Помошь ресурсу:
Если кому-то понравился сайт и он хочет помочь на дальнейшее его развитие, вот кошельки webmoney:
R252505813940
Z414999254601

Для Yandex денег:
41001236794165


Спонсор:
Товары для рыбалки с отзывами с прямой доставкой с Aliexpress








ИСКАТЬ В
интернет-магазине OZON.ru


Документальные

Николай Васильевич Устрялов. - Политическая доктрина славянофильства - Проблема прогресса - Корреспонденция Николая Устрялова

Скачать Николай Васильевич Устрялов. - Политическая доктрина славянофильства - Проблема прогресса - Корреспонденция Николая Устрялова

     Из  письма  Н.В.Устрялова  О.Д.Чичаговой[202].  Дальний,  18
сентября 1929г.

     Конечно, события, говоря языком Зощенко, обернулись с паршивой стороны.
Мне довелось оказаться под первыми же ударами озверевшей китайщины:
     Панмонголизм! Хоть имя дико...

     Из      письма      Н.В.Устрялова     Е.И.Титову[203]      и
А.Я.Авдощенкову[204]. Дальний, 18 октября 1929г.

     Да  и  quid   est  veritas[205]?  Правда  есть  становление,
процесс, а не сделанная вещь. Правда есть синтез неправд, полуправд и проч.,
т.е. в конце концов сумма лжи. Однако, я, кажется, начинаю завираться.

     Из письма Н.В.Устрялова Е.И.Титову и А.Я.Авдощенкову. Дальний, 1 ноября
1929г.

     Относительно истины  менее всего мне свойственна бескрылая ересь
эмпириокритицизма.  Формула  прошлого  моего письма в  шуточном  искривлении
отражала все  же позицию  философии положительного всеединства, пусть внешне
несколько гегелианизированную.

     Из  письма  Н.В.Устрялова   Е.Е.Яшнову[206].  Хошигаура,  12
ноября 1929г.

     Думаю  ехать  14 декабря из Шанхая. Нет-ли  у  Вас знакомых в  Париже и
Берлине?

     Из  письма Н.В.Устрялова  Е.И.Титову  и  А.Я.Авдощенкову.  Дальний,  22
ноября 1929г.

     Вторая половина вашего письма... подстрекает меня... к  положительному,
прямому    и   безцензурному   развертыванию    пореволюционного    русского
миросозерцания.
     Да, пореволюционного. Революция -- достойная вещь, но она не может быть
перманентной. В  основном,  -- старик Карамзин был все-таки,  повидимому, не
так уж  неправ. Еще до него жирондисты, умирая, назвали революцию  Сатурном,
поглощающим своих детей. А затем -- всякой революции надо же  и честь знать.
Задерживаясь  дольше, чем нужно, на подмостках истории, она рискует впасть в
ridicule[207].  Но  смешное  --  убивает:  не физически,  а,  что
гораздо хуже, морально.
     <...>  "Хорошо умереть  молодым" --  писал  Добролюбов о  людях.  Еще в
большей степени  это приложимо  к революциям: переживая себя, они  заглушают
трагедию анекдотом.
     Оды торжественное о
     --  звучало уместно  в  19, в 20 годах. Но  разве к лицу оно ныне нашей
родной,  но   двенадцатилетней  старушке?  Смотришь,  как   она   возится  в
просиженных креслах  и смурыгает носом от волнения --  и озираешься: вот-вот
одернет ее  суровый распорядитель,  дух истории. Лежать  бы  ей  в  могилке,
"утопающей в цветах", и млеть там от надгробных од...
     La Revolution est morte -- vive la Revolution[208]:
     И эту гробовую дрожь,
     Как ласку новую, приемлю...
     <...>
     Я был неправ в 19 году. Умри тогда революция, она не успела бы проявить
своего сатурнова аппетита.
     Вы еще  не видите, что  она,  по  жирондистам  и Карамзину,  закусывает
своими  детишками. Что за куриная  слепота?  А  Троцкий, Зиновьев,  Каменев,
Радек,  Раковский,  Шляпников, Бухарин,  Томский,  Смилга, Преображенский  и
прочая, и прочая? Протрите глаза. Вся железная когорта  -- в луженом желудке
Сатурна. А  на ее  местах новые люди,  новое  племя: по воспитанию кубяки  и
молотовы, а  по  убеждению...  беседовские (по  имени  Беседовского, бывшего
работника советского посольства в Японии, позднее перебежчика -- РЕД.)!...
     <...> Но не нужно даже быть  археологом, чтобы поставить прогноз: среда
бонапартистской "реакции" зреет, почти созрела.
     В чем сущность бонапартизма? Он -- подлинная кодификация революции.  Он
--  сгусток   подлинных  революционных  соков,  очищенных  от  романтических
примесей утопии с одной стороны, и от  старорежимной отрыжки -- с другой. Он
--  стабилизация новых  социальных интересов, созданных  революцией.  Он  --
равнодействующая революции, ее  осуществленная  реальность.  Это -- реакция,
спасающая и закрепляющая революцию, по  речению  писания: не оживет,  аще не
умрет.
     <...>
     Итак, нашей Анне  Петровне 12 лет, а год можно ныне  считать едва-ль не
за   десять.  Старушка  должна   помереть,   чтоб   воскреснуть:   Сетницкий
(пропагандист учения  Н.Федорова -- РЕД.), где ты? Конечно, смерть есть лишь
один  из  моментов жизни. Еще и  еще  -- да здравствует революция: она снова
станет -- уже преображенная -- гением чистой красоты:
     Анна встанет в смертный час!

     Из письма Е.И.Титова и А.Я.Авдощенкова Н.В.Устрялову. Харбин, 30 ноября
1929г.

     О рабах любви и ненависти.  Ненависть не обманывает; любовь вечно лжет.
В эпоху острейшей борьбы  классов проповедовать любовь к ближнему  -- на это
способен любой ханжа из любой поповской газетки.
     Бейте врага в грудь!
     Наше вдохновение -- в борьбе.
     Наша религия -- ненависть.
     Наша совесть -- в жестокости.
     Наш долг -- упорство.
     Вперед, по могилам!

     Из  письма  Н.В.Устрялова Е.И.Титову  и  А.Я.Авдощенкову.  Дальний,  22
декабря 1929г.

     Конечно же, у нас должны остаться и партия, и коминтерн,  и советы.  Но
партия -- секретаризируется, коминтерн -- руссифицируется (социализм в одной
стране),  советы   --  вместе  с   партией   --   декоммунизируются.  Такова
историческая  тенденция большого  масштаба;  я не говорю,  что она уже стала
завершенной реальностью. История революции  --  вещь кровавая и шероховатая,
колючая. Это -- общий прогноз, диктуемый пристальным анализом: бонапартизм.

     5. М а м е л ю к и.
     Врагов своих убрав, охаяв,
     Я подберу из всех чинов
     Комплект честнейших дураков
     И очень умных негодяев.
     (Безыменский, "Выстрел")

     Сейчас  лишь  достоверно,  что  партия   секретаризуется.  Тут  великая
историческая  роль  Сталина.   Он   окружил   власть   нерассуждающими,   но
повинующимися солдатами от политики: мамелюками.
     Достойна  восхищения  его  расправа с партийным  мозгом.  Сливки
партии   стали   воистину   битыми   сливками   (пользуясь   жестоким
большевистским "мо" об интеллигенции). Я читал  на днях "Большевика" и "Ком.
Интернационал" -- и ошеломлялся: у партии не осталось ни одного идеолога, ни
одного теоретика, ни одного публициста. Ни одного!
     Где бой кипел, там прах лежит.
     Так  нужно  --  и так есть. Поразительно ловкими маневрами, быть может,
даже  бессознательно,   как   медиум  (l'homme   s'agite,   mais   Dieu   le
mene[209]),  партийный   диктатор  завершил   процесс  формальной
дореволюционизации,  всесторонней  мамелюкизации  правящего   слоя.  Прощай,
допотопный,   подпольный,   подлинный   революционизм!   Здравствуй,  новая,
прекрасная,  великая  государственная   лойальность!  Да  здравствует
усердие  вместо  сердца  и  цитата  вместо  головы!  Слава  вечным  словесам
утвеждения: "принято единогласно".
     ..."Und der Esel schrie: J-a, J-a!..." (Neitzsche).[210]
     <...>
     Вы  меня  стращаете меньшевиками и фашизмом. Страшен сон,  да  милостив
Бог.  Меньшевизм полярно противоположен всей моей концепции, в чем заправилы
его  сами не раз  признавались. Русский фашизм  -- охвостье  союза  русского
народа, эмигрантщина, черносотенство, сброд.

     8. С т а л и н.
     Stirb und werde!
     (Gorthe).[211]

     Идем дальше. Ну, хорошо, партия революционно обездушена и обезмозглена.
Но ее "хозяин"?
     Да,  тут загвоздка.  Сейчас ее руководство --  еще старо-революционного
стиля.  Сталин формально осуществил термидор и формально подготовил  брюмер.
Ну, а по существу?
     Nous y  sommes.[212]  Начинается  интереснейший  этап  нашей
великой революции. Организационно революция убита. Политически она живет; --
пусть камфорными впрыскиваниями, но живет. Больше того: мы переживаем сейчас
полосу позднего, мскусственного экстремизма, едва-ли не рецидив крестьянской
гражданской войны. Страна -- в лихорадке.
     Сталин  сам   --  человек  "мозга"   и  "железной   когорты",   человек
революционной воли и старого подполья. Теперь весь вопрос --  сможет-ли этот
человек дать стране реальный термидор и реальный брюмер.
     Если  да, он окрасит собою большой и блестящий  период русской истории.
Если нет,  он  погибнет русским Робеспьером; вернее всего, в один прекрасный
день его забрыкают собственные ослы,  жаждущие спокойных  стойл. Или -- или:
tertium  non datur[213]. О, как хотел бы я верить вместе с вами в
это tertium!...
     Ослы необходимы истории. Но пророк, их ведущий, должен быть ее интимным
и непосредственным поверенным.
     До  сих пор --  три года  -- товарищ  Сталин был им.  Годен-ли он и для
следующего этапа? Хорошо бы ответить  да. Боюсь, однако,  что история
скажет  нет:  он  слишком  "честен"   для  Бонапарта...  и  несколько
старомоден. Хотя... поживем -- увидим.

     <...>
     Бонапарт не объявил себя новым Кромвелем, а, напротив, заявлял, что его
миссия -- спасти революцию  от английского финала. Так и  у нас: бонапартизм
придет под знаком борьбы с призраком Бонапарта.

     Из  письма  Г.Н.Дикого[214]  Н.В.Устрялову. Байонна. 13  мая
1931г.

     Получил  Ваши брошюры  --  спасибо. О  прогрессе  уже прочитал -- очень
хорошо, только многовато  уделено места и внимания Федорову -- раритету вряд
ли особенно ценному.

     Из письма Г.Н.Дикого Н.В.Устрялову. Марсель. 26 ноября 1931г.

     Видел  Ю.А.Ширинского-Шихматова.  Похож  на  русского  раскольника  (из
Хованщины), но в молодости,  конечно. Вообще, это человек  не только русской
культуры, но и русского корня, со всем  его фанатизмом, жестокостью и
в  то же время большим здравым смыслом. По  его  словам,  он  только ради
приличия  и  безопасности делает  многие  антикоммунистические оговорки,
считаясь  с  локальным суверенитетом и  эмигрантскими  авторитетами, но  его
действительные мысли  гораздо левее. С Вашей статьей ("Зарубежная смена")  и
он, и  его соратники, по существу вполне согласны, и сделают оговорки
только  ради вышеуказанных  обстоятельств.  <...>  Об евразийцах он  дал мне
страшно   уничтожающие  сведения:   Малевский-Малевич   дураковатый   маниак
(впрочем,  я и  сам так теперь  думаю),  Савицкий только  честолюбец,
Алексеев не верит ни во  что, ни  в  Бога,  ни  в  чорта, и в частных
беседах  говорит, что  это учение  для  малолетних.  -- Более искренние, как
Сувчинский и еще ряд лиц, взяли московские паспорта и порвали с евразийуами.
Съезд  (евразийцев  --  РЕД.)  носил  характер  комедии и  был  расчитан  на
американских  меценатов,  которые  и  на  этот раз  согласились  дать
деньги.


     Из письма Г.Н.Дикого Н.В.Устрялову. 16 ноября 1933г.

     Бедная  наша  страна,  несчастный,  обиженный  историей  и  географией,
континентальный (черезчур)  народ! Всегда под бременем государственных тягот
и задач государственной обороны на неизмеримых  границах, он  всегда  беден,
нищ, и состоит в рабстве у государства. Так было  раньше и  революция
ничего  не  изменила. Снова  военное государство,  но  опирающееся на
нищее   и  экономически  слабое  население,   и   снова  этому   государству
противостоят силы,  превосходящие  возможности  этого рабского  и  нищего
населения.
     ...можно сказать,  что  у других сейчас может повториться то, что у нас
уже было, и  что поэтому мы прочнее. Но ведь и для этого надо, чтобы у наших
хватило  ума,  совсем хватило,  а  мы  в  этом  отнюдь  не можем быть
уверены:   нет  ли  и   на   этот  раз   простого   совпадения  задач
интернациональных  с   национальными,   --  совпадения,  которое   вовсе  не
гарантировано для дальнейшего?





 
 
Страница сгенерировалась за 0.1136 сек.