Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Сергеев Иннокентий - Костры

Скачать Сергеев Иннокентий - Костры



20

     -Принесите, пожалуйста, вон те тарелочки. Будем выкладывать.
     Я приношу тарелочки, и он начинает выкладывать на них рыбу, снимая ее с
решетки.
     - А ничего, что огонь уже давно погас?- спрашиваю я.
     -  Так  ведь она  уже  давно готова,-  отвечает он.-  Еще немного бы, и
остыла.
     Мы возвращаемся к расстеленной на траве скатерти.
     - Принести картошки?
     - Спасибо,- говорю я, усаживаясь.- Я не ем сырую картошку.
     - Вчера напек,- говорит он.- Принести?
     Я киваю.
     Он приносит картошку.
     - Хлебосольный у вас лагерь,- говорю я.- Ну, нальем?
     - Ах, да,- спохватившись, говорит он и наливает нам по рюмке.
     Мы пьем и приступаем к еде.
     - Так значит, это не вы наловили?- говорю я.
     - Рыбу? Нет. Какой из меня рыбак... Так, выезжаю иногда на лодке, но...
     - А у вас лодка есть?
     - Да, есть.
     - Так давайте покатаемся!
     - Нет,- строго говорит он.- Я выпил.
     - А вы никогда не садитесь за руль, если выпьете?
     - Никогда.
     - Надо же,- говорю я.- А я так вовсе без прав езжу.
     -  А   что  гаишники?  Не  боитесь?  Или  как  они  теперь  называются,
гибдэдэшники?
     - Да мне плевать. У меня пистолет в бардачке.
     - Ах, так,- говорит он.- Ну тогда конечно. Как рыба-то?
     - Что?
     - Нравится?
     - Очень. Только костей много.
     - В  речной  рыбе всегда  много  костей,-  говорит  он.-  Но  зато  это
настоящая рыба, можно сказать, исконно русская.
     - Исконно русская рыба - это осетрина.
     - Ну,- говорит он и смеется.- Зачем же так категорично...
     - И в самом деле,- говорю я.- А что это такое?
     - Что?
     - Что это за рыба?
     - Да обычная плотва. Но вкусно?
     - Да,-  говорю  я.- Вкусно. И вообще,  хорошо  здесь.  Хотя  мне больше
нравится Предуралье.
     - Да? Но здесь тоже природа... Природа - это всегда природа.
     - Вот я и говорю. Хорошо, легко, как будто и нет никакой войны...
     - Но на нас вроде  бы бомбы  не падают,- посмотрев на  безоблачно-синее
небо, говорит он.
     - Да,- говорю я, наливая.- И не будут падать. Потому что у нас лучшие в
мире системы ПВО.
     - Так что, выпьем за ПВО?
     Я киваю, и мы поднимаем рюмки и пьем.
     -  Скажите,  а  вам  не  горько  за  то, что  вы родились,  чтобы стать
свидетелем национального позора?
     - Я родился вовсе не для этого,- возражает он.
     - Да, но  ведь  вас,  как  и  меня,  не спросили, хотим ли мы наблюдать
унижение своей страны.
     - Никто не заставляет вас признавать самый факт его. Будьте проще!
     - И уподобиться американцам?
     - А хоть бы и так.
     - Ну уж нет! Не дождетесь.
     - А я и не жду,- говорит он.- Я рыбу ем. И вам советую.
     - Я тоже ем рыбу, но не перестаю при этом думать.
     - И как вам, нравится?
     - Рыба? Очень. Я и не знал, что такое бывает.
     - Вот видите,-  наставительно говорит он.-  Вы  многого еще не знаете в
этом мире, а уже вынесли ему вердикт.
     - Профессор, да вы еще больший зануда, чем я!
     - Во-первых, я не профессор, а всего лишь доцент,- говорит он.
     - А во-вторых?
     - А во-вторых, самый больший  зануда - это тот, кто не признает, что он
зануда.
     - А вы признаете?
     - Да.
     - Ну так выпьем за это!
     - Вы же не налили,- замечает он.
     Я смотрю на свою рюмку.
     - И правда,- говорю я.- Кажется, мне все-таки удалось напиться.
     - Тогда, может быть, не стоит больше пить?- осторожно спрашивает он.
     - Нет уж,- говорю я и беру бутылку.- Нужно закрепить успех.
     - Ну ладно,- со вздохом говорит он.- Тогда уж наливайте и мне.
     -  Спокойствие,-  говорю  я  и,  налив,  ставлю  бутылку.-  За  что  мы
собирались выпить?
     - Насколько я помню, за занудство.
     - Ну уж, нет,- решительно говорю я.- Что за глупость!
     - Так ведь это вы предложили.
     - Да оставьте вы свою рыбу! Вы что сюда, жрать пришли?
     - Я говорил, что очень голоден.
     - Да? Ну ладно, я подожду.
     - Нет. Я выпью с вами,- говорит он и берет рюмку.
     - Тогда давайте просто, без всяких тостов - по русски: "Поехали".
     Он кивает, и мы пьем.
     - Вот вы говорите, что испытываете стыд за свою страну. А  вправе ли вы
испытывать  этот  самый стыд, и  не  является ли  это  само  по  себе  делом
постыдным?
     - Нет,- говорю я.- Мне нечего стыдиться.
     - Так ли уж нечего?
     - Стыдиться следует только двух вещей - отсутствия совести и отсутствия
ума. Но те, у кого нет ума, не думают  о том, что у  них его нет, потому что
им нечем думать,  а те, у  кого нет совести,  вообще не способны  испытывать
стыд. Вот и выходит, что стыд - это типичный фантом.
     - Так в чем же дело?
     - Какое именно?
     - А я вам скажу. Ваша проблема в том, что вы мыслите слишком глобально.
А между тем все очень просто. Каждое, пусть незначительное, но доброе  дело,
делает  вас чище, а чем вы чище, тем безмятежнее ваше сознание. Но вам нужно
все сразу, вы не хотите продвигаться медленно, шаг за шагом...
     - Может быть. Но вы сами не понимаете, что говорите.
     - То есть, как это?
     - Вы путаете причину и следствие. Помните, детское: "Почему ветер дует?
Потому  что  деревья качаются".  То же самое  делают американцы, на то они и
дети. А  ведь совершение  добрых  дел - это не цель, а  следствие. В  основе
всего лежит покаяние, осознание своей греховности. Потому что все мы грешны.
И вот когда  мы  осознаем это  и каемся, мы  становимся  чище, и чем чище мы
становимся, тем больше добра и тем  меньше зла мы совершаем. Но это не более
чем  следствие,  можно  сказать,  побочный эффект. Как можете  вы рассудить,
какие поступки будут добрыми, а какие злыми? Что есть благо, а что есть зло?
Ведь и эти натовские недоумки полагают, наверное, что совершают благое дело,
убивая детей в Белграде. А святости в них не больше чем в лепешке навоза.
     - Да я вовсе не защищаю их.
     - А  я на них и не  нападаю. Я вообще никогда не противопоставляю  себя
никому и ничему. Я лишь дополняю и обобщаю.
     - Но вы недолюбливаете Америку...
     -  Я  не против  Америки,  я  против  глупости,  когда  она  становится
агрессивна.
     - Так значит, вы все-таки противопоставляете себя глупости?
     - Ну надо же,- говорю я.- Подловили. Браво, браво.
     - А если Америка представляется вам воплощением глупости, пусть даже не
сама страна, а только ее политика, то это и есть антиамериканизм.
     - Что ж,- говорю я.- Может быть. Но меня больше интересует другое.
     - Да? И что же?
     - Есть ли у вас вода для умывания?
     - Есть,- кивает он.- Полная река.
     - Так что же, мне опять умываться в реке?
     -  Нельзя  дважды умыться в одной  реке.  Об  этом сказал  еще  великий
Лао-цзы.
     - Верно,- говорю я, поднимаясь.- И об этом уже сказано.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1451 сек.