Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Стоппард Том - Аркадия

Скачать Стоппард Том - Аркадия



   Хлоя (серьезно).  Ханна,  вероятно,  ты когда-то пережила  жестокую
обиду и разочарование?
   Ханна. Разве разочарования юности сравнятся с сегодняшним?!  Почему
Байрон ни в одном письме не упоминает о рецензиях в "Пиккадилли"?
   Бернард. Совершенно понятно! Потому что он убил того, о ком писал.
   Ханна. Но первая - на "Индианку" - появилась годом раньше!  Он что,
ясновидящий, твой Байрон?
   Хлоя. Письма могли потеряться.
   Бернард. Благодарю!  Именно!  И все же существует некое - гипотети-
ческое - письмо,  которое все подтверждает. Письмо утрачено, но тем не
менее неистребимо живо - как радиоволны,  которые вечно бродят по Все-
ленной.  "Мой дорогой Ходж, пишу тебе из Албании, и ты единственный на
всем свете знаешь,  почему я здесь.  Бедняга Ч.!  Я вовсе не желал ему
зла - так, пощипал немного в "Пиккадилли". Но эта женщина, Ходж! Всему
виной эта женщина!  Какое несчастье!  Впрочем,  для поэзии такой исход
дела оказался лучшим. Твой навеки, Б. - Постскриптум. Письмо сожги".
   Валентайн. Как Чейтер выяснил, что рецензентом был Байрон?
   Бернард (раздраженно).  Не знаю,  я же там не был,  правда? (Пауза.
Обращается к Ханне.) Хочешь что-то сказать?
   Ханна. Moi?
   Хлоя. Знаю! Байрон сам проговорился! Он рассказал о рецензии миссис
Чейтер. В постели. А на следующий день он ее бросил. Вот она на него и
покатила. И пришила ему "изнасилование на свидании".
   Бернард (с омерзением). Куда пришила?
   Ханна. На то самое место. И дату поставила - 10 апреля.
   Бернард с возмущенным возгласом поворачивается к двери, намереваясь
уйти. Шум, гам, уговоры.
   Бернард. Все! Конец! Ни слова не вытянете!
   Ханна. Прости.
   Бернард. Ни за что!  Одни колкости, издевательства, детские глупос-
ти.
   Валентайн. Я тоже провинился?..
   Бернард. Самое сенсационное литературное открытие века!  И никакого
доверия!
   Хлоя. Зря вы его так! Бернард, они просто завидуют!
   Ханна. Молчу.
   Валентайн. Да-да, продолжай, Бернард. Мы обещаем...
   Бернард (сменяет наконец гнев на милость).  Ладно. Только при усло-
вии, что здесь наконец перестанут кормить черепах.
   Валентайн. Но ей пора обедать.
   Бернард. И при условии, что мне будет оказано элементарное уважение
- как ученому среди ученых.
   Ханна. Клянусь, я молчу как рыба, пока ты не закончишь.
   Бернард. После чего принимаются комментарии - в приемлемых в  науч-
ном мире...
   Ханна. ... выражениях. Ты прав, Бернард.
   Бернард. ...терминах.
   Ханна. Терминах. Отлично. Научная лексика. Обещаю.
   Бернард снова раскладывает листочки,  которые только что демонстра-
тивно складывал,  и ищет, где остановился, с подозрением поглядывая на
своих слушателей: вдруг опять смеются?
   Бернард. Последний абзац. "Без сомнения, Эзра Чейтер послал кому-то
вызов на дуэль.  И если эта дуэль состоялась в рассветном тумане деся-
того апреля 1809 года в Сидли-парке,  его соперником, по-видимому, был
некий критик - великий насмешник и к тому же большой любитель женского
пола.  Кто он?  Ответ напрашивается сам собой.  Далее. Миссис Чейтер к
1810 году была вдовой. В чем причина столь ранней, безвременной смерти
Эзры Чейтера?  Ответ напрашивается сам собой.  Далее. Лорд Байрон - на
взлете своей литературной славы - покидает страну. Это настоящее бегс-
тво, паническое и тайное. Он проводит за границей два года. И это в то
время, когда путешествия в Европу были редки и опасны. Почему он уехал
из Англии? Ответ опять-таки напрашивается сам собой".
   Он откровенно доволен своими разглагольствованиями. Многозначитель-
ное молчание.
   Ханна. Чепуха.
   Хлоя. А по-моему, так оно и было.
   Ханна. Все,  что не вписывается,  ты попросту выкинул. Байрон давно
собирался за границу,  трезвонил об этом на каждом углу;  есть письмо,
февральское, адре...
   Бернард. Но не уехал же!
   Ханна. Он и в апреле не уехал! Только в начале июля!
   Бернард. Тогда вообще жили очень неспешно.  Другие времена. Он про-
сидел две недели в Фалмуте - то ли попутного ветра ждал, то ли...
   Ханна. Бернард! Я даже не знаю, зачем я так завелась. Тебя все рав-
но не переделать.  В науке ты - самонадеянный хапуга, не признающий ни
рамок, ни правил. Едва что-то померещилось, ты - раз-два, с наскоку, с
налету... Такого напридумывал! Получишь по шапке - и поделом. Ты прос-
то сбрендил.  А я... я лезу не в свое дело, потому что ты похож на ре-
бенка,  который гонит к обрыву на трехколесном велосипеде.  Я невольно
бросаюсь, чтоб тебя удержать. Так вот. Если Байрон убил Чейтера на ду-
эли,  тогда я... наследная принцесса! Да, ты прославишься! Так просла-
вишься,  что из дому придется выходить в капюшоне или мешке. Прорежешь
дырки для глаз - и вперед.
   Валентайн. В самом деле, Бернард, с точки зрения ученого-естествен-
ника, в вашей теории есть пробелы.
   Бернард. Но я не естественник.
   Валентайн (терпеливо). А я как естественник должен вам сказать...
   Бернард (кричит). Возражайте по существу!
   Ханна. Никому в голову не придет убить человека, а потом поднять на
смех его книгу.  В крайнем случае,  в обратном порядке. То есть, выхо-
дит, он "позаимствовал" книгу, накропал рецензию, отослал ее по почте,
соблазнил миссис Чейтер,  стрелялся с ее мужем и  благополучно  отбыл.
Все за какие-то два-три дня! Кто на это способен?
   Бернард. Байрон.
   Ханна. Ты безнадежен.
   Бернард. А  тебе  не дано понять Байрона.  Достаточно прочесть твой
романчик и...
   Ханна. Мой что?
   Бернард. Ах, прости! Ты ведь написала книгу века! В корне пересмот-
рела  историю литературы!  Испорченный ребенок Байрон,  возвышенный не
собственным талантом,  а духом времени.  И затворница Каролина, интел-
лектуалка, не допущенная мужчинами-снобами в высший круг.
   Валентайн. Где-то я это читал...
   Ханна. Это его рецензия.
   Бернард. Неплохо, между прочим, сказано. (Разговор принимает непри-
ятный оборот,  но Бернарда это,  очевидно, не смущает.) Ты поменяла их
местами, дорогуша. На самом деле твоя Каролина - романтическая пустыш-
ка без проблеска литературного таланта. А Байрон - рационалист из XVI-
II века, отмеченный печатью гения. И Чейтера он убил!!!
   Ханна. Отойду-ка я, пожалуй, в сторонку. Вперед! Жми на педали!
   Бернард. Так  и сделаю.  В чужом глазу ты и соринку видишь.  А сама
приляпала на суперобложку черт-те кого.
   Ханна. Что не так с обложкой?
   Валентайн. А компьютерные данные?  Не понравились? Решили не упоми-
нать?
   Бернард. Неубедительно!
   Валентайн (Ханне).  Я проверил на компьютере: статьи в "Пиккадилли"
сильно отличаются от других байроновских рецензий.
   Ханна (Бернарду). Что значит "черт-те кого"?
   Бернард (пропустив ее вопрос мимо ушей).  Другие рецензии  друг  от
друга тоже отличаются.
   Валентайн. Безусловно. Но по иным параметрам.
   Бернард (издевательски).  Параметры!  Байрона  не засунешь в компь-
ютер! Кишка тонка! Гений - это тебе не дичь.
   Валентайн (невозмутимо). Все это достаточно тривиально.
   Бернард. Что?!!
   Валентайн. Кто написал, что написал, когда...
   Бернард. Тривиально?!
   Валентайн. Незначительно. Замыкается на личностях.
   Бернард. Как ты сказал? Тривиально?
   Валентайн. Это технический термин.
   Бернард. Ну уж нет! В литературе это термин отнюдь не технический!
   Валентайн. Понимаете,  Бернард,  вы ставите несущественные вопросы.
Вроде спора о том,  кто изобрел дифференциальное исчисление. Англичане
говорят - Ньютон,  немцы - Лейбниц. Но по сути это совершенно неважно.
Зачем спорить о личностях? Главное - само дифференциальное исчисление.
Научный прогресс. Познание.
   Бернард. Неужели? А почему?
   Валентайн. Что "почему"?
   Бернард. Почему научный прогресс важнее личностей?
   Валентайн. Он шутит или всерьез?
   Ханна. Шутит. Причем тривиально. Послушай, Бернард...
   Валентайн (перебивает ее,  обращается к Бернарду). Имейте мужество!
Признайте свое поражение!
   Бернард. Ну, пропал! Сейчас меня забодают пенициллином и пестицида-
ми.  Оставьте вашу прогрессивную гадость при себе. А то припомню атом-
ную бомбу и аэрозоли. А главное - не путайте прогресс с совершенством.
Великий поэт всегда рождается вовремя.  Великий философ нужен всегда и
позарез.  А вот сэр Исаак Ньютон мог бы и подождать.  Человечество без
него было вполне счастливо.  Лично я и сейчас предпочитаю Аристотелеву
модель  Вселенной.  Пятьдесят пять хрустальных сфер - что еще человеку
надо?  Бог крутанет ручку и - пошло-поехало.  А главная  тривиальщина,
по-моему, - скорость света. Кварки, квазары, черные дыры, бах, трах...
Да кому это все нужно?  Вы, ученые, вышибаете из нас не только деньги!
Вы лишили нас гармонии! И рады! Чему вы рады?
   Хлоя. Бернард, ты что? Против пенициллина?




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0587 сек.