Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Научно-фантастическая литература

Александр ТЮРИН - СОЗНАНИЕ ЛЕЙТЕНАНТА В ЛОТОСЕ, ИЛИ МЕДИТАЦИЯ ВРЕМЕН ТРЕТЬЕЙ МИРОВОЙ

Скачать Александр ТЮРИН - СОЗНАНИЕ ЛЕЙТЕНАНТА В ЛОТОСЕ, ИЛИ МЕДИТАЦИЯ ВРЕМЕН ТРЕТЬЕЙ МИРОВОЙ

Когда я проснулся, то сперва почувствовал не холод, а работу
судового двигателя. Вал проходил где-то неподалеку и
распространял тряску. А потом я начал с легким кряхтением
оттаивать.  Стал замечать цифры-мимики, она бежали как будто по
небу, показывая и указывая на уровень гемоглобина, сахара,
всякие там вредные метаболиты, концентрации ионов, скорость
нейромышечных реакций.  Я видел, что уже прошло слишком много
времени, мимик хронометра тоже сиял надо мной -- я не очухался
вовремя!

Одна капельница с консервантом, как выяснилось, быстро вышла из
строя, и вместо нее отработала резервная, но со сбоями.
Та капельница, которая должна была привести меня в чувство
адреналитиками, включилась позже, чем надо. И сейчас ее пришлось
форсировать.

Наверное, из-за этого мне стало так больно.

Каждую мою клетку словно перетирали и раздавливали каменные
пальцы, мышцы были деревянными, но это дерево горело.

Однако через три минуты я уже поднялся на колени и пустил слюни.

Неподалеку из-под коробок выглядывала серая физиономия Раджнеша
в кислородном наморднике.  Датчик, приклеенный к его шее, светил
индикаторами, показывая, что он жив. Жив в нашем понимании этого
слова. Артериальное давление было немногим больше, чем у
нормального мертвеца.

Камински же явно еще пребывала в отключке.  Я коснулся ее руки и
получил по СБС данные по ее пошатнувшемуся здоровью.

Вот зараза: какая-то дисфункция дыхательного центра и аритмия
сердца, кислорода в тканях на двадцать пять процентов ниже
нормы!

Лицо диверсантки сейчас было невинным и даже жалким. Мой
образованный микрокомпи предложил сделать ей интубацию, да еще
вколоть латровита с адреналином прямо в сердце.

Какая тут на фиг интубация? Мне бы еще в сердце ей попасть.
Я вознес руку со шприцом, пробил иглой посиневшее тело
напарницы, и надавил на ампулу.

Вовремя надавил. Снаружи раздался какой-то грохот, потом еще.
Ну как не узнать родные звуки.  Это точно автоматные очереди --
ишь как тарахтят, 1000 выстрелов в минуту не меньше.

Притом секли они все ближе и ближе. Я попробовал открыть дверь
контейнера, но ее, видимо, заклинило смежным контейнером.

Придется пробиваться  с помощью направленного взрыва.  Но только
где?

Ультразвуковой миниробот-зонд в таком нагромождении металла
никак не мог подыграть. Я обстучал стальные стенки и мне
показалось, что сверху имеется свободное пространство.

Прикрепил к подволоке контейнера два батончика со взрывчаткой,
воткнул иглы взрывателей и двадцать секунд подождал.

Потом было много дыма, пара, вони, брызг фреона и окалины.
Однако крепкий оказался контейнер.  Металл крыши был пробит и
отогнут, но до нормальной дыры оставалось еще далеко.  Я
приподнялся насколько мог и стал, обжигаясь и кряхтя, отжимать
кусок рваного горячего железа.

Затем высунул голову из контейнера и мои сенсоры, инфракрасный и
электрочувствительный, дали мне мимики-контуры окружающего
пространства.

Мы были в закрытом трюме, но по его люку топали
тяжелые башмаки.  Я по этому звуку догадался, что не наши
башмаки. Да и голоса долетали не наши, больно визгливые.  Шухер,
над головой кунфушники!

Я вернулся в контейнер и начал тормошить Камински. Эта чертова
машина для убийства, еще считающая себя женщиной, никак не хотела
очухаться.  Потом она застонала, даже прошептала, что холодно,
но глаза так и не открыла.

Я прижал ее к себе, обнял, дул на ее потрескавшиеся губы, будто
она была не матерой разведчицей, а маленькой девочкой. Лицо ее
действительно переменилось -- ничего зловещего и хищного. Все
это было лишь мимиком-маской запрограммированной на убийства
женщины. А вот миловидность проступила "наружу". Никакая
она не Камински, а Катерина Матвеевна, сбившаяся с пути
истинного. Если точнее, поставленная на путь неистинный.

Потом я услышал скрежет -- это поднимался трюмный люк,
Бросил Камински и стал вылезать из контейнера. В
трюм уже попадал дневной свет, ледяная крупа, грубые гнусные
голоса. Увидел я вскоре и стволы.

Наверное, и меня заметили, поэтому крикнули на английском с
квакающими китайскими интонациями: "Выходи."

Ну, сейчас я им выйду! И заодно попробую отвлечь их внимание от
Камински и Раджнеша.

-- Выхожу, выхожу, не стреляйте, соколики,-- сказал я, прикрепляя
пистолет-пулемет "Ель" клейкой лентой к щиколотке. Прилепив,
стал подниматься по опустившемуся вниз трапу.

Едва моя голова поднялась выше комингса люка, я осознал всю
мрачность ситуевины.  Мы плыли на судне под нейтральным
либерийским флагом, но на борту, кроме нескольких
матросов-негров, имелось с десяток крепких раскосых парней --
из морской пехоты кунфушников.

-- Руки за голову,-- крикнул ближайший ко мне морской пехотинец
и уже потянулся, чтобы ухватить меня за шиворот.

Ухватил, но в этот момент я одной рукой дернул его на себя, а
второй вырвал чеку осветительной гранаты, висевшей у меня на
шее.

Случилась вспышка, но я вовремя зажмурил глаза и видел
мимики-силуэты окружавших меня людей -- микрокомпи не ослеп и
продолжал сканировать электрополя своим сенсором. Морпех,
которого я схватил, несколько раз дернулся -- похоже в него
попала очередь из пуль с повышенным останавливающим действием --
предназначавшаяся, конечно же, мне.





 
 
Страница сгенерировалась за 1.1545 сек.