Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Документальные

Юрий Гирченко. В Союзе все спокойно...

Скачать Юрий Гирченко. В Союзе все спокойно...

  * ЧАСТЬ 3. МАРОДЕРСТВО, ВОРОВСТВО И ТРОФЕИ. *


1990 год. Май.

     Бой - это  уже свершившийся факт. Гораздо больше утомляет ожидание его.
Тем более, если не известно когда он начнется, через минуту, час или неделю.
Сначала ожидание угнетает.  Потом  входит  в привычку. А после, что не самое
лучшее, расслабляет.
     Но мы, в  сложившейся  ситуации, расслабляться не успевали. И не только
потому, что нас обстреливали, но и по другому поводу.
     Как-то подошел  ко мне начальник особого отдела и сказал,  что по его
сведениям,  на  вещевом  складе  части  не  все  на месте.  Я  удивился  его
всеведению, но информацию к размышлению принял.  И на следующий день, провел
проверку вещевого склада ''НЗ''.
     Недостача была огромная.  Не хватало пять с  половиной тысяч комплектов
полевого хлопчатобумажного обмундирования. По простому - ''афганки''.
     Прапорщик, начальник  склада, лепетал что-то  несуразное о том, что  он
ничего  не знает. Но все его отговорки  были  неубедительны.  Его взяли  под
арест.  Через пару  дней  отвезли в  Баку,  в военную прокуратуру  и открыли
уголовное дело. О его дальнейшей судьбе мне ничего не известно.
     Но с тех пор, местный, Агдамский Народный Фронт Азербайджана был одет в
новенькое обмундирование.
     Вот так..., что не смогли взять с боем в январе, взяли мирно в мае.
     В конце  мая была обстреляна воинская часть в Узун-Даре.  В  результате
чего, был ранен часовой и убит один прапорщик.
     Еще  раз  хочу  подчеркнуть, что  все прапорщики были азербайджанцы,  и
местное  население знало это. Прапорщики были не  ''пальцем деланные'' и для
того, чтобы их не путали издалека, носили только  повседневную форму. Хитрые
ребята... И никакой силой нельзя было их заставить одеть, как и все, полевое
х/б.
     А  тут  был  убит  именно  азербайджанец.  Наверняка  дело  рук  армян,
пробравшихся  со  Степанакерта. А,  может, все еще проще. Может  он  кому-то
мешал  из  своих.  Кто  разбираться  будет?  И  вообще, ситуация была просто
превосходная для выяснения личных отношений, кровавого выяснения...
     Но служба - службой, а солдатам, отслужившим положенные два года, нужно
ехать домой. Мы  увозили  их, как  можно  дальше от границы с НКАО.  Кого в
Гянджу,  кого,  с  попутными  военными машинами  в  Баку,  а кого  сажали на
самолеты Аэрофлота прямо в Агдаме. Вопрос отправки держался под контролем. А
зачем  лишний риск? Пусть парни  возвращаются  домой. Заслужили...  И именно
заслужили, а не отслужили. Служба  у нас, это вам не в Москве траву и листья
на деревьях красить, перед приездом больших начальников. А  они, начальники,
по количеству этой краски и судят о боевой готовности данной воинской части.
Маразм...
     Но сейчас не об этом.


1990 год. Июнь.

     В июне начали возвращаться семьи офицеров. Ну, в конце  концов, сколько-ж
можно  жить отдельно? Хорошо,  будет веселей моей жене  и еще нескольким
таким-же, которые не уезжали вовсе.
     Но,  в  основном,  возвращались   только  жены,  а  дети  оставались  у
родственников. Дети - это свято, и жизнь их, по моему мнению, гораздо ценнее
жизни родителей...
     По количеству личного состава наш батальон  сократился, примерно, в три
раза. И на место  уволенных бойцов  начали прибывать  солдаты, подписавшие в
своих прежних частях контракты о том,  что они в добровольном порядке желают
проходить службу в районах чрезвычайного положения.
     Солдаты прибывали отовсюду. В хаотическом порядке. Хотя, какой-же это
порядок, если он хаотический. Многие приезжали с оружием, а у некоторых даже
не было аттестатов на это  оружие. И я не уверен - все-ли довезли его, не
продав по дороге. Ведь покупателей на оружие было много.
     Каждый, хоть немного, уважающий  себя джигит, хотел иметь автомат,  или
на  худой конец, пистолет. А  иметь хотел, не для того, что он был нужен для
защиты своей семьи, просто потому, что есть  у соседа, а у него самого нет.
Пусть  это не  законно...,  а он джигит...,  и все-равно будет иметь свой
автомат.  Да и  сами власти на  все закрывают глаза. Вот  так правдами, но  в
основном неправдами, вооружался народ.
     Подобный  процесс  происходил  не  только  в  Карабахе,  но  и во  всем
Закавказье...
     Еще в мае по  НКАО на  машине  с военными номерами  ездить  можно  было
свободно,  не  останавливаясь  возле  блокпостов  ВВ.  Но   теперь  ситуация
изменилась.  Документы  проверялись  у  всех,  в  том  числе  и  у  военных.
Происходило это не от  праздного любопытства или от нечего делать, а потому,
что  на  дорогах стали  появляться боевики,  переодетые в военную форму. Эти
боевики  останавливали проезжающие машины, грабили их, и  брали  заложников,
уводя в неизвестном направлении.
     Позже  были  задержаны  несколько  человек,  занимавшихся  такого  рода
захватом заложников, и оказались они армянами, а некоторые даже  жителями не
Нагорного Карабаха, а Армении.
     Причем,  что интересно, у этих боевиков  были маски. Простые  резиновые
маски,  с простым  человеческим лицом,  но  только  обязательно  со светлыми
волосами.
     Мне показывали  такую маску. Кто-бы, ни одел ее, натянув при  этом на
себя полевое  х/б,  выглядел,  как  простой  солдат со славянским выражением
лица. Конечно, если  рассмотреть  поближе, то  становиться понятно,  что это
маска. Но боевикам, ведь,  главное  остановить проезжающую  машину. А дальше
дело техники. Неплохо?..
     В конце июня был обстрелян блокпост ВВ на окраине Агдама. После  этого,
толи кто-то из местных,  толи кто-то из  солдат внутренних  войск, установил
дорожный  знак  на выезде  из  города  в  сторону Степанакерта. На нем  была
надпись: ''Якши йол!'', перевожу - ''Счастливого пути!''
     Вроде и сарказм,  но в жизни больше не видел более уместного применения
этого лозунга...


1990 год. Июль.

     Но, война-войной, а  женщина  всегда останется женщиной. Вот и  моей
жене вместе с моим делопроизводителем  -  женой зам.командира по вооружению,
захотелось  пройтись на местный  Агдамский рынок. А надо сказать, что рынок
здесь был чудный. Купить можно было  все. Ну, просто все, без ограничений. И
это в тот период, когда во  всей стране, уже чувствовался дефицит всего, без
исключения.
     Так,  вот, были  они  на рынке  и там их  пытались изнасиловать местные
''чурки''. Понятие у Агдамских джигитов своеобразное, если женщина блондинка
и в брюках - значит она проститутка.
     Девчонки наши вырвались с трудом и бегом добежали в часть.
     Узнав  об  этот, мы  с майором долго не думали. ''Прыгнули''  на  БРДМ,
прихватив с собой, человек пять бойцов, и поехали на рынок.
     Конечно, мы уже не нашли насильников, но несколько носов и скул сломали.
В  том  числе  и  одному местному  милиционеру.  Потому,  что  очень  сильно
возмущался...
     Правительство   СССР,  приняло  постановление  о   роспуске  незаконных
формирований на территориях  республик Закавказья. В этом-же постановлении
говорилось и  о добровольной сдаче  оружия. Оговаривался в нем  и  вопрос об
изъятии этого оружия.
     В добровольном порядке народ оружие сдавать не хотел.
     Задачи, по изъятию оружия  и  боеприпасов, были возложены на внутренние
войск МВД СССР.
     Внутренние  войска  изъятое  и  трофейное  оружие  привозили  к  нам  в
батальон,  а  мы  складировали его и хранили. Ох, чего  там только  не было!
Автоматы, автоматические винтовки, карабины, пулеметы, гранатометы, гранаты,
пистолеты разных марок из многих стран Мира. От его  количества просто волос
становился дыбом...
     Согласно,  упомянутого   мной   выше,   постановления  все   незаконные
формирования  должны  быть  расформированы. И  стоит  отметить, что  так,  в
принципе оно  и происходило.  А за  теми  группами, кто  не хотел добровольно
''самоуничтожаться'',   по  всему   Закавказью   гонялись   спецназ   ВВ   и
подразделения армейского ВДВ.
     А дальше произошло вот что.
     Для   наведения  конституционного   порядка   в   местах  с   массовыми
антиобщественными  проявлениями,  правительством  Азербайджана,  был  создан
республиканский  ОМОН.  Это  подразделение  не  подчинялось МВД  СССР,  а по
документам подчинялось  МВД  Азербайджана. Но на самом  деле руководил  этим
ОМОНом штаб бывшего, упраздненного, Народного Фронта  Азербайджана. То есть,
по сути, боевики. Одетые в милицейскую форму, узаконенные, но боевики.
     Получалось  следующее.  Если   нельзя  воевать  при  помощи  незаконных
формирований, то теперь  можно  воевать  при помощи  законного ОМОНа. Могу с
полной уверенностью сказать, что  формировалось это подразделение,  из  кого
попало, в том числе и из бывших уголовников.
     Ну, как тебе, дорогой читатель, такой Отряд Милиции Особого Назначения?
     Вооружался и экипировался этот ОМОН за счет средств МВД Азербайджана. И
это уже  был  не какой - то  партизанский  отряд,  а  подразделение милиции,
получающее за  свои ''труды'' денежное довольствие. ''Труды'' их заключались
в охране  азербайджанского населения  на территории  НКАО, и в то же время
грабеж  армянского населения  этой области. Ну, если-бы  только грабеж, то
еще  полбеды, но  происходили  и просто убийства мирного населения со  всеми
элементами последующего мародерства.
     А позже этот  ОМОН начал  грабить и  своих,  родных,  азербайджанцев. А
почему бы и нет? Война все спишет...


1990 год. Август.

     За  лето 1990 года, перевелось из нашего  батальона в другие части, или
просто уволилось из Вооруженных Сил, значительное количество офицеров. В том
числе  перевелся и  заместитель  командира  по  вооружению. А  жаль, хороший
мужик, с ним вместе служить-бы и служить.
     Из  двадцати восьми  человек по  штату, в  части  осталось  одиннадцать
офицеров.  И половина из оставшихся, находилась в отпуске. Честно говоря, я
устал  через день  заступать в  наряд  дежурным  по батальону. Да  и  комбат
постоянно  ''висел''  на  телефоне,  уговаривая  начальство  прислать  новых
офицеров.
     Начальство приказало назначать на вакантные должности в батальоне наших-же
офицеров. А так-же были присвоены очередные воинские звания.
     Я  специально останавливаюсь на  этом, чтобы в дальнейшем  не возникало
путаницы.
     Итак.
     Командир  инженерно-дорожной  роты  был   назначен  начальником   штаба
батальона, и получил звание майор.
     Командир  инженерно-саперной  роты назначен  заместителем  командира по
боевой подготовке, и тоже получил звание майор.
     Парторг  батальона был  назначен заместителем командира по политической
части, и получил звание капитан. И в дальнейшем поступал так-же, как и его
предшественник. И вообще, за все время службы, мне не  приходилось встречать
политработника, который  был-бы хорошим  человеком  и  честным офицером.
Наверное,  их в  училище учат  быть такими, какие  они есть... А знаете, чем
отличается замполит 80-х - 90-х от комиссара 30-х - 40-х?
     Рассказываю.  Комиссар говорил: ''Делай как я!'', а замполит:  ''Делай,
как я сказал!''
     Мой земляк, начальник особого отдела, получил звание капитан.
     Командир роты инженерных заграждений получил звание старший лейтенант.
     Потом в батальон прибыли офицеры, из других мест службы. Но их приехало
всего  четыре  человека.  Это,  капитан,   на  должность  зам.командира   по
вооружению, и  три старших лейтенанта. Один на должность парторга, второй на
должность   командира  инженерно-дорожной  роты,   и   третий  на  должность
начальника финансовой службы. Но нач.фин. приехал не надолго, услышав первые
выстрелы, он не только уехал из части, а  сразу уволился из Вооруженных Сил.
Позже на его место приехал молодой лейтенант, только из училища.
     После приехали еще шесть молодых лейтенантов. И это  все, штат так и не
был заполнен до конца.
     Что касается  солдат, то если во  всем Советском Союзе половина  частей
была не укомплектована, то у нас было человек тридцать сверх штата.
     Большое начальство из  Баку обещало, убедительно  стуча  себя  в грудь,
прислать мне нового начальника,  заместителя командира по тылу, по замене из
Западной  группы  войск.  Но,  забегая  вперед,  скажу, что так  никто и  не
приехал. А  зачем ему,  скажите, это  нужно? Ведь  лучше принимать  участие в
разграблении  имущества  при выводе войск из  Германии,  чем  в каком-то
Карабахе ходить под пулями...
     12 августа я со своим бойцом - водителем ехал  в Степанакерт, на своей,
уже  новой,  хлебовозке.  И,  по  дороге,  где-то  между  городом Ходжалы  и
Степанакертом, мы увидели изуродованную,  с многочисленными дырками от пуль,
машину, ЗИЛ-130. Машина была  гражданская,  без номеров. Возле нее никого не
было. Мы остановились. А когда открыли тент в кузове, то ''обалдели''. Кузов
был битком набит сигаретами ''Кэмэл''. И это, когда во всей стране дефицит с
сигаретами.  Мы перегрузили  к себе в  машину, что смогли, и поехали дальше.
     Дорогой  читатель,   оценивай   -  как  хочешь,   можешь  назвать   это
мародерством,  а  я  считаю,  что это трофеи,  и теперь  и  мы  будем курить
приличные сигареты...
     С начала августа в Узун-Даре, на  территории  части, начали оборудовать
площадку для вертолетов.  Да  что там,  оборудовать. Просто выкосили траву и
разровняли  грунт.  Сделано  это было, во-первых,  для того, чтобы большое
начальство,  надумав  приехать  к  нам,  не  подвергало  свои  ценные  жизни
опасности передвижением  по дорогам,  а  во-вторых,  для  эвакуации,  при
необходимости. Но, ну ее к черту, эту эвакуацию.
     К концу месяца площадка была  оборудована полностью, но вертолеты, пока
не летели...

 

 





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1118 сек.