Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Классическая литература

Иван Сергеевич Тургенев. - После смерти (Клара Милич)

Скачать Иван Сергеевич Тургенев. - После смерти (Клара Милич)

         "14"

     Платонида   Ивановна   несказанно   обрадовалась   возвращению   своего
племянника  Чего-чего она не передумала в его отсутствие "По меньшей мере, в
Сибирь! - шептала она, сидя неподвижно в своей комнатке, - по меньшей мере -
на год!"  К  тому же и  кухарка пугала ее,  сообщая наивернейшие известия об
исчезновении то того, то другого молодого человека по соседству. Совершенная
невинность  и  благонадежность  Яши   нисколько   не   успокаивали  старушку
"Потому...  мало ли  что! -  фотографией  занимается... ну  и довольно! бери
его!" И вот ее Яшенька вернулся цел и невредим! Правда, она заметила, что он
как  будто  похужел и в личике осунулся - дело понятное... без призора! - но
расспрашивать  его об этом  путешествии  не посмела  Спросила за  обедом: "А
хороший город Казань?" - "Хороший", -  отвечал Аратов. "Чай, там все  татары
живут?" -  "Не  одни татары".  -  "А халата оттуда  не  привез?" - "Нет,  не
привез" Тем и кончился разговор.
     Но как  только Аратов очутился  один  в своем кабинете -  он немедленно
почувствовал, что его  как бы кругом что-то охватило, что он опять находится
во власти, именно во власти другой жизни, другого существа. Хоть он и сказал
Анне - в том порыве внезапного исступления, - что он  влюблен в  Клару, - но
это слово ему  самому теперь  казалось  бессмысленным и  диким.  Нет, он  не
влюблен,  да  и как  влюбиться  в мертвую,  которая  даже  прижизни  ему  не
нравилась,  которую он почти забыл? Нет но он  во власти в  ее власти, он не
принадлежит  себе более Он -  взят.  Взят  до  того,  что  даже  не пытается
освободиться  ни  насмешкой  над собственной нелепостью, ни  возбужденьем  в
себе, если не уверенности, то  хоть надежды, что это все пройдет, что это  -
одни нервы, - ни приискиваньем к тому доказательств, - ни чем иным! "Встречу
- возьму", - вспомнились ему слова Клары, переданные Анной... вот он и взят.
"Да ведь  она -  мертвая?  Да;  тело  ее мертвое...  а  душа? разве  она  не
бессмертная,  разве  ей нужны  земные  органы,  чтобы  проявить власть?  Вот
магнетизм  нам  доказал влияние  живой человеческой  души  на  другую  живую
человеческую душу... Отчего же это влияние  не продолжится и  после смерти -
коли душа остается живою? Да с  какой  целью? Что из  этого может выйти?  Но
разве  мы -  вообще - постигаем,  какая цель  всего, что  совершается вокруг
нас?" Эти мысли до того занимали Аратова, что он внезапно, за  чаем, спросил
Платошу: "Верит ли она  в  бессмертие  души?" Та сначала не поняла,  что  он
такое спрашивает, а  потом перекрестилась и ответила, что еще бы - душе - да
не быть бессмертной!  "А коли так,  может она  действовать  после смерти?" -
опять спросил Аратов Старушка отвечала, что может за нас молиться то есть; и
то, когда пройдет все мытарства - в ожиданье  Страшного суда. А первые сорок
дней она только витает около того места, где ей смерть приключилась.
     - Первые сорок дней?
     - Да; а потом пойдут мытарства.
     Аратов подивился познаньям  тетки - и ушел к себе. И опять почувствовал
то же, ту же  власть  над собой.  Власть эта сказывалась и в  том,  что  ему
беспрестанно  представлялся образ Клары, до малейших подробностей, до  таких
подробностей, которые  он при жизни ее  как будто  и  не  замечал: он видел,
видел ее пальцы, ногти, рядки  волос на щеках под висками, небольшую родинку
под левым  глазом, видел  движения ее губ, ноздрей, бровей... и какая у  ней
походка - и как  она держит  голову немного на правый бок  все видел он!  Он
вовсе  не  любовался  всем  этим; он  только не  мог об этом не думать  и не
видеть.  В  первую  ночь  после  своего  возвращения  она,  однако,  ему  не
снилась... он очень устал и спал как убитый. Зато, как только он проснулся -
она снова вошла в его комнату - и так осталась в ней  - тонно хозяйка; точно
она своей добровольной смертью  купила себе это право, не спросясь  его и не
нуждаясь  в его  позволенье. Он взял ее  фотографическую карточку; начал  ее
воспроизводить,  увеличивать  Потом он  вздумал ее приладить к  стереоскопу.
Хлопот ему было много...  наконец это ему удалось. Он так и вздрогнул, когда
увидал сквозь стекло ее фигуру, получившую подобие телесности. Но фигура эта
была серая, словно  запыленная... и к тому же  глаза... глаза все смотрели в
сторону, все как будто отворачивались. Он стал долго,  долго глядеть на них,
как  бы ожидая, что  вот  они направятся  в  его  сторону, он  даже  нарочно
прищуривался... но глаза оставались неподвижными, и вся фигура принимала вид
какой-то куклы. Он отошел прочь, бросился в кресло, достал вырезанный листок
ее  дневника, с  подчеркнутыми  словами -  и  подумал: "Ведь  вот,  говорят,
влюбленные  целуют строки,  написанные милой рукою, а мне этого  не  хочется
делать  -  да и  почерк  мне кажется  некрасивым.  Но  в  этой строке  - мой
приговор".  Тут ему пришло в голову обещанье, данное Анне насчет  статьи. Он
сел за стол и принялся было ее писать; но все у него выходило так ложно, так
риторично...  главное, так ложно... точно он не верил ни в то, что он писал,
ни  в собственные  чувства...  да  и сама Клара  показалась  ему незнакомой,
непонятной!  Она не  давалась ему. "Нет! - подумал он, бросая перо... - либо
сочинительство  вообще  не  мое  дело,  либо  еще  подождать надо!" Он  стал
припоминать свое посещение  у Миловвдовых и весь  рассказ Анны, этой доброй,
чудной  Анны... Сказанное  ею слово. "Нетронутая!" внезапно  поразило его...
Словно что и обожгло и осветило.
     - Да, - промолвил он громко, - она нетронутая  - и  я нетронутый... Вот
что дало ей эту власть!
     Мысли о бессмертии души, о жизни за гробом снова посетили его. Разве не
сказано в библии: "Смерть,  где жало твое?" А  у  Шиллера-  "И мертвые будут
жить!"  (Auch die Todten sollen leben!) Или вот еще, кажется, у Мицкевича "Я
буду любить  до  скончания века...  и по  скончании века!" А один английский
писатель  сказал:  "Любовь  сильнее  смерти"  Библейское изречение  особенно
подействовало на Аратова. Он  хотел  отыскать место, где находятся эти слова
Библии у него не было, он пошел попросить ее у Платоши. Та удивилась, однако
достала старую-старую  книгу в  покоробленном кожаном  переплете, с  медными
застежками, всю закапанную воском - и вручила ее Аратову.  Он унес ее к себе
в комнату - но долго не находил того изречения... зато ему попалось другое:
     "Большее сея любве никто же имать, да кто  душу  свою положит за  друга
своя..." (Ев. от Иоанна, XV гл., 13 ст.)
     Он  подумал:  "Не  так сказано. Надо  было  сказать "Большее сея власти
никто же имать..."
     "А если она вовсе не за меня положила свою душу? Если она только потому
покончила с собою, что жизнь ей стала в тягость? Если она, наконец, вовсе не
для любовных объяснений пришла на свидание?"
     Но  в   это  мгновенье  ему  представилась  Клара   перед  разлукой  на
бульваре... Он вспомнил то горестное выражение на ее лице - и те  слезы и те
слова: "Ах, вы ничего не поняли..."
     Нет  он не  мог сомневаться в том,  из-за чего и для кого  она положила
свою душу...
     Так прошел весь этот день до ночи.





 
 
Страница сгенерировалась за 0.0936 сек.