Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Эзотерика

Михаил Березин Книга усовершенствования мертвых

Скачать Михаил Березин Книга усовершенствования мертвых

   - Ну, на "снежных барсов" - на альпинистов. Честно говоря, я уже давно
    поняла, что мой удел - шерпы, но начатое дело нужно всегда доводить до
    конца. Не так ли?

    Мысленно я позавидовал запасу ее ненависти. Очевидно, справедливо, что
    в нашей войне именно она вышла победителем.

    - Ты - настоящий дракон, малышка, - не поскупился я на похвалу.

    - Да, малыш.

    Она переместила свой "магнум" еще ниже и похотливо рассмеялась.

    - Дин Донн, - игриво произнесла она, вытянув губки.

    В этот самый момент раздался выстрел, у Эсты Рюллинг удивленно
    расширились зрачки, и она рухнула мне на грудь. В комнату через окно
    ввалилось двое мужчин.

    - Браво, Рольфс, - ядовито проговорил невысокий пожилой господин с
    короткими седыми завитушками на голове. - Наповал.

    - Кто бы мог подумать, что Дин Донн - женщина, - отозвался Рольфс,
    завладев "магнумом", который свалился мне между ног. - Столько лет
    водить ФБР за нос...

    - Поздравляю, - обратился ко мне пожилой. - Было совершенно очевидно,
    что один из вас - знаменитый террорист Дин Донн, и ваше счастье, что
    это оказались не вы. Если не ошибаюсь, вы - последний уцелевший
    любитель эсперанто в мире.

    - Где-то скрывается еще Лепаж-Ренуф, - возразил я...

    Газеты раструбили по всему миру, что загадочный преступник Дин Донн
    наконец-то обезврежен. С особенным удовольствием муссировался тот факт,
    что Дином Донном оказалась женщина.

    Я заперся у себя в бункере и долгое время провел за работой над "Точным
    словарем Масперо". Больше я ничем не мог заниматься. Наверное, я был
    первым драконом на свете, в полной мере достигшим цели. Правда,
    оставался еще Лепаж-Ренуф... Наконец, в один из погожих дней вспыхнул
    экран монитора, на котором замелькали строчки, написанные на эсперанто.
    Это мог быть только он. Оказывается, он купил островок в Атлантическом
    океане, на котором и жил все это время. Подробно описав этот клочок
    земли, он сообщал его координаты.

    Я тут же сорвался с места: прилетел в Каракас, от побережья Венесуэлы
    пустился вплавь на нанятом катере и вскорости достиг острова.

    Вышедший на берег Лепаж-Ренуф проводил меня в предназначенное для
    гостей бунгало. Кроме него и двоих слуг на острове никого не оказалось.
    За истекшее время Лепаж-Ренуф практически не изменился: все те же седые
    космы, обрамляющие лысину, твердый взгляд, низкий, слегка сипящий голос.

    - Где она? - были первые слова, с которыми я к нему обратился.

    - Ее больше нет со мной, поэтому я и пригласил тебя на остров.

    - Ах, вот как... Значит вы знали, что я ее сын?

    - Разумеется. Она сама мне сказала об этом.

    - А она... говорит на эсперанто?

    В ожидании ответа я весь напрягся. Он отрицательно замотал головой, и я
    с облегчением вздохнул.

    - Где она сейчас?

    - Я не знаю, - проговорил он.

    Потом он пригласил меня к обеду.

    В итоге я провел у него на острове около трех лет. Работал над "Точным
    словарем Масперо", купался, загорал. Лепаж-Ренуф оборудовал в своем
    бунгало лабораторию и пропадал в ней целыми днями. Вечера мы проводили
    за бесконечными разговорами, дегустацией вин и игрой в домино. С
    насмешкой он наблюдал за моей работой. Он утверждал, что создание
    точных определений, напротив, усложнит отношения между людьми, лишь
    приблизительность понятий и суждений позволяет людям добиться
    взаимопонимания. Он становился все более странным. Как-то он заявил,
    глядя на раскинувшийся над морем небосвод: "Звезды - это проекция на
    небе моих волос, стоящих дыбом". Несмотря на размеренность нашего быта,
    в воздухе все больше пахло грозой. Чувствовалось, что, в конце концов,
    что-то должно произойти.

    Однажды, на исходе дня, когда солнце багровым шрамом лежало на
    поверхности моря, он неожиданно проронил странную фразу:

    - Эта женщина, Эста Рюллинг...

    - Да? - отозвался я.

    - Она ведь не была Дином Донном...

    - Вот как? - Я мгновенно привел себя в состояние внутренней боевой
    готовности. - Кто же тогда?

    Тут он извлек из кармана "люгер" - в точности такой же, какой был у меня.

    - Я, - спокойно произнес он.

    - Вы? - Я остолбенел.

    - Да, я. А ты удивлен?

    Я начал кое о чем догадываться.

    - Удивлен ли я? Не то слово!

    - Дело в том, что ты - последний из любителей эсперанто, и мне бы
    хотелось довести начатое дело до конца, - сказал Лепаж-Ренуф.

    - Что ж, - улыбнулся я. - Стреляйте, сделайте одолжение.

    Он буквально впился в меня взглядом.

    - Ты мне не веришь?

    - Ни на грош.

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0931 сек.