Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Триллеры

Кроун Рэй - Поезд-беглец

Скачать Кроун Рэй - Поезд-беглец



   Джексон посмотрел на меня повнимательней: "Да, конечно",  -  и  я  не
выдержал, отвел взгляд в сторону... О, спасение мое! На  стуле  Джексона
лежал журнал, который  он  листал  в  ожидании  моей  тележки.  Это  был
свеженький номер.  "Девчушки".  Я  сам  обожаю  рассматривать  снимочки,
выбирая, кого из малышек я трахнул бы при первой же встрече. Мне даже не
понадобилось разыгрывать  восторг:  "Боже  мой!  Январь  1985-го!  Какая
телка! Высший класс  эта  белая  кошечка,  правда,  Джексон?"  Он  глупо
хихикнул: "Ничего, ничего..."  "Да  какое  там  "ничего"!  Ты  посмотри,
начальник, у нее же все на месте. Я так думаю, этот Хью Хеффнер, черт бы
его побрал, в своем "Плэйбое" даром времени не  терял.  Уж  он-то  знает
толк в том, что у  бабы  между  ног  спрятано,  правда,  Джексон?"  Негр
одобрительно  кивал:  "Конечно,  знает,  конечно..."  Я  подмигнул  ему:
"Слушай, Джексон, а как насчет?.. Ты и она, а? Как?" Он  тупо  уставился
на меня: "Что?" Ну и козел! "Что? Что? Ты хотел бы ее ноги себе на плечи
положить, а? Это ведь не страшно, что она белая, правда? Зато девочка  в
самом соку, скажи, Джексон?" Он не успел ответить.  Лифт  заскрежетал  и
остановился. Я уже думал, что  мы  так  до  неба  подниматься  будем.  Я
толкнул тележку, с места  не  так-то  легко  ее  сдвинуть,  но  Джексону
надоело, видно, стоять или сидеть без всякого  смысла:  "Дай-ка  я  тебе
помогу, парень", - и мы вдвоем  налегли  на  тележку  и  выкатили  ее  с
площадки лифта. Негр вернулся, и я бросил ему вслед: "Знаешь, Джексон...
Ты все-таки передай своему малышу, что я ему  желаю  удачи,  ладно?"  Он
выглядел очень  расстроганным:  "Спасибо  тебе,  Бак!  За  все  спасибо,
дружище!" А я покатил по двору  тележку,  бормоча:  "Это  тебе  спасибо,
Джексон! Тебе спасибо...",  -  и  завопил,  как  резаный,  чтоб  слышала
тюремная охрана:
   "Везу белье в прачечную, начальнички. Белье в прачечную везу".
   Внутренние ворота открылись, и я вкатил тележку во дворик. Темнота на
улице - глаз выколи! Если бы не прожектор охраны, не сразу и сообразишь,
куда ехать. Теперь миновать вышку с часовым - и бегом к стене дизельной,
в спасительную тень. Вспомнил Джексона и вполголоса, обращаясь к Мэнни и
надеясь, что он меня слушает, говорю: "Видал такого?.. Эти белые кошечки
все время достают сукина сына Джексона..." Из глубины тележки  донеслось
глухо:  "Заткнись!"  И  это  вместо  благодарности?..  У   дизельной   я
тормознул:  "Все  в  порядке,  приятель.  Вылезай!   Вылезай..."   Белье
зашевелилось, и показался Мэнни.  Он  отряхнулся,  расправил  с  хрустом
плечи, перемахнул через борт тележки. Я нерешительно  сказал  ему:  "Ну,
давай, топай..." Мэнни на ходу ответил: "Спасибо, малыш". Я теперь  твой
должник", - и исчез за дверью дизельной. Все заготовленные заранее  речи
выпали из моей памяти, голос  в  один  миг  сел,  и  я  прохрипел:  "Эй,
Мэнни... Возьми меня с собой", - но дверь медленно закрылась за  ним.  Я
затоптался на месте:  "Вот  черт!  Я  тоже  иду",  -  и  начал  зачем-то
вытряхивать грязное белье из тележки: "Я тоже иду, дружище!  Провалиться
мне на этом месте"... Мне понадобилось несколько секунд, чтобы решиться.
В конце концов, почему Мэнни может на это пойти, а я -  нет?  "Да,  черт
возьми, я иду! Я иду, Мэнни. Я тоже делаю ноги..." - и, приоткрыв дверь,
я скользнул в кромешный мрак дизельной.
   Когда глаза привыкли к почти полной тьме, я увидел в глубине  здания,
рядом с огромной застывшей машинной глыбой, голого Мэнни, который  мазал
себя каким-то дерьмом и обматывал кусками ленты-липучки. Мне  показалось
на мгновенье, что он свихнулся, и я окликнул: "Эй, Мэнни!.."  Голос  мой
гулко отозвался в стенах дизельной, и Мэнни  раздраженно  оборвал  меня:
"Заткнись, кретин! Что ты здесь  делаешь?"  "Ну,  я  подумал,  может,  я
пригожусь тебе, приятель..." Он снова презрительно проговорил:  "Да  что
от тебя толку?" Я взорвался: "Да пошел ты... У меня две руки, а у  тебя,
что ни говори, одна. И потом, я ведь могу не только самого себя  тащить,
так что... В общем, смотри..."  Уже  спокойно  Мэнни  добавил:  "Я  взял
теплые свитера". Он хотел остановить мой порыв, но еще больше подстегнул
меня, и я завопил: (если можно завопить почти шепотом): "Вот сукин  сын!
Посмотрите-ка на этого придурка" Наверное, Мэнни был покорен именно тем,
что я не сломался под его напором. Он сказал только: "Ладно. Раздевайся.
Обмазывай себя тюленьим жиром и обматывай липучкой..."
   Я начал раздеваться и, чем больше снимал с себя одежды,  тем  сильнее
чувствовал дьявольский холод зимней аляскинской ночи.  К  тому  же  меня
колотила дрожь исчезающего напряжения после поединка с  Джексоном,  и  я
лишь бормотал: "Ладно... Ну,  держитесь...  Ладно..."  Когда  же  первый
шлепок вонючего и разбавленного еще каким-то дерьмом  жира  растекся  по
моему телу, пронзил меня, я вскрикнул: "О, мамочка! Какая мерзость!" Но,
глядя на Мэнни, я все больше входил в ритм его движений: шлепок  жира  -
оборот липучки вокруг тела - шлепок жира... Я только приговаривал: "Черт
побери! Черт побери!" Через минуту все  было  закончено,  и  я  спросил:
"Отлично, Мэнни... Что делаем дальше?" - но он опять оборвал меня:
   "Заткнись, понял?! Слишком много болтаешь!" - потом взял инструмент и
начал колотить по крышке люка в  полу  дизельной.  Смерзшееся  железо  с
трудом поддавалось, но все-таки Мэнни одержал победу,  выбил  крышку  из
пазов и сдвинул  ее  в  сторону.  Я  посмотрел  в  черную  дыру  бездны,
разверзшейся передо мной: "Надо идти. Стало быть, теперь мы идем  туда?"
Мэнни коротко резанул: "Я иду", - и спустил ноги в яму: "Подай  рюкзак".
Я взял рюкзак, протянул его Мэнни, а в ответ  услышал  только:  "Задвинь
крышку на место", - после чего Мэнни исчез в дыре. Я понял, что это  еще
не самое главное испытание, и утешил сам себя: "Ох, не нравится мне  все
это дерьмо..." Забравшись в яму, я приподнял крышку люка, поставил ее на
место и спустился следом за Мэнни. Тот уже шел,  разгребая  перед  собой
дерьмо, по канализационному тоннелю, и я услышал голос: "Ну, что же  ты?
Идем, идем... Догоняй." В глотке у меня будто ком застрял от этой жуткой
вони, и я захрипел: "Иду, Мэнни, иду". Он ободряюще бросил через  плечо:
"Держись, Бак". В этот момент я оступился и чуть не ушел с головой в эту
мерзость. Чтобы придти в себя,  не  подумав  о  последствиях,  я  сделал
глубокий вдох и тут же сблевал перед собственным носом. "Да что же здесь
так воняет-то, а, приятель? - заорал я. - Черт бы побрал все это!" Мэнни
издевательски спросил меня: "А в чем дело, дружок? Тебе разве никогда не
приходилось  бывать  в  канализации?"  "Знаешь,  если   б   когда-нибудь
раньше... - начал я говорить, но осекся: передо мной проплывала  парочка
гигантских крыс, одна из которых хищным глазом зыркнула в  мою  сторону,
из-за чего я поскользнулся в  очередной  раз.  -  Подожди,  Мэнни...  Я,
кажется, опять руками схватил здоровый кусок дерьма". "Не  переживай,  -
сказал Мэнни. - Дерьмо отмывается. - И добавил:
   - Дай-ка мне мешочек". Он забрал у  меня  рюкзак  и  продолжил  путь:
"Кстати, если тебе захочется  поблевать,  то  здесь  самое  место..."  Я
подумал: "На этот раз твой совет опоздал, Мэнни. Я уже...", -  но  вслух
произнес только:  "Мерзость!  Какая  мерзость!"  Отвлекаясь  на  крыс  и
стараясь не вляпаться больше в дерьмо, я  не  заметил,  как  перед  нами
выросла  железная  решетка,  перегораживающая   тоннель.   Я   попытался
пошатнуть ее, но она не шелохнулась: "Вот  дьявол!  Такая  крепкая!  Что
будем делать дальше?" Но Мэнни ни капли не был удивлен:
   "Ладно, успокойся, Бак. Держи мешок.  Держи,  держи.  Нежненько.  Как
ребеночка. Как ребеночка..." И приговаривая что-то  еще  себе  под  нос,
Мэнни достал расширитель, вставил между прутьев решетки и начал  крутить
ручку-рычаг.  Хотя  я  уже  немного  притерпелся,  с  трудом   удавалось
удерживать себя от глубоких  вдохов,  и  я  снова,  лишь  бы  отвлечься,
забормотал: "Ну и вонища здесь! Ну и вонища здесь! Ну  и  вонища..."  На
этот раз Мэнни услышал мои стоны: "Что? Тебе не нравится этот запах? Так
это запах свободы, братишка..."  Просвет  между  прутьями  решетки  стал
достаточно широким, и Мэнни скомандовал:
   "Пошли!" Я хотел еще немного передохнуть и позвал его:
   "Подожди, дружище! Мэнни... Послушай", - но он уже протиснулся сквозь
решетку и попросил меня: "Посвети-ка мне". Я посветил. "И рюкзак дай". Я
передал. Мэнни повернулся и зашагал дальше по тоннелю. Я  заныл:  "Ладно
тебе, подожди. Ну,  подожди,  приятель.  Подожди  же,  в  конце  концов.
Подожди меня..." - и тоже протиснулся сквозь  решетку.  Через  несколько
метров я увидел Мэнни около какой-то дыры в стене и поспешил  поделиться
неожиданными чувствами: "Знаешь, наш Рэнкен, должно быть, в штаны сейчас
кладет. А когда до него дойдет, что произошло, он вовсе коньки отбросит.
Правда, Мэнни?" Тут я обратил внимание, что Мэнни будто изучает  в  этой
дыре что-то, будто вслушивается во что-то, и еще я не увидел в его  руке
фонарик, который он только что держал, и спросил:  "Мэнни,  послушай,  а
где фонарик?" "Упал", - как-то странно ответил он.  "Куда  упал?"  -  не
понял я. "Туда, - и Мэнни показал на дыру. - В Американку. Здесь  высота
метров 90. Или 100. До речки Американки". Я попытался  представить  себе
прыжок с такой высоты в зимнюю речку, и мне  стало  дурно:  "Ну,  нет...
Дружище, меня никто не предупреждал ни о каких ста метpax.  И  вообще  я
боюсь высоты". "Тебя никто  не  предупреждал,  потому  что  никто  и  не
приглашал сюда. - Мэнни зло посмотрел на меня. -  И  если  тебе  хочется
вернуться, давай - валяй". "Ну уж нет"... - решил я, а Мэнни сказал:
   "Все. Я пошел", - и нырнул в дыру. От страха и для храбрости я заорал
во всю глотку и нырнул следом. На неимоверно дикой высоте мы вылетели из
трубы канализационного люка тоннеля и в потоке воды и дерьма  плюхнулись
в реку. Бушующая Американка с бешеной скоростью завертела меня и  Мэнни,
каким-то чудом пронося нас мимо камней, но силы мои  таяли,  и  я  опять
закричал, даже не надеясь, что Мэнни услышит меня: "Я тону!  Мэнни!  Мне
нечем дышать!.."




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0945 сек.