Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Анатолий Гребнев - Из цикла "Венок сюжетов" - Дамоклов меч

Скачать Анатолий Гребнев - Из цикла "Венок сюжетов" - Дамоклов меч

                                           9
   А между тем наступала развязка,  и пришла она неожиданно  для  всех
героев этой истории.  Аркадия Фаустова все-таки отрешили от должности.
И не по доносу зловредной Дианы,  и не по воле  расчетливого  куратора
Василия Васильевича или его строгой начальницы,  ибо и сам Василий Ва-
сильевич в то же самое время,  всего несколькими днями позже,  лишился
своего  кресла,  с начальницей же Екатериной Дмитриевной это произошло
еще раньше. Скажем одним словом, точнее, одной фразой: наступала эпоха
перемен.
   Случилось так,  что кроткий Союз музыкантов, до сих пор еще никогда
никому не доставлявший хлопот,  вдруг в одночасье громогласно  восстал
против собственного руководства,  пожелал заменить его сверху донизу и
тут же проделал это посредством тайного голосования.  Ох уж это тайное
голосование, сколько раз в истории оно являло нам свои хитрые подмены,
когда сиюминутное настроение зала,  кем-то подогретого,  выдавало себя
за  законную  волю  большинства.  Это  уж потом несчастное большинство
спросит себя,  почему оно в тот момент проголосовало так, а не этак, и
начнет,  как водится,  искать виноватых.  В нашем случае все произошло
мгновенно,  в течение одного дня.  Чье-то выступление, имевшее успех у
зала,  и - пошло, покатилось. Вот уж и Союз музыкантов плох, и руково-
дители его бессильны и покорны,  и шкала ценностей  перевернута:  пос-
редственность  процветает,  а талант в загоне.  А уж тут недалеко и до
требования сместить верхушку, и смотрите, как рукоплещет зал, а в осо-
бенности галерка!
   Пожалуй, наибольший успех в этот день выпал на долю Валерия Бровки-
на.  Непризнанный гений оказался страстным оратором.  Уж он-то  крушил
направо и налево, больше, впрочем, направо, не обойдя и своего поклон-
ника и благодетеля Аркадия Фаустова, беспринципного соглашателя и кон-
формиста,  по его словам.  Кто-то вякнул в защиту Аркадия Аркадьевича,
как человека благожелательного и доброго,  но защита на таких собрани-
ях, как уже не раз замечено, успеха не имеет.
   Потом говорили,  что это был заговор.  Вряд ли. Еще говорили: бунт.
Вот это скорее.  Бунт - против кого,  против чего?  Не против же Союза
музыкантов и его лидеров, пусть даже зажравшихся. Не их же освистывала
галерка. А кого?.. Вот то-то же. Время еще не пришло. Оно начиналось.
   На другой же день с утра Аркадий Аркадьевич под сочувственными взо-
рами секретарш и с беспечной улыбочкой на лице выгребал свое имущество
из ящиков стола,  за которым провел годы.  Все к лучшему,  говорил его
вид.  Хватит. Пусть теперь пашут другие, кто помоложе, а я на них пос-
мотрю.  Вот Валерий Бровкин, Валерий ...как его? Андреевич? Никогда не
знал отчества. Вот пусть теперь - Валерий Андреевич. Желаю успеха.
   Валерий Андреевич  не замедлил явиться.  Протянул руку,  заглянул в
глаза.  Он всегда заглядывал в глаза.  "Не обижайтесь, Аркадий Аркадь-
евич,  не держите зла.  А впрочем, вы человек не злопамятный, контакт-
ный, мы это всегда ценили".
   Вот так оно все разом и совершилось - то, чем грозила Фаустову Диа-
на,  и  что было предметом торга между ними,  и было,  если вспомнить,
постоянным ужасом, кошмаром и проклятьем всей его жизни. Так вот, ока-
зывается, легко и просто, без наркоза.
   А сколько  сразу объявилось сочувствующих,  надо же.  Телефон - до-
поздна.  Любят у нас обиженных,  что ни говорите.  Аркадий Аркадьевич,
дорогой, держитесь, мы с вами... Держись, друг, эти сволочи экстремис-
ты ненадолго захватили власть,  вот вспомнишь мое слово!.. А хоть бы и
надолго, мне-то что до этого, я теперь свободный человек...
   Меру своей свободы ему еще предстояло узнать и оценить.  Недели че-
рез две после его отставки позвонил приятель:  что там у тебя, в Боль-
шом? Почему вдруг замена?.. И впрямь - замена. Черным по белому. Вмес-
то ранее объявленной оперы Фаустова - Россини, "Севильский цирюльник".
Хорошо, хоть Россини.
   Позвонила туда Диана.  Инкогнито,  не назвавшись:  что случилось? А
ничего,  замена. Понятно, что замена, - почему? Болен кто из солистов?
Никто не болен. А что ж тогда? А ничего. Снято с репертуара.
   Фаустов стоял рядом, за ее плечом. Она положила трубку и обернулась
к нему с выражением как бы вопроса, недоумения: что происходит?
   И это ее выражение вдруг развеселило Фаустова.  Она, видите ли, еще
не поняла,  что происходит. А то происходит, что - все, конец, финита!
Ты проиграла,  моя дорогая!  Хрен тебе что обломится! Вот так! Мы сво-
бодны! Что? Все еще не поняла?
   Его разбирал смех. Он смотрел на нее со злорадством, с наслажденьем
победителя, как если б сам это все подстроил: вот же тебе! - смотрел и
смеялся,  заливался смехом,  погибал от хохота,  ржал и не мог остано-
виться.




 
 
Страница сгенерировалась за 0.3335 сек.