Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Дафна Дюморье. Птицы

Скачать Дафна Дюморье. Птицы

    Он вернулся к машине и сел за руль.
     -- Давай проедем побыстрее, - шепнула ему  жена.  --  Там,  у  калитки,
лежит почтальон. Я не хочу, чтобы Джил видела.
     Он  прибавил  скорость.  Маленький  "моррис",  дребезжа  и подпрыгивая,
понесся по дороге. Дети завизжали от радости.
     -- Прыг-скок, прыг-скок! -- выкрикивал со смехом Джонни.
     Было без четверти час, когда они добрались до дому. Оставался всего час
времени.
     -- Надо бы наскоро пообедать, -- сказал Нат жене, -- Себе  и  детям  ты
что-нибудь  разогрей,  может, супу, из того, что привезли. У меня на еду уже
нет времени. Надо скорей разгружать машину.
     Он перенес все в дом. Потом можно будет  постепенно  разобрать.  Чем-то
занять  руки  в  долгие  томительные часы, которые им предстоят. Но основное
сейчас -- это окна и двери.
     Он обошел дом и тщательнейшим  образом  осмотрел  каждое  окно,  каждую
дверь.  Он  даже забрался на крышу и забил досками отверстия всех дымоходов,
кроме кухонного. Холод был лютый, он едва  выдерживал,  но  дело  надо  было
кончить. Он все время поглядывал на небо, поджидая самолетов. Но самолеты не
появлялись. Орудуя молотком, он не переставая клял власти за бездействие.
     -- Вечная  история,  --  бормотал  он.  --  Всегда  бросают в беде. Все
кувырком, неразбериха с самого начала. Ни плана, ни организации. А мы  здесь
вообще не в счет. Что _им_ до нашего захолустья? В городах, в центре --
там  да.  Там  уже  небось  и  газ  в ход пустили, и самолеты нашлись. А нам
остается ждать и надеяться на собственные силы.
     Забив дымоходы верхнего этажа, он на минуту остановился и  взглянул  на
море. Там вдали что-то двигалось. Что-то серо-белое мелькало среди бурунов.
     -- Морской  флот!  Вот  это да! -- воскликнул он. -- Вот кто никогда не
подведет! Они уже подходят, сейчас свернут в залив...
     Напрягая до боли слезящиеся глаза, он всматривался в морскую даль. Нет,
он ошибся. Это были не корабли. За флотилию он принял  чаек.  Чайки  массами
поднимались  с  моря. И с полей, взъерошив перья, взлетали бесчисленные стаи
птиц -- и разворачивались в небе, крыло к крылу, сомкнутым строем.
     Начинался прилив.
     Нат спустился по приставной лестнице и вернулся в кухню.  Жена  и  дети
сидели  за  обедом.  Было  уже  начало  третьего.  Он  запер дверь на засов,
забаррикадировал ее мебелью и зажег лампу.
     -- Ночь пришла! Спать пора! -- сказал Джонни.
     Приемник был включен, но, как и прежде, молчал.
     -- Я крутила, крутила, пыталась хоть заграницу поймать -- нигде ничего,
-- сказала жена.
     -- Может, повсюду такое же бедствие, -- сказал Нат. -- По всей Европе.
     Она налила ему тарелку супа,  привезенного  с  фермы,  отрезала  ломоть
хлеба  того  же  происхождения  и  полила  его  сверху  мясной  подливкой из
собственных запасов.
     Ели молча. Подливка с хлеба потекла у маленького Джонни  по  подбородку
прямо на стол.
     -- Смотри,  как  ты ешь, Джонни! -- сказала Джил, -- Когда ты научишься
рот вытирать?
     И опять этот стук в окна и двери. Шелест, шорох, возня, борьба за место
на подоконниках. И звук удара о крыльцо первой чайки-самоубийцы.
     -- Хоть бы Америка помогла! -- сказала жена. --  Американцы  ведь  наши
союзники! Может, они что-то сделают?
     Нат  промолчал.  Доски  на  окнах крепкие, на дымоходах не хуже. В доме
есть запас еды, топлива, все необходимое, можно продержаться несколько дней.
После обеда он разберет все, что привез, разложит по  местам,  рассортирует.
Жена  ему  поможет, дети тоже. Это займет их часов до восьми, а без четверти
девять начнется отлив, и тогда он велит  всем  лечь  в  постель  и  потеплей
укрыться, чтобы спокойно поспать до трех часов утра.
     Он  придумал,  как  еще  надежней  укрепить  окна. Надо натянуть поверх
наружных досок колючую проволоку. Он захватил на ферме  целый  моток.  Плохо
только,  что  работать  придется  в  темноте,  когда наступит затишье, между
девятью вечера и тремя часами утра. Жаль, что это пришло ему  в  голову  так
поздно.  Но  ничего,  пока  жена  и  дети  будут спать, надо постараться это
сделать.
     Окна теперь  осаждали  птицы  помельче.  Он  слышал  дробное  негромкое
постукивание   клювов   и   шелест   легких   крылышек.  Ястребы  окнами  не
интересовались. Их силы сейчас были брошены на  дверь.  И,  прислушиваясь  к
треску  расщепляемого  дерева,  Нат  думал о том, сколько же миллионов лот в
этих жалких птичьих мозгах, за разящими наотмашь клювами и острыми  глазами,
копился всесокрушающий инстинкт ненависти, который теперь прорвался наружу и
заставляет  птиц  истреблять  род  человеческий  с безошибочным автоматизмом
умных машин.
     -- Я, пожалуй, выкурю последнюю сигарету, -- сказал он жене.  --  Такая
досада -- был ведь на ферме, а про сигареты не подумал.
     Он достал сигарету, включил молчащее радио. Потом бросил пустую пачку в
огонь и смотрел, как она горит.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0948 сек.