Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Уильямс Теннесси - Трамвай "Желание"

Скачать Уильямс Теннесси - Трамвай "Желание"


     СТЭНЛИ (Словно не замечая ее, лезет в карман. Не спеша, с расстановкой,
притворно дружеским тоном.) Сестрица Бланш,  а  я  припас  вам  подарочек  к
именинам.
     БЛАНШ.  Ну,  что  вы, Стэнли... правда?.. Я никак не рассчитывала. Да и
вообще,  не знаю, что это Стелле вздумалось отмечать мой день рождения. Я-то
предпочла бы и не вспоминать, что мне уже... двадцать семь! Да и что на него
смотреть, на возраст - лучше не замечать!
     СТЭНЛИ. Двадцать семь?..
     БЛАНШ (поспешно). Ну, так что же за подарок, Стэнли?

     Он медленно протягивает ей маленький конвертик.

Это правда мне?
     СТЭНЛИ. Да. Надеюсь, понравится.
     БЛАНШ. Да ведь это... это...
     СТЭНЛИ.  Билет!  До  самого  Лорела!  Автобус,  прямым  сообщением!  На
вторник.

     Тихо, словно украдкой, зазвучала полька-варшавяночка и уже не умолкает.
Стелла вскочила и отвернулась.  Бланш  попыталась  улыбнуться  -  не  вышло.
Попробовала было рассмеяться - тоже  не  получается.  Вскочила,  выбегает  в
спальню. Хватается рукой за горло и тут же кинулась в  ванную.  Слышно,  как
она закашлялась, хрипит, словно давясь чем-то.

Ну, вот.
     СТЕЛЛА. Надо тебе было! Без этого не мог?
     СТЭНЛИ. А я от нее мало натерпелся? Забыла?
     СТЕЛЛА. Незачем было бить ее так безжалостно - ведь ее и без того  все,
все покинули.
     СТЭНЛИ. Благородная...
     СТЕЛЛА. Да, благородная!.. Была. Ты не знал ее раньше. Какая она  была!
Не было человека добрей, самоотверженней. А  ваш  брат,  такие,  как  ты,  -
растлили ее, втоптали в грязь, и то, что она такая, ваших рук дело.

     Он проходит  в  спальню,  снял  рубаху,  надевает  спортивную  -  яркий
сверкающий шелк.

(Идет за ним.) И ты после этого можешь играть, сшибать свои кегли?
     СТЭНЛИ. Запросто.
     СТЕЛЛА. Нет, не бывать этому. (Крепко вцепилась ему в рубашку.)  Почему
ты добиваешь ее?
     СТЭНЛИ. Никого я не добиваю. Пусти. Порвешь ведь!
     СТЕЛЛА. Нет, я хочу знать - почему? Отвечай - слышишь?
     СТЭНЛИ. Когда мы с тобой познакомились, ты смотрела  на  меня,  как  на
плебея. Что ж, правда твоя, детка. Да - плебей, да - из хамов!  Ты  показала
мне тогда этот снимок: большой дом с колоннами. Я вытащил  тебя  из-за  этих
колонн,  стащил  к  себе,  вниз,  и  когда  у  нас   побежали,   засветились
разноцветные огоньки, то лучшего тебе и не надо было! И  разве  мы  не  были
счастливы, плохо нам было, пока она не заявилась к нам?

     Стелла вся словно чуть подалась куда-то. Взгляд ее мгновенно становится
сосредоточенно-отсутствующим, будто какой-то внутренний голос вдруг окликнул
ее  по  имени.  Осторожно-осторожно,  слабо   волоча   ноги,   с   короткими
передышками, направляется из спальни в кухню, придерживаясь за списку стула,
дальше - за край стола, как слепая, как заслушавшаяся чего-то.

(Застегивает   и  заправляет  рубашку  в  брюки,  не  слыша  ответа  Стеллы,
повторяет.)  Ну,  разве не счастливы мы были? Плохо нам с тобой было вдвоем?
Пока она не пожаловала к нам... эта!.. То ей не так, и это не этак, а я ей -
обезьяна...  (Замечает,  что  со  Стеллой что-то творится.) Эй, Стелл, что с
тобой? (Подбегает к ней.)
     СТЕЛЛА (еле слышно). Проводи меня в больницу.

     Он поддерживает ее и, тихо уговаривая, ведет к двери. Шепот его  слышен
все слабее. Ушли.

     ГОЛОС БЛАНШ (напевает тихо и тоскливо). El pan de mais, el pan de mais,
El  pan  de mais sin sal. El pan de mais, el pan de mais. El pan de mais sin
sal  {Кукурузная  лепешка,  кукурузная  лепешка, кукурузная лепешка без соли
(испан.).}.


КАРТИНА ДЕВЯТАЯ

     Немного позднее. БЛАНШ, вся сгорбившись, в неудобной, напряженной позе,
сидит  в  кресле,  обитом  диагональю  в  зеленую  и  белую  полосу.  Она  в
ярко-красном атласном халатике. На столе перед ней -  бутылка  и  стакан.  В
бешеном темпе звучит  мотивчик  польки-варшавяночки.  Музыка  лишь  слышится
Бланш, и она поет, чтобы  избавиться  от  этого  наваждения  и  от  ощущения
обступившей ее со всех сторон беды. Губы ее беззвучно шепчут что-то - скорее
всего, слова, которые пелись на мотив этой полечки.  Рядом  -  электрический
веер-опахало.
     На улице появился МИТЧ. В синей спецовке - брюки  и  куртка  из  грубой
бумажной ткани; небрит. Вышел из-за угла и поднимается на крыльцо. Звонит.

     БЛАНШ (испуганно вздрагивает). Кто там?
     МИТЧ (хрипло). Это я, Митч.

     Полька обрывается.

     БЛАНШ.  Митч?!  Сию  минуту! (Заметалась, пряча бутылку в стенной шкаф;
закрутилась  перед зеркалом, наспех освежая лицо одеколоном и припудриваясь.
Она  так возбуждена, в таком нетерпении, дышит тяжело, прерывисто. Наконец -
готова:  подбегает к двери, впускает его.) Митч!.. Да вас, по правде говоря,
и впускать бы не следовало - так вы обошлись со мной! Совсем не по-рыцарски.
Но   все   равно...  добрый  вечер,  любимый!  (Подставила  ему  губы.)  мое
собственное. Что с вашей матушкой, Митч? Ей, видимо, хуже?
     МИТЧ. Откуда вы взяли?
     БЛАНШ. Но ведь у вас же  что-то  случилось?..  Нет,  нет,  не  бойтесь,
никакого перекрестного допроса  не  последует.  Напротив,  я...  (Рассеянно,
словно собираясь с мыслями, потерла лоб.)

     Снова, словно приплясывая, вступает мотив полечки.

...я постараюсь сделать вид, будто совсем не замечаю в вас никакой перемены.
Ну вот... опять эта музыка!
      МИТЧ. Какая еще музыка?
     БЛАНШ.  Да  все  Та  же!  Полечка,  которую  играли,   когда   Аллан...
Погодите-ка! - сейчас, сейчас...

     Далекий револьверный выстрел.

(Словно  тяжесть  с  плеч.)  А,  вот  и  он...  выстрел! После него она, как
правило, умолкает.

     Полька постепенно замирает.

Да... вот и перестала.
     МИТЧ. Вы что сегодня - чокнутая?
     БЛАНШ. Сейчас посмотрим, не найдется  ли  у  нас  чего...  (Подходит  к
стенному шкафу, притворяясь, что не знает, найдется там  бутылка  или  нет.)
Да, к слову, вы уж извините - не одета. Но ведь я, в  сущности,  уже  совсем
было поставила на вас крест. Вы что же, забыли, что званы на ужин?
     МИТЧ. А мне уже и видеть вас больше не хотелось.
     БЛАНШ. Минуточку. Мне здесь не слышно, а вы так скупы на слова, что  не
хотелось бы упустить ни одно...

     Но он словно и не заметил, - проходит, не задерживаясь, будто ее и нет,
прямо в квартиру.

(Со  страхом  глядит,  как он прошествовал мимо, в спальню.) Боги мои, какая
неприступность!  И  что  за  странный  наряд...  Да  еще  и  небриты!  Какое
неуважение к даме... Но я вас прощаю. Прощаю, потому что вы пришли - и сразу
на  душе  легче стало. Ваш приход угомонил эту польку, мотив которой засел у
меня в голове - не отвяжешься. А у вас не бывает такого - засядет что-нибудь
в  голову,  и  никак  не  избавишься,  нет? Да нет, конечно, вам ли, красная
девица, с вашей-то силищей мучиться от навязчивых идей!

     Все это время, пока она не  подошла  к  нему,  он  не  спускает  с  нее
тяжелого, пристального взгляда. По всему заметно,  что  по  дороге  сюда  он
порядком хватил.

     МИТЧ. А без этого - никак нельзя обойтись? (Показывает на электрический
веер.)
     БЛАНШ. Можно.
     МИТЧ. Неприятная штука.
     БЛАНШ. Так выключим, милый. Я и сама их недолюбливаю.  (Нажала  кнопку,
выключателя,   и   электровеер,   чинно   откланявшись,   замер.    Смущенно
откашливается,  глядя,  как  Митч  заваливается  на  постель  в  спальне   и
закуривает, но возразить не решилась.) Не знаю, найдется ли у нас что-нибудь
выпить... еще не успела посмотреть.
     МИТЧ. Это - Стэна... не надо мне его пойла.
     БЛАНШ.  А  это - не его. Не все же здесь принадлежит обязательно Стэну.
Есть  в этом доме что-то и не его... Но что же я, собственно говоря, искала?
Ах да... что-нибудь выпить. Мы тут весь вечер веселились до упаду, так что я
и правда чокнутая. (Делает вид, что неожиданно для себя напала на бутылку.)

     Он, закинув одну ногу на постель, смотрит на Бланш с брезгливостью.

Так,  что-то нашлось. А вы, я вижу, по-южному, со всеми удобствами... Что же
у нас тут такое, а?
     МИТЧ. Раз не знаете, значит, не ваша.
     БЛАНШ. Снимите-ка ногу с постели. Прямо на  белое  покрывало!  Да,  да,
вам, мужчинам, до таких мелочей и дела нет.  А  я  столько  труда  положила,
чтобы навести в этом доме порядок.
     МИТЧ. Да уж, только вашими молитвами...
     БЛАНШ. Но вы же видели, что здесь было раньше, до моего приезда. Ну,  а
теперь... посмотрите только! Не  комната  -  игрушка.  И  уж  теперь  так  и
поведется, у меня на этот счет строго... Не знаю, с чем это смешивают... или
прямо так? М-м-м... сладко. Очень сладко... Ужасно сладко... Ба, да  это  же
ликер... ну конечно! Да, да, так и есть - ликер.

     Митч только проворчал что-то.

Боюсь, вам он будет не по вкусу. Попробуйте все-таки, а вдруг - понравится?
     МИТЧ. Сказано вам было - не надо мне ничего из его запасов; сколько раз
повторять! Да и вам нечего налегать, раз это его, а не  ваше.  Он  и  то  уж
жалуется, что вы набросились на его виски, как бешеная кошка.
     БЛАНШ. Что за бред! И вы еще повторяете... вот уж чему  никогда  бы  не
поверила. Но я-то выше этого и не удостаиваю такое  подленькое  оговаривание
даже ответа.
     МИТЧ. Х-ха!
     БЛАНШ. Что все это значит? Вы что-то задумали. По глазам вижу...
     МИТЧ (вставая с постели). Что ж мы все сумерничаем?
     БЛАНШ. А мне так больше нравится. В сумерках как-то уютней,
     МИТЧ. Да я, кажется, так ни разу и не видел еще вас при свете.

     Бланш беззвучно рассмеялась.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.0587 сек.