Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Стоппард Том - Аркадия

Скачать Стоппард Том - Аркадия




   Бернард заглядывает в альбом.
   Бернард. Гм...
   Ханна. Единственное изображение отшельника Сидли-парка.
   Бернард. Весьма библейский образ.
   Ханна. Разумеется,  фигура подрисована позднее. Ноукс писал акваре-
ли, когда эрмитаж был только в проекте.
   Бернард. Ноукс? Художник?
   Ханна. Архитектор.  Точнее,  специалист по ландшафтной архитектуре.
Он делал для своих клиентов такие альбомы, вроде рекламного проспекта.
(Демонстрирует.) Видишь?  Пейзаж "до" и "после". Вот так выглядел парк
до... ну, скажем, 1810 года. Все мягко, покато, безмятежно, извилисто:
водная гладь, купы дерев, лодочный павильон в классическом стиле.
   Бернард. Прелестно. Настоящая Англия.
   Ханна. Не говори ерунды, Бернард. Английский пейзаж изобрели садов-
ники в подражание иноземным художникам,  а те, в свою очередь, возрож-
дали классических авторов.  Английский пейзаж завезли в Англию в чемо-
дане:  сувенир из заморского путешествия. Суди сам: Дар Браун подражал
Клоду ,  а тот воплощал на холсте Вергилиевы тексты. Короче, аркадская
идиллия!  Ну а здесь,  благодаря вмешательству Ричарда Ноукса, природа
становится дикой, бурной, неукротимой - в стиле Сальватора Розы. Готи-
ческий роман в пейзаже.  Только вампиров не хватает...  Да, между про-
чим,  моего отшельника упоминает в письме твой прославленный однофами-
лец.
   Бернард. Который?
   Ханна. Томас Лав Павлини.
   Бернард. Павлини? Ах да, Павлини...
   Ханна. Я обнаружила это в статье об отшельниках и анахоретах. Опуб-
ликована в "Корнхиллском журнале" в шестидесятых годах.  (Роется в ки-
пах книг на столе,  находит журнал.) В  1862  году.  Павлини  называет
его...  (Цитирует  по памяти.) "Не деревенский дурачок,  не пугало для
дам и девиц,  но истинный ум среди лишенных ума,  пророк среди  безум-
цев".
   Бернард. Фигура речи.
   Ханна (занята поисками). Да-да... Что ты сказал?
   Бернард. Ничего.
   Ханна (находит нужное место в тексте).  Вот. "Мы видели письмо, на-
писанное автором "Аббатства кошмаров" около тридцати  лет  назад,  где
говорится об его поездке в Сидли-парк, поместье лорда Крума..."
   Бернард. Письмо к Теккерею?
   Ханна (застигнута врасплох). Не знаю. Какая разница?
   Бернард. Никакой. Прости. (Все его вопросы и недоговоренности расс-
читаны на то, чтобы вселить в нее новые - напрасные - надежды. Но Хан-
на  не  заглатывает наживку.) Только ведь Теккерей редактировал "Корн-
хилл" до 1863 года,  до самой - как ты понимаешь -  смерти.  Отец  его
служил в Ост-индской компании, где Павлини занимал пост ревизора, поэ-
тому вполне возможно,  что... если статья написана Теккереем... письмо
тоже адресовано...  Ладно,  прости.  Продолжай... Впрочем, Ост-индская
библиотека в Блэкфрайерсе располагает почти  всеми  письмами  Павлини,
поэтому будет очень легко... Прости. Можно взглянуть? (Она молча пере-
дает ему "Корнхилл".) Ну разумеется. Выдрано из середины. Ни имени ад-
ресата,  ни подписи автора. Может, и стоит... Ладно, продолжай, я слу-
шаю...  (Он листает статью и вдруг начинает хихикать.) Ну еще бы!  Ти-
пичный Теккерей. Никаких сомнений. (Захлопывает журнал.) Невыносимо...
(Отдает ей журнал.) Так о чем ты говорила?
   Ханна. Ты всегда такой?
   Бернард. Какой?
   Ханна. Суть в том,  что Крумы истинной цены  своему  отшельнику  не
знали.  Торчит себе и торчит под носом. Целых двадцать лет. Крумы, как
я выяснила, нигде о нем не упоминают. И, к сожалению, письмо Павлини -
по-прежнему единственный источник. Когда я это прочитала... (Кивает на
журнал.) Наверно,  у тебя тоже такое бывает...  вроде озарения... И ты
точно знаешь,  о чем будет твоя следующая книга. Отшельник Сидли-парка
для меня...
   Бернард. Веха.
   Ханна. Явление свыше.
   Бернард. Точно. Явление свыше.
   Ханна. Его словно поместили в  пейзаж.  Как  фарфоровую  статуэтку.
Гномика. Так он и прожил всю жизнь - элементом декора. Одной из красот
сада.
   Бернард. Он чем-нибудь занимался?
   Ханна. Даже очень.  После его смерти из эрмитажа выгребли множество
бумаг. Весь домик был завален бумагами - сотни, тысячи листов. Павлини
пишет: все ждали гениальных откровений. Выяснилось, разумеется, что он
был чокнутый. Все до последней странички было испещрено каббалистичес-
кими закорючками с доказательством скорого конца  света.  Само  совер-
шенство, правда? Идеальный символ.
   Бернард. Правда. Только чего?
   Ханна. Всего романтического мифа, Бернард! Блефа, в который выроди-
лась эпоха Просвещения.  Век Интеллекта, век Разума - сурового, безжа-
лостного,  непреклонного  - взял и вывернулся наизнанку.  Умалишенного
подозревают в гениальности! И обрамление достойное: дешевые готические
ужасы и фальшивый трепет сердец.  Все это великолепно отражено в исто-
рии сада.  Сохранилась гравюра.  Сидли-парк в 1730 году.  Прослезиться
можно от умиления.  Райский сад в эпоху всеобщего Разума.  К 1760 году
от него не остается и следа. Все, решительно все - фигурно подстрижен-
ные кусты,  пруды,  террасы,  фонтаны,  липовую аллею, - всю высокую и
чистую красоту Дар Браун сравнивает с землей.  Накануне трава зеленела
у  крыльца  - теперь она видна разве что на горизонте;  лучшая во всем
Дербишире живая изгородь из самшита выкорчевана и на ее месте  прорыты
канавки.  Видите ли,  изгородь мешала этим болванам притворяться,  что
Боженька их только что сотворил вместе с природой!  А  потом  является
Ричард  Ноукс и переиначивает Божий сад сообразно новому понятию о Бо-
ге.  Когда он закончил,  пейзаж выглядел примерно так  (показывает  на
альбом с акварелями). Путь от разума к чувству. То есть полнейший упа-
док, закат и деградация.
   Бернард (оценивающе).  Здорово сказано.  (Ханна смотрит на  него  в
ожидании  подвоха,  но он дает серьезную профессиональную оценку.) Вы-
держит любую критику.
   Ханна. Спасибо.
   Бернард. Только канавки мне по душе. А ты, похоже, любишь живые из-
городи.
   Ханна. Я не люблю сентиментальности.
   Бернард. Понятно. И это искренне? По-моему, к геометрии сада ты от-
носишься вполне сентиментально.  Но про отшельника  выстроено  славно.
Гений в пейзаже.
   Ханна (довольная). Книга так и называется.
   Бернард. Естественно.
   Ханна (уже не столь довольная). Почему "естественно"?
   Бернард. Естественно,  потому что кем он,  собственно, был, пока не
стал символом? Кем был гений вне пейзажа?
   Ханна. Не знаю.
   Бернард. Вот видишь!
   Ханна. То есть пока не знаю.
   Бернард. И не узнаешь.  Что они сделали  с  его  бумагами?  Павлини
что-нибудь пишет?
   Ханна. Устроили большой костер.
   Бернард. Вот-вот!..
   Ханна. Я еще не просмотрела "садовые книги" леди Крум.
   Бернард. Расходные записи или дневники?
   Ханна. Там всего понемножку. Пробелов тоже хватает, но период более
или менее вырисовывается.
   Бернард. В самом деле?  А на Байрона ты нигде не натыкалась?  Это я
так, из праздного любопытства...
   Ханна. В библиотеке есть первое издание "Чайльд-Гарольда" и, по-мо-
ему, "Английские барды".
   Бернард. С дарственной надписью?
   Ханна. Нет.
   Бернард. А в письмах он не всплывает?
   Ханна. С какой стати? В его письмах Крумы тоже не плавают.
   Бернард (безразлично). И то правда. Но Ньюстед отсюда не так уж да-
леко.  Слушай,  ты не против,  если я немножко покопаюсь?  Разумеется,
только в бумагах, которые ты уже отработала.
   Ханна что-то заподозрила.
   Ханна. Так кто тебя интересует, Байрон или Чейтер?
   В боковую дверь входит Хлоя.  Она без обуви,  в одних чулках. Несет
целую  охапку  одинаковых с виду гроссбухов в кожаных переплетах.  Она
зашла за своими туфлями.
   Хлоя. Простите...  Я на минутку... В буфетной есть чай... Только из
кружек, ничего?
   Бернард. Благодарю вас.
   Хлоя. Ханна вам покажет.
   Бернард. Позвольте, я помогу...
   Хлоя. Нет-нет, я справлюсь... (Бернард открывает для нее другую бо-
ковую дверь.) Вот,  решила спрятать охотничьи книги,  а  то  Валентайн
хватится, а их нет. Спасибо.
   Бернард закрывает дверь.
   Бернард. Какая милая девочка.
   Ханна. Гм...
   Бернард. Что, в самом деле?
   Ханна. Что - "в самом деле"?
   Дверь снова приоткрывается, показывается голова Хлои.
   Хлоя. Забыла сказать...  Мистер Солоуэй,  не волнуйтесь,  если отец
разворчится насчет вашей машины.  У него бзик... (Вспоминает, что обе-
щала держать фамилию Бернарда в тайне.) Э... Ну как?.. Сюрприз удался?
Вы еще не сказали?!  Ой, простите!!! Хотите чаю?.. Извините, если под-
вела...  (Исчезает в полнейшем замешательстве. Дверь закрывается. Пау-
за.)
   Ханна. Ты - полное говно.
   Направляется к двери.
   Бернард. Дело в том, что Байрон связан с этим местом напрямую!
   Ханна останавливается и поворачивается к Бернарду.
   Ханна. А мне-то что?
   Бернард. Не верю, будто тебе наплевать. Вот увидишь, у байроноведов
дружки в ширинках застрянут!
   Ханна (выдержав паузу). Почему это?
   Бернард. Потому что мы будем сотрудничать.
   Ханна. На какую тему?
   Бернард. Сядь, объясню.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.055 сек.