.
     -- Нет, это ваша вина. Ваша и вашей страны. Вы принесли нам войну.
     -- А до войны, тогда как они жить, эта слепая женщина и дочь?
     -- До войны они жили подаянием. Люди отдавали им старую одежду и обувь,
приносили им еду.  Сейчас у  людей у самих ничего нет. Все бедные или боятся
стать бедными. Война сделала их жадными и эгоистичными.
     Денщик кричит:
     -- Не есть мое дело! Мой все равно! Хватит! Молчать!
     -- Да, вам все равно, а вы едите нашу еду.
     -- Нет вашу еду! Я брать еду в магазин, в казарма!
     --  Все,  что сейчас на  столе,  из  нашей страны:  напитки,  консервы,
печенье, сахар. Наша страна кормит вашу армию.
     Лицо денщика краснеет. Он садится на кровать, кладет голову на руки:
     -- Вы думать, после война я хотеть  еще приезжать в ваш грязный страна?
Я много лучше  дома! Я  жить  тихо, делать стулья,  столы! Пить вино  от моя
страна, веселиться  с девушки! Здесь  все  есть недобрые,  даже вы, дети! Вы
говорить, это есть моя вина. Я  могу  сделать  что?  Если я говорить  --  не
хотеть на  войну,  не  идти  в ваша  страна, меня паф-паф, расстрелять!.. Вы
забирать все, все  на этот стол. Праздник есть  конец. Я есть печальный,  вы
есть очень недобрый ко мне.
     Мы говорим:
     -- Мы не хотим  брать все. Только несколько банок  консервов и  немного
шоколада.  Но  вы  могли бы приносить нам, по крайней мере пока  стоит зима,
сухое молоко, муку и что-нибудь еще.
     Он говорит:
     -- Это я мочь. Завтра вы  идти со мной в дом к слепая женщина. Но потом
вы не злой ко мне, добрый. Да?
     Мы говорим:
     -- Да.
     Денщик смеется. Приходят его товарищи, а мы уходим. Всю ночь мы слышим,
как они поют.

ЭКОНОМКА СВЯЩЕННИКА
     Как-то утром, уже в конце зимы, мы сидим на кухне с бабушкой. Раздается
стук в дверь, и входит молодая женщина. Она говорит:
     -- Доброе утро. Я пришла купить картошки для...
     Она замолкает и смотрит на нас:
     -- Господи, до чего хорошенькие!
     Она пододвигает табуретку и садится:
     -- Подойди-ка ко мне! Вот ты!
     Мы не двигаемся с места.
     -- Или ты!
     Мы не подходим. Она смеется:
     -- Да что это вы? Подойдите -- вы что, боитесь?
     Мы говорим:
     -- Мы никого не боимся.
     Мы подходим к ней, она говорит:
     -- Силы небесные, какие же вы красавчики! Но до чего грязные!
     Бабушка спрашивает:
     -- Чего вам надобно?
     -- Картошки для священника.  Но отчего вы  такие чумазые,  мальчики? Вы
что, никогда не моетесь?
     Бабушка сердито говорит:
     -- Не ваше дело. Почему старуха не пришла?
     Молодая женщина смеется:
     --  Старуха! Она моложе  вас была. Но  она вчера умерла.  Она была моей
тетей. Я теперь вместо нее.
     Бабушка говорит:
     -- Она меня на пять лет была старше. Померла, значит?.. Так сколько вам
картошки надо?
     -- Килограмм  десять или больше, если есть. И еще яблок. И еще... что у
вас есть? Священник тощий, как кочерга, а в чулане у него хоть шаром покати.
     Бабушка говорит:
     -- Осенью думать надо было!
     -- Не было меня осенью. Я только со вчерашнего дня у него.
     Бабушка говорит:
     -- Учтите, в это время еда недешево стоит -- дело-то к концу зимы!
     Молодая женщина снова смеется:
     -- Называйте вашу цену. Выбирать-то нам не из чего! В лавках тоже почти
ничего нет.
     -- Скоро нигде ничего не останется...
     Бабушка  хихикает и выходит. Мы остаемся  с экономкой  священника.  Она
спрашивает:
     -- Так отчего вы не моетесь?
     -- У нас нет ни ванны, ни мыла. Негде мыться и нечем.
     -- А ваша одежда! Ну и тряпье,  ну и грязь! У  вас что, и надеть больше
нечего?
     -- Есть  еще одежда в чемоданах, что под  лавкой, но она вся грязная  и
рваная. Бабушка никогда не стирает.
     -- Так Ведьма вам бабка? Ну дела!
     Бабушка возвращается с двумя мешками:
     -- За все десять серебряных монет или одна золотая. Бумажки я  не беру.
Скоро они ничего стоить не будут.
     Экономка спрашивает:
     -- В мешках-то что?
     Бабушка отвечает:
     -- Еда. Хотите -- берите, хотите -- нет.
     --  Беру, беру.  Деньги  завтра принесу. Может  быть,  мальчики помогут
донести мешки?
     -- Может, и помогут, коли захотят. Они могут и не захотеть -- никого не
слушают.
     Экономка спрашивает нас:
     -- Вы ведь поможете мне, правда? Вы возьмете по  мешку, а я возьму ваши
чемоданы.
     Бабушка спрашивает:
     -- Чемоданы тут при чем?
     -- Я постираю их вещи. Принесу их завтра, вместе с деньгами.
     Бабушка хихикает:
     -- Постирать их вещи! Ну, коли вам делать нечего...
     Мы  выходим  из дому с  экономкой и несем  мешки к дому  священника.  У
экономки две длинные светлые косы, они мотаются по накинутой на плечи черной
шали.  Косы у нее  до  пояса. Она идет, качая  бедрами под красной юбкой. Мы
видим ее ноги между башмаками и юбкой -- чулки у нее черные, на правом петля
спустилась.

КУПАНИЕ
     Мы приходим в дом  священника. Экономка впускает нас через  черный ход.
Мы кладем мешки в кладовой и идем за экономкой в прачечную. Здесь от стены к
стене натянуты веревки для белья, стоят всякие чаны и баки, а также цинковая
ванна странной формы -- она похожа на глубокое кресло.
     Экономка  открывает наши  чемоданы,  замачивает нашу  одежду в холодной
воде,  потом  начинает  разводить  огонь  под  двумя  большими котлами.  Она
говорит:
     -- Что вам сразу  понадобится надеть, я прямо сейчас постираю. Пока  вы
моетесь, все и высохнет. А прочее завтра принесу -- все равно там еще шить и
штопать надо.
     Она наливает в ванну горячей воды, потом добавляет холодной.
     -- Ну, кто первый?
     Мы не двигаемся.
     Она говорит:
     -- Ну, кто? Ты или ты? Давайте раздевайтесь!
     Мы спрашиваем:
     -- Вы что, не уйдете, пока мы моемся?
     Она громко смеется:
     -- Че-го? Разумеется, не уйду! Я вам еще спину и голову помою. Вы же не
станете меня стесняться, а? Я вам, можно считать, в матери гожусь!
     Мы по-прежнему не двигаемся. Тогда она начинает раздеваться сама:
     -- Ну ладно. Тогда я вымоюсь  первой. Видите, я-то вас не стесняюсь! Вы
ведь еще маленькие.
     Она  напевает что-то  себе под  нос, но краснеет,  когда видит,  что мы
разглядываем ее.  У нее тугие груди с острыми концами, похожие на  воздушные
шарики,  которые надули не до конца.  Кожа у нее очень белая, и на ней много
белых волос. Не только между ног и под мышками, но и на животе и бедрах. Она
продолжает напевать и намыливается. Потом она смывает пену, выходит из ванны
и  быстро  накидывает  купальный халат.  Потом она  меняет воду  в ванне  и,
повернувшись  к  нам спиной,  берется  за стирку.  Тогда  мы  раздеваемся  и
забираемся в ванну вдвоем -- места нам в ванне вполне достаточно.
     Через некоторое время она протягивает нам две большие белые простыни:
     -- Надеюсь, вы хорошенько оттерли всю грязь!
     Мы садимся на  лавку, завернувшись в простыни,  -- ждем, пока  высохнет
наша  одежда.  Прачечная полна пара,  очень тепло. Экономка подходит к нам с
ножницами:
     -- Теперь я вам ногти  подстригу. И  хватит валять  дурака --  я вас не
съем!
     Она  обрезает нам ногти на руках и ногах. Потом она стрижет нам волосы.
Она целует нас в лицо и шею и не переставая говорит:
     -- О!  Какие чудные ножки, такие  красивые,  такие чистенькие! О! Какие
хорошенькие ушки, какая нежная шейка! О! Как бы  я хотела, чтобы у меня было
два таких милых, красивых сыночка, как вы, два моих  милых мальчика! Я бы их
ласкала и щекотала, вот так, вот так!
     Она  гладит и  целует нас по  всему телу.  Она языком  щекочет нам шею,
подмышки и между  ягодиц. Потом она  встает перед  скамьей на колени и сосет
наши члены, которые от этого становятся  больше и тверже. Потом она  садится
между нами, обнимает нас и крепко прижимает к себе:
     -- Если  бы у меня было два таких  малыша, я бы им давала пить  сладкое
молочко -- вот так, вот так!
     Она прижимает нас к груди, которая теперь вся снаружи, потому что халат
распахнулся,  и  мы сосем  розовые концы грудей,  которые  становятся  очень
твердыми. Она засовывает руки под халат и трет себя между ног:
     -- Ах, были бы вы чуток постарше!.. О! Как хорошо играть с вами!..
     Она вздыхает, задыхается и потом вдруг застывает неподвижно.
     Когда мы уже уходим, она говорит нам:
     -- Приходите сюда купаться каждую  субботу. И приносите грязную одежду.
Я хочу, чтобы вы были всегда чистыми.
     Мы говорим:
     -- Мы будем приносить вам дрова за вашу работу. А  летом -- еще грибы и
рыбу.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0466 сек.