Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Юрий Домбровский. - Записки мелкого хулигана

Скачать Юрий Домбровский. - Записки мелкого хулигана

   Хозяйственники отлично  уже  знают,  что  такое  труд  заключенного,  и
пересылку обходят  за десять  верст. Во  всяком случае, при мне вызвали один
раз двух человек,  в другой раз - трех. Одних часа на  полтора, других -  на
два. Оба раза для работ по коридору.
     Сижу  на нарах  и думаю: а как же здесь  спать?  Ведь  ни  матраца,  ни
подушки,  ни одеяла  нет.  В  монастырях такие  вещи  называются  эпитимией,
послушанием и  преследуют совершенно определенную вещь -  умерщвление плоти.
Здесь  же,  по  мысли законодателя, все  должно воспитывать.  Выйдешь отсюда
бритый,  будешь шататься, засыпать на  ходу  (шутка  ли -  пятнадцать  суток
проваляться  на  голых  досках),  второй  раз  не  попадешь. Надо мной висят
правила, и я читаю их по нескольку раз в день (другого чтения нет).
     Вот  читаю:  "Все  арестованные  проходят  санобработку и  стригутся  в
обязательном порядке. Примечание: женщин бреют только по указанию санитарной
комиссии".
     Гражданин законодатель, изобретатель вот  этой  мухоловки -  камеры без
оправок, прогулок, постелей,  почему  вы все же  непоследовательны? Брейте и
женщин! Брейте их догола. Что вас останавливает? Ведь делали же это во время
фестиваля 1957  года. Пускай хулиганки,  алкоголички,  аморалки  пройдут  по
улицам  остриженными наголо,  с  синеватыми черепами.  Вот  будет,  над  чем
посмеяться,  вот  уж  кому  придумают   по   двору  всякие  клички!  А  ведь
ошельмование,  надругательство -  это, по-вашему, профилактика преступления!
Непоследовательность губит всех благодетелей человечества, гр. законодатель,
прокурор или санитарный врач города,  - так стригите  же, брейте, болваньте,
шельмуйте  женщин.  Помечайте  их так,  чтоб над  ними грохотали все газовые
плиты, все кастрюли и комнаты коммунальной  квартиры. Доводите наш моральный
кодекс  до  полного всеобщего  понимания.  Женщин  вы  не стрижете,  что  за
нелепость?
     Читаю дальше: "Каждому арестованному предоставляется спальное место без
постели". Выражение очень сильное. Что место без постели может быть спальным
- не думали ни Ягода, ни Ежов, ни Берия. Пук соломы в мешке да горсть сена в
наволоке  они  давали всегда. Режим вокзальной свалки в течение полумесяца -
это действительно что-то  совершенно новое  в истории пенитенциарных систем.
Впрочем,  тогда  у   Берии,  соображаю  я,  от  человека  что-то  требовали:
последственный  должен был  отвечать  на  вопросы,  помогать  следователю  в
сочинении так  называемого "романа",  называть  фамилии  и  т.д.  Осужденный
работал.
     Дел было много. Пытка бессонницей применялась именно как пытка, то есть
только тогда, когда имело место какое-то  вымогательство: подпиши показание,
подтверди  на  очной   ставке  то-то  и  то-то,  обличи  такого-то.  "Помоги
следствию". Когда же бедный мавр, доведенный до  чертиков, делал свое дело -
в кого-то там тыкал  пальцем, что-то там подмахивал, - его душу отпускали на
покаяние - отдохни до лагеря (или до расстрела). А в лагере постели были уже
настоящие, иногда даже с простыней. Не выспишься - не поработаешь,  это наши
начальники усвоили себе железно. Каждый бы из них счел бы сумасшедшим своего
соседа, если бы он вывесил вот это правило: "Спальное место без постели".
     Тут  могут,  пожалуй,  возразить:  но  ведь  там  и  сроки  были  иные,
пятнадцать  лет  и  пятнадцать суток  -  есть  разница!  Ах,  какая  чепуха!
Самое-самое страшное это именно и есть не года, а десять - пятнадцать суток.
Ведь  только  длительность  переходов  -  одиночка  (с  постелью  все-таки),
допросы,  пересылки,  -   одним  словом,  полугодовой  срок   переподготовки
свободного человека  в ЗК, в номер  такой-то,  и  давали этому номеру силы и
моральные, и физические. Они воспитывали его. Иммунизировали. С этой позиции
даже следствие с его матом и кулаками имело свой благодетельный смысл. Стащи
человека с постели и брось его сразу в лагерь, он и трех дней не выдюжит, а,
переходя  из одного круга ада в другой, люди выносили и такое, что  после им
самим казалось  фантастикой. Один  замечательный, но безымянный поэт в одном
из своих  стихотворений очень  кстати вспомнил, что последний, девятый, круг
ада - мороз и лед. Так вот в этом девятом круге мы жили годами и  даже стихи
там писали. Потому и жили, что до этого времени  прошли все восемь кругов по
порядку.  А вот если б порядок изменился, если  б  сразу с первого круга нас
кинули в пятый или в шестой, тогда бы, конечно, была катастрофа и смерть.
     Всю   ночь  я   не  спал,  то   есть  находился  в  том   полубредовом,
полубодрствующем состоянии, когда  действительность расслаивается и начинает
делаться сквозной, через желтую лампочку, доски, стены проступала моя улица,
моя комната, книги, которые я должен был прочесть до завтра, работа, которую
я не  закончил.  Так же спали или не спали все. Лежали, смотрели  на  окно -
скоро ли  оно  побелеет,  закуривали,  слезали,  сидели,  почесывая  желтые,
обритые головы. В шесть часов подъем. Но подъем  тут - это, конечно, понятие
условное. Просто в шесть  часов раздача хлеба. А есть здесь никто  не хочет.
Вялость, духота, неподвижность, скученность  - она перебьет  всякий голод. В
первые дни, во всяком случае.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.1111 сек.