Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Драма

Альбер Камю. - Размышления о гильотине

Скачать Альбер Камю. - Размышления о гильотине

       Оставим в стороне тот факт, что закон расплаты  неприложим
на практике: расправляться с поджигателем, обращая в  головешки
его собственный дом, так  же  глупо,  как  и  наказывать  вора,
снимая  с  его  банковского  счета  сумму,    равноценную    им
украденной.  Предположим, однако, что  было  бы  справедливо  и
необходимо компенсировать убийство жертвы  смертью  убийцы.  Но
смертная казнь -- не просто смерть.  По сути своей она  так  же
отличается от лишения жизни, как концлагерь от тюрьмы. Она есть
убийство,  спору  нет,  арифметическая  расплата   за    другое
убийство.  Но она  присовокупляет  к  смерти  некий  регламент,
публичную и  заранее  известную  осужденному  преднамеренность,
организованность,  наконец,  которая  сама  по  себе   является
источником моральных  страданий,  более  ужасных,  чем  смерть.
Короче, ни о какой равноценности не может быть и  речи.  Многие
законодатели считают  предумышленное  преступление  куда  более
тяжким, чем спонтанное.  Но что такое смертная казнь,  если  не
наиболее предумышленное из  убийств,  с  которым  не  сравнится
самое  расчетливое  злодеяние?  Если  уж   соблюдать    принцип
равноценности, следовало бы приговаривать к смертной казни лишь
того  преступника,  который  заблаговременно  предупредил  свою
жертву о дне и часе, когда его настигнет  ужасная  смерть,  так
что начиная с этого момента обреченный на смерть человек должен
месяцами цепенеть в ожидании своей участи.  Но такие чудовища в
природе не встречаются.
     И вот еще что: когда наши  официальные  юристы  твердят  о
безболезненной смерти осужденных, они не сознают, о чем говорят
и, что самое главное, им не хватает воображения. Опустошающий и
разлагающий страх,  который  становится  уделом  осужденного  в
течение долгих месяцев или лет [*1], --  это  наказание  похуже
смерти, наказание, подобного  которому  жертва  не  испытывает.
Даже ошеломленная грубым посягательством на ее  жизнь,  она,  в
большинстве случаев, гибнет,  так  и  не  осознав,  что  с  нею
происходит. Вряд ли она мучится ужасным сознанием того, сколько
именно ей еще  остается  жить  и  есть  ли  у  нее  надежда  на
спасение.  Зато осужденный испытывает весь этот ужас вплоть  до
мелочей.  Пытка  надеждой  сменяется    приступами    животного
отчаяния.  Адвокат  и  священник  из  чистого    человеколюбия,
тюремщики -- для того, чтобы узник не буйствовал, -- все в один
голос уверяют его, что он будет помилован.  Он  то  всем  своим
существом  доверяется  им,  то  отказывается  верить.  Днем  он
надеется, а ночью  теряет  надежду  [*2].  Неделя  проходит  за
неделей, отчаянье и безнадежность растут и становятся в  равной
мере невыносимыми.  По  словам  всех  очевидцев,  цвет  лица  у
осужденных меняется, страх действует на  него  словно  кислота.
"Знать, что умрешь, это еще полбеды, -- сказал один из  узников
тюрьмы Френ. -- Не знать, суждено ли тебе остаться в живых,  --
вот страшнейшая пытка". "Подумаешь, поганая  четверть  часика!"
-- говорил о смертной казни Картуш.  Но ведь  речь  идет  не  о
минутах, а о целых месяцах.  Задолго наперед осужденный  знает,
что  будет  убит  и  что  спасти  его  может  только  указ    о
помиловании, столь же вероятный, как  глас  небесный.  В  любом
случае он не может самолично что-то изменить, выступить в  свою
защиту, убедить кого-то.  Все свершается помимо  его  воли.  Он
перестал быть человеком, превратился в неодушевленный  предмет,
которым палачи могут вертеть, как им вздумается. Он пребывает в
царстве абсолютной необходимости, в царстве  инертной  материи,
наделенной, однако, сознанием, -- своим злейшим врагом.

     ----------
     [*1] Ремен, приговоренный к смерти во время  Освобождения,
до  казни  провел  семьсот  суток   в    кандалах    --    факт
возмутительный! Осужденные на  смерть  уголовники  обычно  ждут
казни  от  трех  месяцев  до  полугода.  Эту  отсрочку   трудно
сократить  ввиду  возможности  помилования.  Впрочем,  я   могу
засвидетельствовать, что рассмотрение  прошений  о  помиловании
производится  во  Франции  со   всей    ответственностью,    не
исключающей явного стремления к милосердию в той мере, с  какой
это позволяют закон и нравы.
     [*2] Поскольку  по  воскресеньям  казни  не  производятся,
субботняя ночь считается среди смертников самой спокойной.
     ----------





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0996 сек.