Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Классическая литература

Иван Сергеевич Тургенев. - После смерти (Клара Милич)

Скачать Иван Сергеевич Тургенев. - После смерти (Клара Милич)

         "11"

     Началась  она  хорошо; он  скоро заснул - и когда тетка вошла к нему на
цыпочках,  чтобы  трижды  перекрестить  его спящего - она это  делала каждую
ночь, - он лежал и  дышал спокойно,  как дитя. Но перед зарею ему привиделся
сон.
     Ему снилось: он шел по голой степи, усеянной камнями, под низким небом.
Между камнями вилась тропинка; он пошел по ней.
     Вдруг перед ним поднялось нечто вроде тонкого облачка. Он вглядывается;
облачко стало  женщиной в  белом  платье  с светлым поясом вокруг стана. Она
спешит  от него прочь. Он не  видел ни  лица ее,  ни  волос...  их закрывала
длинная  ткань.  Но  он  непременно хотел догнать ее и заглянуть ей в глаза.
Только как он ни торопился - она шла проворнее его.
     На тропинке лежал широкий, плоский камень, подобный могильной плите. Он
преградил  ей дорогу... Женщина  остановилась.  Аратов подбежал к ней. Она к
нему обернулась - но он все-таки не увидал ее глаз... они были закрыты. Лицо
ее было белое, как снег; руки висели неподвижно. Она походила на статую.
     Медленно,  не  сгибаясь  ни  одним  членом,  отклонилась  она  назад  и
опустилась  на ту плиту... И вот Аратов  уже  лежит с ней  рядом,  вытянутый
весь, как могильное изваяние - и руки его сложены, как у мертвеца.
     Но  тут женщина вдруг  приподнялась - и пошла прочь. Аратов хочет  тоже
подняться... но  ни пошевельнуться, ни разжать рук он  не может - и только с
отчаяньем глядит ей вслед.
     Тогда женщина внезапно обернулась - и он увидал светлые, живые глаза на
живом, но незнакомом  лице. Она смеется,  она манит его рукою... а он все не
может пошевельнуться...
     Она засмеялась  еще раз  - и быстро удалилась, весело качая головою, на
которой заалел венок из маленьких роз.
     Аратов силится закричать, силится нарушить этот страшный кошмар...
     Вдруг все кругом потемнело... и женщина возвратилась к нему. Но это уже
не та незнакомая статуя... это Клара. Она  остановилась перед ним, скрестила
руки - и строго и внимательно смотрит на него.  Губы ее  сжаты - но  Аратову
чудится, что он слышит слова: "Коли хочешь знать, кто я, поезжай туда!"
     "Куда?" - спрашивает он.
     "Туда, - слышится стенящий ответ. - Туда!"
     Аратов проснулся.
     Он  приподнялся  в постели, зажег свечку, стоявшую на ночном столике, -
но не встал - и долго сидел, весь похолоделый, медленно осматриваясь кругом.
Ему казалось, что с ним что-то свершилось с тех пор, как он лег; что  в него
что-то внедрилось... что-то завладело им. "Да  разве это возможно? -  шептал
он бессознательно. - Разве существует такая власть?"
     Он не  мог остаться в постели. Он тихонько оделся - и до утра пробродил
по  комнате. И  странное дело! О Кларе он не думал  ни минуты  - и не  думал
оттого, что решился на другой же день ехать в Казань!
     Он думал только об этой поездке; о том, как это сделать, и что с  собою
взять, - и как  он  там все разыщет  и узнает - и успокоится. "Не поедешь, -
рассуждал он сам с собою, - пожалуй, с ума сойдешь!" Он боялся этого; боялся
своих нервов. Он был уверен, что, как только он там "все это" увидит воочию,
всякие  наваждения разлетятся  -  как тот ночной  кошемар.  "И  всего-то  на
поездку  пойдет  неделя... -  думал  он,  -  что  такое неделя?  а  иначе не
отделаешься".
     Вставшее  солнце  осветило  его  комнату; но свет  дневной  не разогнал
налегших на него ночных теней и не изменил его решения.
     С  Платошей чуть не сделался удар, когда он сообщил ей это решение. Она
даже  на  корточки присела... ноги у ней подкосились. "Как в Казань? зачем в
Казань?" - шептала  она, выпучив и без того слепые  глаза. Она  бы не больше
удивилась,  если  б  узнала, что  ее  Яша женится на  соседней булочнице или
уезжает в Америку.
     - И надолго в Казань?
     - Я через неделю вернусь, - отвечал Аратов, стоя в полуоборот  к тетке,
все еще сидевшей на полу.
     Платонида  Ивановна  хотела  еще   возражать  -  но  Аратов  совершенно
неожиданным и необыкновенным образом закричал на нее.
     - Я не ребенок, - закричал он и весь побледнел, и губы его задрожали, и
глаза сверкнули  злобно.  - Мне двадцать шестой  год, я знаю, что  делаю,  я
волен делать,  что хочу! Я никому не  позволю... Дайте мне денег на  дорогу,
приготовьте  чемодан с бельем и платьем... и не мучьте меня!  Я через неделю
вернусь, Платоша, - прибавил он более мягким голосом.
     Платоша приподнялась кряхтя и, уже не возражая более, поплелась  в свою
комнатку.  Яша испугал ее.  "Не голова  у  меня на  плечах,  - говорила  она
кухарке, помогавшей  ей  укладывать Яшины вещи, - не голова  - в  улей...  и
какие там пчелы жужжат  - не  знаю. В Казань уезжает, мать моя, в Каза-ань!"
Кухарка,  видевшая  накануне, что  дворник  их  о  чем-то долго беседовал  с
городовым, хотела было доложить об этом обстоятельстве своей госпоже - да не
посмела  и  только подумала: "В Казань! Как  бы не подальше куда-нибудь!"  А
Платонида Ивановна до  того растерялась,  что даже обычной молитвы  своей не
произносила. В такой беде и Господь Бог помочь не мог!
     В тот же день Аратов уехал в Казань.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0441 сек.